— Фрост имеет право на любой лут, который мы здесь обнаружим. Мало того, может сам выбрать, что забрать. Это часть нашего договора.
— А с нами посоветоваться нельзя было?
— Не было времени. Это мое решение. К тому же не тебе говорить об этом.
— Вот именно! — поддакнул Арчер. — Где ты шлялась, пока у нас базу выносили?
— Пришла, как только смогла! — огрызнулась Ламия. — Не знала, что у нас такие перестановки. И что теперь, это наш новый офицер? Кто он такой вообще? По виду — обычный мул. Вот только чем это он меня таким ударил…
— Повторить? — предложил я.
Она лишь сузила глаза, скорчив кровожадную гримасу.
— Завязывайте! — пробасил Завр.
— Да, нашли время, — не отрываясь от обыска трупов, бросил Пробойник. — Сейчас вторая волна может подоспеть.
— Ищите вот такие бляхи, — я показал шестиугольный ключ. — Ими можно открывать саркофаги. Там много полезного.
— Хорошая идея, кстати, — кивнул Эй-Джей.
Стальной пес все это время сидел поодаль, у самого обрыва, и смотрел на нижние ярусы, будто разразившаяся между нами перепалка его вовсе не интересовала.
— Думаю, у нас минут десять-пятнадцать, — добавил он. — Может, меньше. Надо успеть за это время выгрести отсюда все, до чего дотянемся. А потом вернутся некропсы.
— Пусть приходят, — хмыкнул Пробойник. — Завалим снова.
— Их будет вдвое больше. Да и это не главное. Гляньте вниз.
Мы, невольно позабыв о всех разногласиях, подтянулись к пропасти, заглядывая на ярус ниже.
— Вон, видите тот здоровенный кристалл?
Эй-Джей указал на овальную «арену» на самом нижнем ярусе подземелья. Там темнел провал, который я до этого принял за вход на еще более глубокий уровень. Но сейчас, когда внизу стало побольше света, можно было разглядеть, что я немного ошибся.
Вся эта арена представляла собой верхушку огромной полупрозрачной глыбы мутного зеленоватого минерала, похожего на рассеянные по всему подземелью гроссуляры. В этой глыбе и зияла глубокая каверна. Вот только вряд ли она куда-то вела, потому что, судя по всему, огромный кристалл был монолитным. В диаметре он был метров десяти-двенадцати, а на сколько уходил в глубину — сложно было сказать.
Вся эта махина сейчас светилась изнутри. Во все стороны от нее тянулись уже знакомые энергетические струи, воскрешающие некропсов и некоторых других мобов. Они безошибочно находили искореженные трупы, сброшенные нами сверху, и наполняли их заново жизненной силой. Сломанные кости срастались, раздробленные черепа собирались, как кусочки паззла, рассеявшиеся ядовитые облачка вновь начинали клубиться вокруг оживших монстров. Но главное было не в этом.
С каждым таким энергетическим выплеском на поверхности зеленоватой глыбы появлялись глубокие трещины. В некоторых местах — там, где их пересеклось достаточно много — от кристалла откалывались целые куски. А еще — сквозь сочащуюся изнутри пелену света проглядывался какой-то темный силуэт. Пока очень смутный — будто эмбрион, просвечивающийся сквозь стенки яйца.
Выходит, с каждой волной оживляемой нежити мы понемногу разрушаем этот кристалл. А внутри него…
— Кажется, там кто-то есть… — озадаченно пробормотал Пробойник.
— Там точно кто-то есть, — кивнул Пес. — И будь я проклят, если это не Хранитель печати.
От этих слов даже у меня по спине мурашки побежали, хотя я-то и так знал это. Но эмоции, охватившие остальных членов отряда, невольно передались и мне. Отступники переглянулись с таким видом, будто оказались на пороге чего-то, о чем мечтали всю жизнь. Хотя, наверное, это было недалеко от истины. Добраться до Печатей, а затем и до главного босса биома — это ведь, по сути, главные вызовы всей игры. Самый что ни на есть хай-энд контент.
— Что, какие будут предложения? — нервно усмехнувшись, нарушил воцарившуюся тишину Арчер.
Ответила Нова, и так, будто у нее на этот случай уже был заготовлен целый план.
— Блокируем верхний ярус. Отсекаем лестницы и другие проходы вниз, чтобы нелетающие мобы не пробрались. Чистим саркофаги. И готовимся к полноценному рейду.
Завр молча кивнул, Пробойник же, продолжая смотреть вниз, витиевато выругался, добавив:
— Это уж точно. Нам понадобится все, что у нас есть.