– Я тут покопалась, сэр. Работала над одной догадкой, просматривала опять записи по рождениям и бракам. Угадайте, что я нашла?
– Давай, удиви меня, – он усмехнулся в ответ.
– Мы знаем, что Белла Ричардс – не ее настоящее имя. Теперь у нас в морге кое-кто, кто, по нашему мнению, был с ней близок, – Агнес Харви. Так что я посмотрела по фамилии Харви, и мне неожиданно повезло. Некая Изабелла Харви вышла замуж в южном Манчестере шесть лет назад. Угадайте, за кого?
– Думаешь, Изабелла – это наша Белла?
– Думаю, да, это укороченный вариант имени.
– Ну, продолжай, за кого она вышла?
– За Рона Чокера!
Мэтт был поражен. Если Лили права, то он мог хорошо понять, что Белла делает в программе защиты свидетелей. Насколько он помнил то дело, жена Чокера дала против него показания.
– Почему ты так уверена, что это она?
– Потому что год спустя Изабелла Чокер родила сына Оливера.
Значит, Белла прячется от Ронни Чокера. Неужели он забрал ребенка? Теперь им нужно было поговорить с ней напрямую.
– Поедем к ней и поговорим. Прошло слишком много времени, а о мальчике до сих пор ничего не известно. Нам нужен прорыв. Белла что-то знает. Она ездила в тюрьму, и тут без всяких гадалок понятно, кого она там навещала.
Глава двадцать третья
– Есть наводка. – Детектив-сержант Иэн Беквит просунул голову в кабинет Мэтта. – Мы разослали предупреждения о состоянии здоровья Оливера Ричардса по всем местным врачам и аптекам. Одна женщина в аптеке Мелтэма сегодня устроила скандал, потому что ей не хотели продавать ингалятор. Они ее знают, у нее нет проблем с легкими. Как считаете?
– Считаю, надо ее навестить. Как ее зовут?
– Мэри Тернбал. Она живет вместе с сестрой выше по Холм-Роуд. Это тот беленый дом, который виден с вершины холма Скейпгоут.
– Я знаю это место, сэр, – крикнула Лили. – Если хотите, могу сесть за руль.
Они ушли из участка и поехали по дороге в сторону Холмферта. Оттуда свернули на Вудхед-Роуд и направились к деревне Холм. Пейзажи красивые, но добираться было не близко.
– Если она живет в Холме, зачем ехать в аптеку в Мелтэм? – спросил Мэтт.
Лили улыбнулась.
– Не ближний свет, да? Может, у нее там были еще какие-то дела. В Мелтэме еще есть банк. У них такие ставки, что туда приезжают со всей округи.
– А ты где живешь, Лили?
– Я живу в Марсдене, в одном из тех коттеджей на холме над каналом. Повезло, он достался мне по хорошей цене лет пять назад. Там жила пожилая пара. Съехали в дом престарелых.
– А что насчет твоих родителей?
– Отец смылся, когда я была ребенком, так что я с ним почти не общалась. Он иногда объявляется и сейчас, но общение с ним – пустая трата времени. От него одни неприятности. Мама тоже немного с приветом. У нее было много мужчин, большинству из которых в основном нужна была лишь крыша над головой. В детстве я много времени проводила с бабушкой и дедушкой. Но они уже умерли.
– А мама еще с тобой?
Лили искоса на него посмотрела.
– О да. Рано или поздно вы наверняка с ней столкнетесь. Сэйди Хейнс, сумасшедшая при церкви.
– Извини. Я не знал. Ты через многое прошла. – Мэтт был поражен. Лили казалась такой практичной, такой… нормальной, что ли.
– Ничего. Я могу о себе позаботиться. Я заботилась о себе почти всю свою жизнь. А вы? Живете в розовом цвете в вашем поместье?