Viva la Post Mortem или Слава Послесмертью: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А затем Сковронский просто лопнул! — именно такими словами Даркен закончил свой эмоциональный рассказ. И эта фраза слишком хорошо гармонировала по тону со всем, что было сказано в последние полчаса.

Маллой-младший был одним из тех, кто сопровождал этим субботним утром обновлённую Броню Глашек к своеобразному монументу, посвящённому её победе в так называемом “ковачском инциденте”.

Точнее, победе той из двух версий синеглазой попаданки, что пожертвовала собой во имя своего мелочного желания насолить форгерийским божествам.

Погода этим утром была довольно хорошей, несмотря на лёгкий прохладный ветерок, способный застать врасплох чрезмерно самоуверенного путника, не озаботившегося достаточно тёплой одеждой. Дождь, последние несколько дней омрачавший настроение жителей Праги отступил, оставив в память о себе лишь глубокие лужи, ещё не успевшие высохнуть под мягкими ласковыми лучами лениво потягивавшегося солнышка, время от времени протиравшего заспанное лицо небольшими пушистыми облачками.

Помимо слечны Глашек и её сопровождения — непривычно многолюдного, включающего в себя помимо всех членов её семейства, также семью пана ректора в полном составе и почти половину ковена плюшевого енота, — близь Стенающей Рощи и соседствовавшего с ней разрушенного предприятия можно было найти довольно впечатляющее количество людей в форме: как рядовых стражей правопорядка с метками центрального, напрямую подчинённого королевской семье, департамента, так и сотрудников тайной полиции, каждый из которых был отмечен обязательными атрибутами некромага.

Всё время рассказа, по тону и насыщенности деталями больше напоминавшего байку, Броня провела рядом с пчелиной чёрно-жёлтой лентой, ограждавшей территорию, куда было запрещено ступать любому человеку, кроме желающих провести ближайшие часы или дни в гостеприимных тюремных камерах в компании радушного палача, выясняющего, на самом ли деле нарушитель является идиотом, или и правда желал уничтожить какие-нибудь улики, которые могли бы дать подсказку следствию.

Девушка ощущала себя особенно неуютно. Но не из-за близости стенающих от печали и боли деревьев. Точнее, не совсем. Некромагичка к этому момента даже более-менее смогла смириться с наготой как две капли воды похожей на неё древесной девы. Главной причиной дискомфорта было то, сколько раз за время своего рассказа сын рода Маллой помянул имя главной зануды УСиМ с таким видом, будто бы не понимал объективной разницы между той Броней, что вчера нанесла сокрушительный удар по маленькому бизнесу Сковронских, и стоящей перед ним, способной только удивлённо взирать на последствия боя, произошедшего задолго до её пробуждения.

Даркену, очевидно, нравился эффект, который производила его байка, абсолютно неправдоподобная, но подкреплённая неоспоримыми и вполне осязаемыми доказательствами реальности описываемых событий.

Наконец, молодой человек замолчал. Рассказ подошёл к концу. Враг повержен. Гражданские спасены. Эпилог.

— Неясыть? Некромаг Неясыть? — таковы были первые слова Брони, прозвучавшие спустя секунд пять после окончания речи увлечённого сказителя.

— Ой, да ладно! — рассмеялся Дарк. Сейчас, в простых синих джинсах и чёрной, с белыми воротником и обшлагами, толстовке, он был совсем не похож на самого себя. Ни грамма того неуместного пафоса, характерного для золотой молодёжи. Даже шутки его не столь раздражали, как раньше. Неужели те тёмные очки так много меняли в восприятии фигуры сына ректора? — Я тебе поведал историю о том, как ты погибла за грехи человечества, а затем воскресла, и эта шутка про то, что я сплагиатил позывной у Ника Перумова — первое, что я от тебя слышу? Между прочим, ты её уже говорила вчера!

— Ты мне об этом не рассказывал, — девушка зябко обхватила плечики под пелериной.

Разумеется, не низкая температура была тому виной: лёгкое демисезонное пальтишко, перехваченное на талии широким поясом с золотистой круглой пряжкой, было вполне способно удержать тепло. Однако куда ему тягаться с той потусторонней мерзлотой, что порождала близость Стенающей Рощи?

И пусть обычно Броня любила этот магический холод, как многие люди любят летнее тепло, в данном конкретном случае всё обстояло слегка иначе: пробирающий до костей мороз, которым дышала Иггдрасиль, был подобен тому жару, что превращает пустыню в место, где почти нет жизни.

Ощутив движение хозяйки, под одежной шевельнулась Роя. Змейка медленно высунула свою изумрудную голову из-за пазухи пальто и с выражением сдержанного интереса на тупоносой морде осмотрелась вокруг, а затем застыла, едва лишь в поле зрения оказалась монументальная девичья фигура в окружении красно-коричневых низеньких деревьев.

— Бронь, если бы я тебе поведал каждую из тех шуток, что мы отпускали во время подготовки к бою, и процитировал бы каждый одухотворённый монолог — мы бы пробыли здесь до самого вечера, так как рассказ занял бы куда больше времени, чем описываемые события, — развёл руками некромаг. — Но… значит ли это, что тебе, на самом деле, наплевать на ковачский инцидент?

— Всё, что мне было интересно, ты поведал прежде, чем мы сюда приехали: тринадцать человек познали пытку, но не сломались психологически. Все остальные — спасены, — девушка не глядя потянулась правой рукой к голове Рояль, чтобы почесать ту под подбородком. — Всё остальное было нужно, по сути, тебе: за время рассказа я три раза услышала о том, что Даркен Маллой прошёл свою арку персонажа.

— Так вот, что тебя беспокоит? — взмахнул руками молодой человек. — Ты завидуешь моему личностному росту? Не беспокойся! У тебя, между прочим, тоже была арка.

— Да, и сейчас она стоит недвижимым деревянным памятником вон там, — некромагичка небрежно ткнула пальчиком в сторону Иггдрасиль. — Вот только я — здесь, и я не имею всего того прогресса. Не забывай, что ты говоришь, по сути, с той Броней Глашек, что в финальной битве не участвовала.

— И это, подруга — единственное ваше отличие, — Дарк наглым и лихим жестом обхватил собеседницу за плечи и прижал к своей груди, а затем наклонил голову, выставив перед собой правую руку, чтобы очертить её дугу над головой деревянной нагой девы. — Вы с ней — один и тот же человек. Все психологические изменения, в итоге превратившие ту Глашек, что всё же явилась на поля сражений, в живой памятник, который ты сейчас зришь пред собой, произошли в тот миг, когда она отхватила себе мизинец. Но я сейчас говорю не об этом. Нет-нет-нет. Ты свою арку персонажа прошла раньше. Намного раньше.

— Я сейчас исключительно из-за того, что нахожусь в крайне доброжелательном расположении духа, озвучу ожидаемый тобой вопрос, — проворчала синеглазка. — И когда же я всё-таки, по-твоему нескромному мнению, получила развитие, как персонаж.

— Назови мне главный формальный признак арки, — Дарк бодро стукнул девушку кулаком по плечу.

Не слишком сильно, конечно же: будь Глашек хоть десять раз боевой некромагичкой, синяки на её девичьем теле появлялись также легко, как и у остальных представительниц слабого пола. Жест, всё-таки, задумывался как грубое выражение симпатии, а не как несимпатичное проявление грубости.

— Некая черта персонажа меняется на прямо противоположную, — буркнула Броня.

— И-мен-но! — весело отозвался неунывающий босс. — Смотри! На начало сюжета ты была одиночкой, а сейчас — полноценный член ковена!

— Для меня это не новый опыт: я уже работала в команде в прошлой жизни, — ворчливо ответила девушка. — И даже жертвовать своей жизнью ради других мне уже приходилось. А вот становиться огромным деревом — ни разу. И весь этот прогресс улетел в трубу.

— Ты слишком к себе сурова, Бронь, — молодой человек отпустил подчинённую и демонстративно упёр руки в боки. — У тебя какие-то проблемы с самооценкой, раз ты не можешь принять свои успехи.

— Я принимаю свои успехи, просто мои критерии достижений отличны от твоих, — некромагичка принялась оправлять одежду. — И, кстати, не советую снова делать то, что ты сделал сейчас: Роя ещё недостаточно дрессирована. Может и укусить.

— Дрессируй! — щёлкнул пальцами Дарк, уверенно направляясь к стоявшей чуть в сторонке Ёлко.

Последние тридцать минут, что начальник потратил на свой эмоциональный рассказ, неформалка провела, уткнувшись носом в мобильный. Причём, лицо у неё было слишком сосредоточенным, чтобы можно было предположить, что главный аналитик ковена просто развлекалась таким образом.