Тарин взял кружу и отхлебнул. Офер подошёл к шкафам и достал оттуда два одеяла.
— В канун Короткого Дня должно быть тепло и уютно. — Он накинул одно на плечи Тарина, а второе отдал Эдону.
— А ты? — спросил сержант.
— Одеяла кончились, — ответил Офер.
Тарин больше не мог терпеть такое отношение Офера к самому себе.
— Будь с Эдоном, — без задней мысли выпалил он. — Я знаю. И клювонос тоже.
Эдон нахмурился.
— Вы нас обсуждали?
Тарин покачал головой.
— Я смотрел на вас. И видел, что Гаррик тоже смотрит на вас. Сюда никто не придёт. Укройтесь одеялом оба.
— Тарин, ты мальчик. Не указывай мне, что делать, — сказал Эдон и приподнял руку, под которую тут же поднырнул Офер. — Сегодняшний вечер будет нашей тайной, мальчики.
Тарин допил бульон, замотался в одеяло и сел рядом с Гарриком.
— Спой песенку Фу-Фу, — предложил сержант. — Тарину она понравится.
— Но она глупая, — сказал Офер. — Нам надо что-то весёлое, но спокойное. Лучше спою одну из тех песен, что я напевал, когда был садовником.
Эдон угостил ребят леденцами и улыбнулся.
— Ладно, но я только что представил, как Тарин стал Фу-Фу.
— Дурацкая песня, — повторил Офер. — Сегодня вечером мы мечтаем о длинных теплых днях и пробуждении природы.
— Темно, — заметил Тарин, укутываясь в одеяло. До знакомства с мужчинами и их «цивилизацией» Тарин никогда не задумывался, как темно может быть зимними вечерами. Раньше он просто любовался звёздами и луной из своего тёплого гнёздышка, которое устраивал себе для ночлега. А мужчины совсем не любят темноту.
Офер начал петь:
— Шаг за шагом, ряд за рядом, мальчики работают над грядками…
Слушая песню, Тарин хмурился. Странно всё это… Надо работать, чтобы что-то выросло? Мы же только собираем! Да, иногда приходится ползать и пробираться сквозь заросли кустарников, чтобы сорвать веточку со сладкими ягодами, но рыть землю и собирать камушки?..
— А что такое сорняки?
— Плохие растения, — ответил Эдон.
Тарин закатил глаза и погонял леденец во рту. Вот, теперь ещё и растения мужчинам чем-то не угодили! Мальчики, растения… они просто есть! Тарин причмокнул. А вот мужчины могут быть плохими. Такие как Джейдон!
— Спой её ещё раз, Офер. Она мне нравится. Да и Тарин так быстрей выучит наши песни.
Тарин помычал немного, «подпевая» другу, чтобы сделать приятное Эдону. «К тому же, — решил Тарин, — Гаррику должно понравиться, что его мальчик тоже поёт».
— Зерно! — благоговейно сказал Эдон, заканчивая песню. — Вот откуда берётся хлеб, Тарин. Мы пытаемся его выращивать, но это сложно. Матушки дают нам муку в знак своей милости.
— Мне понравилось делать хлеб, — заметил Тарин, решив, что это правильный ответ. Ведь не могу же я сказать, что мне понравилась свободная ворона, о которой пелось в последних строках песни. Тарин посмотрел на остроносый профиль своего мужчины. Нет, хорошо, что он не ворона.
— Хорошо, — сказал Эдон и подмигнул Оферу.
— Мужчина сотворён из костей и мечтаний, — повторил Тарин понравившуюся фразу из песни. Да, звучит страшно и странно, но так оно и есть. Тарин погладил клювоноса по руке.