Вниз полетела вязаная узкая лестница. Я посмотрел на Иллора с недоумением. Бретер тоже ничего не понимал, и только пожал плечами. Ладно, посмотрим, кто так добивается моей персоны. Что за земляк нарисовался?
Когда я вылез наружу, сразу узнал неведомого любителя кидаться в людей всякими какашками. Это же тот самый пацан, которого я не прирезал по доброте душевной! Смотрит на меня пристально, но такой вселенской злобы, от которой душа в пятки уходит, в глазах нет. Впрочем, я его понимаю. Возле речки вполне могли угрохать его родственника, и за неимением основных виновных будем отвечать я и бретер.
— Идти! — пацан тыкнул меня коротким дротиком пониже лопаток в сторону неровного ряда хижин. — Бежать не надо!
Куда? Кругом все забито лесовиками. Женщины, мужчины, дети, у всех сразу нашлись причины подтянуться поближе к нашей парочке. Кто-то злобно скрежещет зубами, кто равнодушно гладит клинок своего меча. Типа, намек. Стали плеваться, но, хотя бы, не кидают камни.
— Orsur! Lehu mi po! — неожиданно рявкнул пацан, тыкнув дротиком в толпу. Самые шустрые удивленно отшатнулись.
— Идти спокойно, — сразу сбавил тон мой сопровождающий и тем же дротиком показал направление на крайнюю хижину, возле которой сидели трое лесовиков с накачанными торсами. И спиралевидной наколкой на плече. «Орме» — берсеркеры. Причем, все трое. Личная охрана местного князя, я полагаю.
Нас пропустили без всяких придирок, пристально разглядели меня и все. Молча убрали ноги, чтобы я прошел вовнутрь. Пацан зашел следом, окинул взглядом помещение и вышел обратно.
Проморгавшись, стал рассматривать, куда меня занесло. Большой шалаш, совсем не похож на «вигвамы» обычных лесовиков. В самой глубине возле стенки что-то вроде лежанки, сколоченной из плах, на ней восседает древний старик в рубахе из шкуры лесного козла, в таких же штанах, и чем-то напоминает Робинзона Крузо по книжным рисункам. Не хватает только колпака на голове. Руки старика охватывают тщательно отшлифованную суковатую палку, то ли костыль, то ли смертельное оружие. Такой по макушке получишь, сразу копыта откинешь. Местный патриарх молчит, даже не шевелится, только пальцы бегают по палке, словно по клавишам пианино. Не шаман ли, часом?
Взгляд переместился влево. Там сидели на шкурах еще два персонажа, и явно не лесовики. Пока я приглядывался к их лицам, очень знакомый голос прервал молчание:
— Ну, надо же! Великий Анар! Кого в гости занесло! А я думал, куда же ты, гнедой[10], подевался тогда из Видмарицы! Я же всех ребят загонял, чтобы найти тебя.
Говоривший подошел вплотную ко мне и весело осклабился:
— Здорово, парень! Теперь-то мы с тобой поговорим как следует!
Я узнал его, и от такого знания стало еще хуже. Вот кого не ожидал здесь встретить, так этого человека. Клык собственной персоной. Удивительно, почему он не погиб в Видмарице, когда я разозлил Дуруб Бурзума? Что за странная судьба постоянно сталкивает меня с этим персонажем?
С нашей последней встречи Клык нисколько не изменился. Такое же обветренное лицо, разве чуть больше загоревшее от летнего солнышка, массивное тело стало, по моему мнению, еще мощнее, как будто бригадир качался с помощью анаболиков. А так, все тот же опасный, как гремучая змея, противник. Как? Как он здесь очутился?
— Здорово, Клык! Не скажу, что рад тебя видеть. Думал, что вампал сожрал вашу троицу на улице. Зря, выходит, жизнью, рисковал.
— Зря, гнедой, зря! — жизнерадостно ответил бригадир «Волков». — Признаться, не ожидал от тебя такой прыти. И почему-то был уверен, что еще встречусь с тобой. Только вот хотел поговорить с тобой в Видмарице, а ты задницу свою вовремя спас.
— Как-то надо о собственной жизни беспокоиться, — я пожал плечами. — Что-то мне Видмарица стала надоедать. Никаких развлечений, кроме Дуруб-Бурзума.
— Это ты его покромсал? — восхитился Клык. — Скажу, твои адские игрушки — вещь стоящая! Правда, пришлось пожертвовать Трескуном, чтобы понять, какая сила спрятана внутри шара! И знаешь, я очень обрадовался, когда мне в руки попал целый арсенал таких подарков!
Мне осталось только беззвучно выругаться.
Клык кивнул в сторону второго сидящего. Тот молча поднял мой дорожный мешок. Блин! Да сколько же можно дарить стратегический продукт этим козлам! Пусть лучше тойоны взяли бы гранаты в коллекцию трофеев, чем «Волки»!
Глава вторая
— А что с Трескуном? Это ведь тот самый щенок, который обделался при виде вампала?
— Ну да, он и есть. Печально для него закончилось любопытство, — Клык скорбно поджал губы, но тут же вернул себе хорошее расположение духа. — Но как же здорово, что ты здесь, парень! Теперь-то мы как следует поговорим. Признаться, я до конца не верил о твоем желании посетить некоторые загадочные места в Чернолесье, но когда твой отряд знатно пощипал орков, а потом наших друзей-тойонов возле портала — ведь ты к порталу стремился? — я стал серьезней относиться к твоим подвигам. Да ты садись! Разговор у нас долгий будет. Вот сюда, напротив нас! Дедушку не бойся. Он глухой, но силы в нем немеряно. Будешь дергаться, колотушкой по голове угостит.
— Я так и подумал, — пробормотав это, я уселся рядом с молчащим дедком. — Он шаман?
— Шаман, самый главный в племени Диких Сов.
— А где живет племя Диких Вепрей? — вдруг вспомнился тойон, к которому мы применяли «сыворотку правды».
— Почему тебя оно интересует? — Клык был само любопытство.
— Да так, вспомнил одного типа.
— А дьявол их знает где, — равнодушно махнул рукой бригадир. — Ты о себе расскажи, зачем к порталу шел, с какой надобностью? Меня это больше интересует, чем какие-то грязные Вепри.
— Кто тебе подсказал, что я проявляю интерес к порталу? — я покосился на старика-шамана, по-прежнему смотрящего в одну точку, в пол.
[10] хитрый — жарг.