Как и я. Я понимал чувства Пита.
- Но ты когда-нибудь спрашивал, хочу ли я этого? Потому что, если это – ты, то я не боюсь боли.
Те самые слова, над которыми еще несколько недель назад мы смеялись всей командой. Я помню, как Сэинт говорил режиссеру, что это самая смущающая вещь, которую ему предстоит произнести в жизни. А Пи Нью заверил, что впереди еще много сцен, что испугало и рассмешило нас одновременно.
В итоге, я оказался сверху, медленно приближаясь к лицу Пита.
- Я…. Мне действительно тебя поцеловать? – я не решился действовать, пока был не уверен до конца. Вдруг он не хотел, чтобы я всерьез прикасался к нему, пока нас не снимает камера.
- Если ты сам не против, я хочу настоящую репетицию, - прошептал он, коснувшись моей щеки ладонью.
Где-то глубоко внутри завязался тугой узел. Он был не против. И это все ради роли.
Я наклонился, и наши губы снова встретились. Я целовал, как умел, нежно прикасаясь к его губам, крутя из стороны в сторону головой. По сценарию Пит должен был быть оголенным по пояс, и, слава богу, сейчас на Сэинте была одежда, потому что я не знаю, что бы со мной было.
Никто рядом не подсказывал, как именно мне целовать Пита, поэтому я поддался собственным ощущениям. Но боялся совершить ту же ошибку, что и в раздевалке. Я держал свой язык подальше от Пита, как вдруг неожиданно почувствовал, как что-то шершавое и мягкое коснулось моих зубов, и непроизвольно открыл рот, впуская его. Кого? Пита? Сэинта?
Ощущения были настолько новыми и сильными, что я не смог сдержать стона, и это меня так испугало, что я разорвал поцелуй.
Я сидел сверху на парне, тяжело дыша и не зная, что говорить.
- Прости, я зашел слишком далеко? – на меня смотрели невинные глаза Пита, или же мне хотелось в это верить, и я лишь замотал головой.
Главное ведь реплики, да? Соблюдать их? Сейчас же никто не видел, как мы целуемся. Это не важно.
- Ты уверен? – произнес я слишком дрожащим голосом реплику своего персонажа. Это был не голос Э, но я ничего не мог с собой поделать. Интонацию отрепетирую позже. Сейчас это было выше моих сил.
Неожиданно Пит немного приподнялся и коснулся моей футболки.
- Перестань спрашивать об этом, - прошептал он соблазнительным голосом. Хотя я знал, что Пит в это сцене должен был быть стеснительным, в то время как Э снова брал инициативу.
Но произнесенные слова были одновременно частью сценария, но в тот же момент совершенно не вписывались интонацией. Я почувствовал себя совсем, не как Э. Я не был таким уверенным, особенно, когда парень напротив смотрел на меня так.
Мои руки сами потянулись к футболке, и я не успел подумать о том, что на самом деле делаю, как уже отшвырнул ее куда-то на пол. Я мог не делать этого сейчас. Это ведь была репетиция.
Но сделал. Потому что захотел.
Не позволив себе больше думать, я набросился на губы парня, забывая о нескольких репликах перед этим.
В этот раз мой язык нашел его очень быстро, и я мог чувствовать, как сбивалось его дыхание, когда мы делали секундные передышки, а после снова захватывали губы друг друга. Я опустился на его шею и стал покрывать ее маленькими поцелуями, слушая придыхание парня. Никогда не думал, что чье-то дыханием может так заводить. Да я вообще, не думал что подобная вещь будет отзываться приливом желания по всему моему телу.
Теперь я злился, что рубашка скрывала тело партнера. Я не смог проконтролировать руку, которая очутилась под тканью и вот я уже провожу по его груди, и слышу глубокий стон. А после его губы произносят мое имя.
- Перт….
Мое настоящее имя. Я не мог поверить. Я на секунду отрываюсь от его шеи, но его глаза все еще закрыты и он выгибается от моих действий и я понимаю, что он даже не заметил, как оговорился.
Мне кажется, именно тогда я потерял над собой контроль.
Я снова впиваюсь в губы с такой силой, будто пытаюсь изгнать его из собственного тела. Мой рот в буквальном смысле пожирает его.
Неужели это и есть то, что называют подростковыми гормонами? Никогда раньше я не ощущал такого возбуждения. Даже смотря порно.
Сэинт откликался на каждое мое действие как пластилин. Я больше не чувствовал себя младше или неуверенно. От него исходили лишь оглушительные стоны.
В итоге его рубашка также оказалась на полу и вот я уже целую его грудь, полностью поглощенный его запахом. Почему он так вкусно пахнет? Как там говорил Марк «Булочка с корицей»? Готов поклясться, я действительно ощущал привкус корицы на кончике языка.
Прикосновения к его коже вызвали возбуждение. Я чувствовал его ниже пояса. И знал, что он тоже его ощущает.