Два одиночества: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет. — Вот это я точно не могла себе позволить. Это наш с Феликсом роман, и ничего в нём исправлять я не собиралась. — Я хотела отдельную книгу с героем манаукцем написать. Об альбиносе, — особенно подчеркнула, лукаво стрельнув глазками на счастливого мужа.

— Отлично, с меня тогда раскрутка, реклама, протекция, а с тебя романы пожарче. А можешь написать о том, что нам Феликс продемонстрировал. Сейчас это модно.

— Я знаю, — устало отозвалась, мечтая поскорее оказаться в одной спальне с любимым.

Когда же это произошло через полтора часа, я попросила его на практике показать мне, как заводить женщину с пол-оборота, всего лишь обещая ей порку. Я тогда так возбудилась, что самой стыдно. Но Феликс сказал, что я не раба боли, сама порка меня не возбудит. Так удивительно прекрасно осознание того, что муж знал моё тело лучше меня самой. Ши Тамино был прав. Я счастливица.

Дрожь страха пробралась под кожу, пронеслась по телу. Кэйт в ужасе стояла посреди небольшой комнаты, прислушиваясь к звукам отлетающего скайта. Она еле сдерживала слёзы и не знала как быть. Её похитили прямо из резиденции наместника. Зачем? Кто? И куда смотрела охрана? Бедный Алиас, как, наверное, он сильно беспокоился о ней!

Панические мысли кружили в голове Кэйт. Ужасные предположения о том, кому и зачем она опять потребовалась, пробуждали старые страхи. Её опять похитили. Неужели унжирцы пробрались и на Новоман? Это казалось безумием, ведь манаукцы лучшие охранники и воины. Да и похищали её явно крупные мужчины.

Женщина очередной раз глубоко вздохнула и огляделась. Дом был богато обставлен, за окнами сквозь сгущающиеся сумерки проглядывался лес. Нерешительно сделав первые шаги, Кэйт попробовала открыть входную дверь, но та была заблокирована, поэтому блондинка решила осмотреть комнату. Диван стоял напротив искусственного камина. На полу перед ним раскинулся ковёр, придавленный стеклянным журнальным столиком, на котором лежала большая чёрная коробка, перевязанная белой лентой, удерживающей белый конверт с каллиграфично выведенным её именем. С души Кэйт свалился камень.

— Алиас, — выдохнула она с большим облегчением. Ох уж эти его игры! У неё чуть сердечный приступ не случился, когда кто-то грубо натянул ей на голову мешок, а затем, связав, затолкал в скайт.

Взяв конверт, женщина с улыбкой на алых губах достала записку из твёрдой дорогой бумаги.

«Надень это», — гласила надпись.

В коробке лежали лёгкая прозрачная шёлковая сорочка чёрного цвета, повязка для глаз и золотые украшения, тугие кольца которых зловеще переливались на свету. И никакого нижнего белья.

— Чёртов извращенец, — пробормотала Кэйт, и тепло растеклось в её груди.

Она знала, что Алиас без ума от неё и любил доводить её до оргазмов по несколько раз за ночь. Но это похищение куда интереснее, чем алая комната на станции «Астрея». Кэйт расстегнула платье и стала готовиться к появлению мужа, а может он уже подсматривал за ней. И она возбудилась лишь от одной мысли, что его руки будут обнимать её, ласкать, доставлять удовольствие раз за разом, пока она не утолит его голод. Как она не заметила его порочного желания, которое так часто плескалось в алых глазах мужа? Должна была за столько лет научиться угадывать его особенное внимание, когда наступало время для игр. Что же его вдохновило на подобную внеплановую ролевую игру? Кому сказать спасибо за предстоящую жаркую ночь?

— Как же я люблю тебя, Алиас, — прошептала она, натягивая повязку на глаза. Она любила даже эту его тёмную сторону, которую он полностью открывал лишь ей.

Тяжёлая ладонь легла на её плечо, и аромат дорогого парфюма окутал женщину тёплым шлейфом.

— Я тебя сильнее, — раздался голос любимого у самого уха Кэйт, а шёлк его волос лёг на обнажённую кожу плеча, — моя послушная и покорная жена.

Он не мог нарадоваться, что у них появилась возможность уединиться на всю ночь в лесном охотничьем домике вдали от цивилизации. Всего лишь ночь, но полная порочной страсти и настоящей любви.

Спустя полгода

Виола

Я никогда не считала себя счастливой. Потому что не было для этого поводов. Сейчас же, когда я оглядывала оживлённый зал клуба «Алый бархат» из вип-зоны Феликса и слушала звуки джаза, я ощущала себя самой счастливой и желанной женщиной. За моей спиной, опершись по обе стороны от меня о перила, стоял Феликс, приятно согревающий макушку своим дыханием.

Много разных вещей в жизни делали теперь меня счастливыми. Но самый главный мой даритель этого несравненного чувства — обожаемый муж. Мечтала ли я, стоящая на краю смотровой площадки и желающая расстаться с жизнью, о счастье? Конечно да. Любой человек отчаянно стремится к этому всю свою жизнь.

Сегодня в клубе аншлаг по случаю моей премии, точнее литературного фонда, меценатом которого стала шия Махтан, а вот премия моя. И я ждала, когда начнётся представление. Кто бы мог подумать, что Линда настолько деятельная личность и слов на ветер не бросала. Она не просто раскрутила моё имя и мой рассказ в сети, и теперь он держался в топах многих книжных обзоров, но и организовала эту премию начинающих авторов. И теперь я не знала, радоваться мне всеобщему признанию или продолжать сомневаться в своём таланте.

Феликс утверждал, что это всё нервы и гормоны. Беременных сложно удовлетворить, настроение их меняется, как ветер на Новомане. Может он и прав. Я столько раз переписывала концовку романа, что до сих пор не уверена, стоило ли оставлять Доминику и Макса вместе. Ведь трагический финал расставания был бы более реалистичным. Но Феликс настоял на счастливом конце, долго убеждал меня, что все ждали сказку. Эротическую, полную откровенных сцен сказку для взрослых девочек.

Наконец занавес открылся и на сцену вышла шия Махтан в бордовом облегающем вечернем платье без рукавов. Её приветственную речь писала я, поэтому знала, когда пора было спускаться. Лифт выпустил нас в тёмный зал, и я плавной походкой, приподняв тяжёлую ткань подола, шла, поддерживаемая под локоток мужем. С ним, как и прежде, все здоровались, жали руки, его популярности мне, увы, не добиться так скоро. Хотя и мне учтиво отвешивали поклоны весьма солидные манаукцы. Я заметила практически в первых рядах зрителей Алану.

Её рассказ так и не включили в сборник. Феликс был весьма рад этому событию и даже простил мою бывшую подругу, правда, из чёрного списка моего коммуникатора не убрал. Алана поздоровалась, кисло мне улыбнулась. Она мечтала вернуть меня как лит-продюсера, но у меня больше не было времени заниматься раскруткой других авторов. У меня был заказ от шии Махтан на серию откровенного чтива для женщин «Новоманские новеллы», и я была крайне занята, да и не нуждалась в дополнительном заработке.

— На сцену для получения премии приглашается, — раздался громкий голос шии Махтан. Она открыла неизменный белый конверт и, вытащив карточку, громко зачитала моё имя: — Виола Эйлонская, автор бестселлера «Порочная плоть».

Это мой триумф. Мой Ангел был рядом со мной и разделил минуты радости и счастья. Яркий свет софитов слепил, я нервничала, хоть и репетировала столько раз перед зеркалом. Ведь я должна предстать перед зрителями женщиной-вамп, прототипом Доминики. Тяжёлый кубок, на который шия Махтан разорила мужа, я передала Феликсу, сама же, прижав руку к груди, стала произносить заготовленную речь:

— Благодарю всех моих читателей за вашу любовь, за то, что не оставались равнодушными к истории Доминики и Макса. Я хочу сказать спасибо моим родителям, которые верили в меня, а также моему мужу Феликсу. — Я прижалась головой к плечу любимого, подарив зрителям свою улыбку. — Вы будете удивлены, но эту историю я написала для него. Он мой самый ярый поклонник. И он помогал мне более реалистично описывать сцены романа. Спасибо тебе, любимый, — закончила я свою речь, и мы поцеловались с Феликсом под восторженные аплодисменты публики.

Сколько раз я мечтала о чём-то подобном. Настоящая литературная премия! Пусть пока не очень популярная, но, думаю, с помощью шии Махтан она скоро станет главной премией литераторов.

— А мы благодарим Виолу и надеемся, что в следующем году она подарит нам что-то ещё более жаркое, чем «Порочная плоть», — завершила торжественную часть шия Махтан, а мы с Феликсом спустились в зал