Сборник "Лучшее избранное". Компиляция. Книги 1-8: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Знание, без которого лучше бы обойтись. Живешь так, действительно, живешь — и…

Разговор с глазу на глаз.

— Послушайте, Витя, а в этом что-то есть, — сказал Варфоломей Дормидонтович.

— Что и в чем?

— Ну, что внешние факты и обстоятельства притормаживают нас, слишком быстрых на мысль и решения. Придерживают за штанишки, как зарвавшихся детей. Вот и Сорок Девятый этот астероид с Шестеренкой… Может, нам пора остановиться с небесными заготовками?.. Мы вправду разактивничались сверх меры. Вы знаете происхождение слова «халтура»?

Вопрос был неожиданный и с подтекстом.

— Ну… наверно «плохая работа».

— Нет. «Халтурой» у воров именовалось обворовывание могил — со свежими покойниками, на другую ночь после похорон. Таких воров соответственно звали «халтурщиками». Это были последние люди в блатном мире.

— Так вы что, аналогию, что ли, проводите?!.. С нами, берущими из космоса!

— В какой-то мере да. Мы орудовали не в астероидном поясе, а на астероидном кладбище.

— Ну, знаете!.. И что же вы предлагаете?

— Остановиться, притормозить, подумать. Разобраться с тем, что мы набрали, наворотили на полигоне. Освоить как-то. И думать, думать дальше.

— Вы еще скажите: в этом и есть сермяжная правда — как Васисуалий Лоханкин. — мрачно буркнул Буров.

Разговор шел с ним. В кабинете директора.

— Не кукситесь, Витя, — мягко, вразумляюще, как старший сказал Любарский. — Сорок Девятый с Шестеренкой получился от катастрофы там. А здесь?.. Вы по карте не прикидывали, на какую территорию раскинулась градусная сетка нашего полигона — и насколько распространятся все камни… особенно, если мы наполним «корыто» под завязку, под Материк… в случае чего? Ведь на реальные сотни километров. Сметая все.

— Нет. Но страхующие Ловушки К8640 готовы, можно подвесить.

— Это хорошо. А все-таки давайте остановимся. И пусть то, что есть, окажется… ну, первой примеркой к Материку, что ли?

Полилог типа Они. Сначала на зазубринах-«башнях», под МВ-солнцем — слепяще голубоватым и маленьким на сей раз, электросварочным каким-то. Потом в башне, в сауне.

— Слушайте, как это может быть? Все гипотезы конца света, какие я читал, саму планету щадят. Поверхность, мол, пострадает, жизнь на ней уничтожится… но шарик будет летать дальше. Ведь здоровенный же, на тысячи километров!.. Как он может взорваться?

— Так разнести огромный шар, целую планету, мог только ядерный взрыв. Изнутри.

— Значит, такие они там творили дела.

— Никто там ничего не творил, все произошло природным путем. Нет, серьезно. Вы о радиогенном тепле слышали?

— Что идет из глубин Земли от распада урана и тория? Конечно.

— А знаете, какой от него геотермический градиент? Три градуса на сто метров в глубину. Тридцать на километр. Проверено до пяти-шести километров, там под 150–200 градусов по Цельсию. Вы хоть представляете, что это такое? Если перенести на поверхность, то в десяти километрах отсюда, в станице Глинской, на 300 градусов жарче; там все сварились и изжарились. А в Катагани температура как на поверхности Солнца…

— Ничего себе! Выходит, мы живем на раскаляющейся сковородке?

— Если экстраполировать этот градиент линейно, то на глубине в тысячу километров в Земле за 30 тысяч градусов, на пяти тысячах кэмэ, около ядра, 150 тысяч градусов…

— Но это же внутризвездные температуры!

— Выходит, и наша планета так может шарахнуть? На куски?.. В любой момент?

— Наверно, не в любой. Сначала сильно повысится сейсмическая активность: землетрясения, оживут старые вулканы, появятся новые… Ведь действительно шар здоровенный, он не может так вдруг рвануть.

— Так что не спеши надевать чистую рубаху.