Бар почему-то привлекал Эртена. Он опять и опять подходил к дверям, боязливо следя за официантами и швейцаром, которые уже не раз прогоняли его. Сейчас, когда публика схлынула, Эртену удалось подойти к окну. Он прижался лицом к стеклу, нос его уродливо расплющился, маленькие глазки тревожно обшаривали зал бара. Рыжеволосый пил кофе и даже не глядел в сторону окна. Но почему в его глазах Мегрэ вновь почудилась насмешка?
Мальчишка-рассыльный заорал на Эртена, и оборванец послушно отошел, волоча ноги. Из подъехавшего такси вышел бригадир Люкас, удивленно осмотрелся, вошел в пустынный бар и с недоумевающим видом приблизился к Мегрэ.
— Вызывали, шеф?
— Что будешь пить? — спросил Мегрэ и добавил шепотом: — Посмотри на улицу.
Несколько секунд Люкас всматривался в силуэт оборванца, лицо его просветлело.
— Ну и ну! Неужели вам удалось…
— Ничего мне не удалось. Бармен, коньяку!
Русская сказала с сильным акцентом:
— Официант! Дайте мне «Иллюстрасьон». И еще «Боттен».
— Выпей рюмочку, старина Люкас. Ведь тебе придется походить за ним, не так ли?
— А вы не думаете, комиссар, что было бы вернее… — Люкас похлопал себя по карману, где лежали наручники.
— Нет, еще рано. Ступай!..
Мегрэ сохранял невозмутимый вид, но волновался так сильно, что чуть не раздавил рюмку, из которой пил.
Рыжеволосый, по-видимому, не собирался уходить. Он не читал, не писал, и казалось, ничто не интересовало его. А на улице по-прежнему топтался Жозеф Эртен.
К четырем часам положение нисколько не изменилось, если не считать того, что беглец отошел от двери и уселся на скамью, не спуская глаз с бара.
Мегрэ без аппетита съел сандвич. Русская тщательно подкрасилась и ушла.
Теперь в опустевшем баре оставался один рыжеволосый. На женщину Эртен не обратил никакого внимания. В баре зажгли свет, хотя на улице фонари еще не загорались.
Из магазина привезли ящики с вином, официанты поспешно подметали пол.
Внезапно из угла, где сидел рыжеволосый, донесся резкий стук ложечки о блюдце. Бармен и Мегрэ удивленно переглянулись. Даже не пытаясь скрыть презрения к бедному клиенту, один из официантов крикнул, не вставая с места:
— Йогурт и кофе со сливками? Три и полтора, всего четыре пятьдесят.
— Простите, еще не все. Подайте мне сандвичей с черной икрой.
Голос рыжего звучал спокойно. В зеркало Мегрэ увидел его полузакрытые насмешливые глаза.
Бармен подошел к окошечку:
— Один сандвич с черной икрой!
— Нет, три, — поправил его рыжий.
— Три сандвича с черной икрой!
Бармен недоверчиво посмотрел на клиента и язвительно спросил:
— И русской водки?
— И водки, разумеется.
Мегрэ силился понять, что случилось. Рыжего нельзя было узнать, от его неподвижности не осталось и следа.