— Пресвятая Миина! — вскричала Джийан. — Как же так вышло?
— Они… наказали меня.
Джийан с опасением взглянула на подругу. Несмотря на действие Житницы Земли, Перрнодт была по-прежнему слаба. Первая Матерь понимала, что сейчас не стоит продолжать расспросы, но она просто не могла удержаться.
— Почему они тебя наказали, Перрнодт? Неужели ты раскрыла их секрет?
— Источник их силы…
— В чем он заключается?
— Другие…
— Другие? — Джийан наклонилась еще ниже. — Кто такие другие?
— Монастырь.
Колдунья нахмурилась.
— Монастырь? Да, ты в Плывущей Белизне.
— Нет, нет, нет.
Дзуоко слабела, снова впадая в беспамятство, чтобы быстрее оправиться от физической и психической травмы.
— Перрнодт, Перрнодт, о чем это ты? Где наши рамаханы?
— Нет, нет, нет… — Голос Перрнодт постепенно затих.
5
На Ферме
— Тебе не следовало подставлять меня, — сказала Гуль Алуф.
Нит Нассам испугался.
— Хочешь сказать, ты все знала?
Гуль Алуф повернулась к биоцистерне, от которой, словно волосы на голове великана, в разные стороны расходились термионические волокна и схемы. В цистерне сидел молодой в’орнн, к телу которого крепились биоволокна.
— О чем ты только думал? Курган Стогггул знает про меня и про все остальное!
— Так ведь он ничего толком не видел и уж точно ничего не понял.
Вокруг громко жужжали гэргоновские ионные механизмы. Они были в лаборатории Храма Мнемоники. Это была официальная лаборатория, известная всем членам Товарищества. «Венец творения» — так ее называли. Именно здесь с помощью генной инженерии и биоэнергетических манипуляций избранных в’орннов превращали в гэргонов.
— Это шутка! — рассмеялся Нит Нассам.
— Конечно, очень смешно! — Однако Гуль Алуф казалась абсолютно серьезной.
— Это правда шутка, и если бы у тебя была хоть капля чувства юмора, ты бы рассмеялась. — Гэргон скрестил руки на груди. — Курган Стогггул мог быть одним из нас, равно как и Аннон Ашера, если бы не вмешательство Нита Батокссса. — Нит Нассам наклонил голову. — И если мне не изменяет память, тебя назначили Производительницей.
— Меня не назначают, — пылко возразила Гуль Алуф. — Я сама выбираю своих детей.
— Это так Производители нас называют?
Гуль Алуф отвернулась от гэргона, продолжая заниматься своим делом.
— Тебе лучше сюда не приходить.