Лестница вела в подвал через огромную дыру. Грубые ступени были выбиты прямо в каменной толще. Рада уверенно шла первой, следом Сорннн, и последней — Маретэн.
Стало очень холодно и сыро. Маретэн слышала, как эхо разносит странные звуки, глухие и нестройные. Шелест голосов, такой же призрачный, как дымок от лааги, вьющийся у полураскрытых губ Рады. Внизу вспыхнул свет, и Маретэн заметила, что Рада и Сорннн стоят на сверкающем порфировом полу.
В треугольных нишах были укреплены фонари из кованой бронзы, почерневшие от копоти и времени. Неожиданно подвал оказался огромным: насколько хватал глаз, по обеим сторонам тянулись освещенные ниши. Навстречу Сорннну и Раде поднялись парень и девушка ростом с Маретэн. Спускаясь с последней ступеньки, художница чувствовала на себе их тяжелые взгляды. Лица у молодых кундалиан, вооруженных ионными пистолетами, были изможденными и посеревшими от отчаяния. Рада передала косячок девушке, которая, глубоко затянувшись, отдала его парню. Они так и курили по очереди, явно наслаждаясь лаагой. Наконец парень, весьма довольный собой, отдал косяк Раде.
Затем оба кундалианина уставились на Маретэн с таким видом, будто решали, как ее лучше убить. Странное эхо не утихало, и молодой женщине казалось, что со стороны за ними наблюдает кто-то еще.
— Это Маретэн, внучка Нейори, — представила Рада, назвав Теттси полным именем. — Она хочет занять место бабушки.
Кундалианскую девушку звали Майя, а парня — Бассе.
Подростки мрачно разглядывали Маретэн, скрестив руки на груди. Казалось, они состояли сплошь из мышц, острых углов, гормонов и эмоций.
— В горах они почтили память Нейори, — сказала Рада, будто переводя для Маретэн затянувшееся молчание подростков.
— Спасибо, — коротко кивнула Маретэн.
— Ты когда-нибудь убивала?
Вопрос повис в воздухе, словно ругательство.
— Бассе, — примирительно проговорила Рада.
— Нет, — покачал головой Бассе, сжимая ионный пистолет, — я хочу знать.
«Ты когда-нибудь убивала?» Маретэн в жизни не слышала вопроса глупее.
Неожиданно Майя вытащила ионный пистолет и прижала дуло к шее Маретэн. Сорннн и Рада тут же сделали шаг назад.
— Ни с места, — прошипел Бассе, занимая такую позицию, чтобы, видеть сразу всех.
— Мы ведь женщины, — миролюбиво проговорила Маретэн, — мы могли бы…
— Это не игра! — рявкнула Майя.
— Она считает, что мы играем, — кивнул Бассе.
— Если будешь считать это игрой, то погубишь себя и кого-нибудь из нас, — процедила Майя.
— А мы этого ни за что не допустим, — сказал Бассе, — поняла?
Маретэн кивнула и облизала пересохшие губы. Ей было жутко оттого, что ее собственная жизнь окажется в ненадежных руках этих подростков. Сколько лааги они выкурили?
— Давайте выпустим пар, — предложил Сорннн. — У нас с Радой для вас хорошие новости.
— Нам нужны хорошие новости. — Майя спрятала пистолет. — Три часа назад мы нашли еще одну могилу.
— Сколько трупов?
— За последнее время это самая большая могила. Более трехсот тел.
— Обороняться все труднее, — сказала Майя.
— Нам нужно оружие помощнее. Сейчас.
— Вы же слышали, что случилось, — проговорил Сорннн. — Арсеналом пришлось пожертвовать ради более важной цели.
— Ничего не может быть важнее нашего вооружения, — запальчиво сказала Майя.