Гэргон вдруг обернулся, и его тяжелый взгляд навалился на регента, как камень. У Элевсина засосало в подложечных ямках желудков.
— Чтобы найти Жемчужину, мы должны сначала открыть дверь Сокровищницы в пещерах под дворцом регента. Скажи-ка, Элевсин, ты слышал о Кольце Пяти Драконов?
— Нет.
— Тогда, возможно, мне следовало бы поговорить с Джийан.
Элевсин похолодел от страха.
— Она ничего не знает.
— Она рамахана. Она колдунья. Она пропитана знаниями об их богине Миине. Она должна знать о Кольце.
— Как, вероятно, знали десять тысяч других рамахан, на которых вы устраивали облавы последнее столетие.
— Они ничего не сказали нам. Они ничего не знали.
— Ну так приведите ее сюда, — сказал Элевсин. Во рту пересохло от страха. — Выпытайте у нее информацию.
— Ах-ах-ах, а мне-то казалось, что ты и я выше таких упреков.
Элевсин провел рукой по глазам.
— Иногда я чувствую себя стариком. Я познал слишком много жестокости, Нит Сахор. Сейчас я вижу только заговоры, тайные программы, козыри, выложенные на стол и спрятанные. Боюсь, что я — часть плана, в котором не хочу больше участвовать.
Неожиданно гэргон шевельнулся.
— Регент, дай мне руку. Элевсин замер.
— Говорят, будто прикосновение гэргона убивает. Нит Сахор протянул окутанный кольчугой кулак.
— И ты веришь в это, регент?
— Я... не знаю, — признался Элевсин.
— Эту легенду распространил я сам, — сказал Нит Сахор. — Забавная, правда?
Элевсин заглянул в глаза Нита Сахора.
— А еще говорят, будто гэргоны владеют гипнозом. Еще одна распространенная вами легенда?
— Нет. Это в общем-то правда.
Элевсин почувствовал, как еще одна волна страха пробежала по позвоночнику.
— Понимаешь, регент, это испытание... испытание твоей способности — или, может быть, желания — доверять. Я хочу иметь Кольцо Пяти Драконов, и ты должен верить, что я использую его разумно.
Элевсин облизнул губы. Во рту было сухо, как в Большом Воорге, и однако он взмок от пота.
— Нам, в'орннам, доверие дается нелегко, верно? Удивительные глаза Нита Сахора притягивали его.
— Но ты, регент, во многих отношениях не соответствуешь Модальности.
— Возможно, это испытание для нас обоих. Нит Сахор засмеялся — отвратительный звук.
— Гэргоны выше испытаний, регент.
— Вот тут вы ошибаетесь, Нит Сахор. Вы напали на меня в гневе. Это со временем я мог бы простить. Но вы угрожали человеку, которого я люблю больше всего на свете. Когда вы просите меня о доверии, вы просите невозможного.