— Я уже не раз думал об этом, можешь мне поверить. — Иин Меннус, не стесняясь, положил кристаллы в карман. — Просто не хочу делать из тебя святого мученика. Да и гражданская война мне совсем ни к чему.
— Конечно, ни к чему, тут же испортишь отношения со своим хозяином.
— Мы все служим регенту, — нахмурился Меннус.
Язвительный ответ так и вертелся на языке Пнина, но он сумел сдержаться. Звезд-адмирал мечтает его спровоцировать. Учтивость Меннуса была напускной, ведь он ясно дал понять, чего ему хочется — пытать Пнина, насладиться его унижением. Только это сможет утолить ненависть Иина.
— Итак, — начал Меннус, наклоняясь вперед и от этого еще больше походя на жука, — своим приказом ты изгнал меня из Аксис Тэра. Правда, теперь я вернулся и даже стал твоим командиром. Наверное, это тебя не радует.
— Мне страшно за в’орннов, если ты это имеешь в виду.
— Я имею в виду именно это. — Глаза Меннуса заблестели.
— Чего ты хочешь, звезд-адмирал? Чтобы я извинился или признал, что ошибся, высылая тебя из Аксис Тэра? Я бы сделал это с удовольствием, если бы ты переубедил меня своими поступками. Однако то, что ты хочешь убить меня и всех преданных мне офицеров, однозначно свидетельствует о том, что тебя не зря выслали. Ты опасен не только для врага, но и для в’орннов.
Меннус продолжал сидеть, хотя на виске у него забилась жилка. Он был невысокого роста и знал — если в комнате находится еще один кхагггун, то лучше сидеть.
— Знаешь, меня ведь чуть не убили. — Меннус провел пальцем по жуткой вмятине на черепе. — Представь себе рукопашный бой двадцать четыре часа в сутки, ни дня без бойни, костер, в котором горят трупы моих врагов. Однажды я отправил на небеса двадцать семь душ, и тут откуда ни возьмись явился краэльский топор. — Звезд-адмирал коснулся вмятины, будто ожидая увидеть кровь. — Я упал и все же, стоя на коленях, сумел зарезать краэла.
Пнин прекрасно понимал, для чего Меннус все это рассказывает. В байке о боевой доблести на самом деле скрывался вопрос: «Как ты мог выслать из Аксис Тэра такого героя, как я?» Ни о чем другом Меннус и не думал. Значит, он просто не слышал ни слова из того, что сказал Пнин, чего и следовало ожидать.
— Я в самом деле опасен, — не унимался Меннус. — Для тех, кто попытается помешать выполнению миссии кхагггунов: бороться, искать, разрушать, не сдаваться.
— Но ведь мы на Кундале и, кажется, пока не собираемся никуда переселяться, — отозвался Пнин. — Так что, если продолжим «искать, разрушать, не сдаваться», то на планете останутся лишь в’орнны.
Меннус развел руками.
— Вот и я о том же. Такая мягкость и нерешительность подтачивают дисциплину среди кхагггунов.
— Под моим командованием кхагггуны были самой дисциплинированной кастой.
Опровергнуть очевидное оказалось невозможно, и Меннус перевел разговор на другую тему.
— Кхагггуны стали вялыми, апатичными, безынициативными. Давно следовало уничтожить Сопротивление и захватить южный континент.
— Я был в Великом Арриксе, когда гэргоны приказали отступить. Разве мы могли ослушаться?
— Я заговорил об этом, потому что в последнее время саракконы стали более активными. В Аксис Тэре их сейчас больше, чем когда-либо, а мы даже не в состоянии организовать нормальную слежку.
— Они ведь просто торговцы. К чему слежка?
— Ты знаешь сараккона по имени Лужон?
Пнин отрицательно покачал головой. Хотя, конечно, он знал Лужона. Они встречались, когда флот-адмирал был на южном континенте. Ардус Пнин больше всех сожалел, когда гэргоны приказали отступать. Ему казалось, что это явная ошибка, и он до сих пор не изменил мнения. Что касается Лужона, Пнин был уверен, что тот не похож на других саракконов. В том, что этот моряк не был простым торговцем, кхагггун не сомневался. Лужон сам представился жрецом. Он был слишком скользким, гладким и с готовностью отвечал на вопросы Пнина, и все же флот-адмирал не поверил ни единому слову.
После беседы Пнин решил проследить за Лужоном, что на южном континенте было почти невозможно. К счастью, кое-кто из Ориениада согласился помочь. Пнин понял, что в верховном совете саракконов произошел серьезный раскол.
Член Ориениада по имени Церро познакомил адмирала с молодым саракконом Курионом, который и повел Пнина в бассейн реки Аксетл, на берегу которой стоял храм Абраси. В этом храме саракконы тайком практиковали свою собственную магию, а по сути, изощренное искусство убивать.
И тут гэргоны приказали возвращаться в Аксис Тэр. Пнин добросовестно подготовил отчет, однако передать его звезд-адмиралу так и не смог. Ардуса посетил гэргон Нит Батокссс, который обо всем расспросил, забрал кристаллы с отчетом и приказал никому не рассказывать об увиденном. Погрузившийся в новые заботы Пнин почти не вспоминал о саракконах.
— А ты знаешь, что этот Лужон заключает стратегически важные союзы? — поинтересовался Иин Меннус.
— Наверное, так делают все торговцы.
Меннус нахмурился.
— Ты что, не в состоянии скрыть собственную некомпетентность? Лужон не просто торговец. Уверен, что он контрабандист.