Огромная тень на мгновение заслонила солнечный свет, и Риана обернулась. Это был хагошрин, повернувший к ней страшную голову с толстым хоботом и трепещущими щупальцами. Круглые глаза смотрели на девушку не отрываясь. Треугольный рот был наполовину скрыт толстым чешуйчатым хоботом с отвратительным отверстием на конце, расширяющимся и сжимающимся в звенящей тишине.
Риана непроизвольно шагнула назад, но хагошрин следовал за ней. Вблизи монстр казался еще ужаснее.
— Ты знаешь, кто я такая? — спросила Риана.
— Знаю. — Голос хагошрина напоминал лязг металла. У Рианы по спине поползли мурашки, а мысли спутались, лишая способности трезво рассуждать. — А ты знаешь, кто я?
— Ты хагошрин, охраняющий Жемчужину. Ты чуть не убил нас с Элеаной и даже слушать не захотел, когда я пыталась все объяснить.
— Вот уже много веков все, кто пытался проникнуть в это святое место, лгали. Никому не удалось открыть дверь в Хранилище. Но для тебя она открылась. Ты говорила правду, ты Дар Сала-ат. — Голова чудовища молниеносно приблизилась, ноздри пульсировали. — Да, твоя внешность обманчива. — Хагошрин прищурился. — В тебе есть что-то в’орнновское. Твоя кровь как огонь, а пот пахнет местью.
Риана испугалась.
— Ты не похож на чудище из легенд.
— Легенды очень опасны, — ответил хагошрин. — Ими легко манипулировать, равно как и историей. В конце концов, почти каждый может переписать их так, как ему удобно. Поэтому каждое последующее поколение получает все более искаженный вариант.
Риана всмотрелась в жуткое лицо. Было трудно забыть о страшном облике Хранителя Жемчужины, чтобы беспристрастно оценивать его темперамент и интеллект.
— Ты совсем не такой, каким я тебя представляла.
— Иногда лучше вообще ничего себе не представлять. — Хагошрин обнажил огромные зубы, то ли смеясь, то ли просто скалясь. — Ты в Саду Хаоса и Порядка, где все находится в идеальной гармонии: свет и тьма, добро и зло, любовь и ненависть, хаос и порядок. Все, что гармонию нарушает, переводится в инертное состояние. Например, Вуаль Тысячи Слез.
Риана отвязала Вуаль от талии. Хагошрин прав. Как бы девушка ни старалась, она не могла расслышать голоса драконов, чьи слезы вплелись в волшебную ткань Вуали.
— Это послужит тебе отличным уроком, Дар Сала-ат. Нельзя полностью полагаться ни на какое оружие, даже волшебное. Лучше пользоваться своими мозгами.
Риана покачала головой. Хагошрин дает советы! Ничего себе ситуация! Тем не менее, она понимала, что к совету нужно прислушаться. Джийан говорила, что хагошрин никогда не лжет. Девушка оказалась в чрезвычайно трудной ситуации. Элеана осталась одна в пещерах, а кто знает, что случилось с Тигпен? Так или иначе, ей нужно выполнить свою миссию и найти Жемчужину.
Хагошрин наблюдал, как Риана отвязывает Вуаль.
— В незапамятные времена, когда родилась Кундала, Миина создала это место из переплетения силовых ручьев. Так что Сад Хаоса и Порядка можно считать чистейшим источником энергии.
— Идеальное место для Жемчужины, — сказала Риана. — Я готова. Отдай мне Жемчужину или покажи, где ее спрятала Миина.
— Как хочешь, Дар Сала-ат.
Хагошрин заревел так громко, что Риана заткнула уши руками, тщетно пытаясь защититься, но, поскольку монстр говорил на Венче, защититься было невозможно. От страшного рева дрожал весь сад. Солнце скрылось. Теперь растения освещались каким-то серым, грязным, как сточные воды, светом. Пальмовые листья согнулись низко к земле, а потом и вовсе исчезли. Прекрасные фонтаны замерзли, а потом рассыпались. Серебристый плеск воды навсегда затих, и мощное заклятие хагошрина поглотило последние следы волшебного сада.
Тишина стала гнетущей, а темнота — всепоглощающей. Риане показалось, что теперь у запаха горечавки есть еще и звук — шуршание огромного грызуна, скребущегося в темной норе. По углам Хранилища появился синевато-багровый свет, будто в нем образовался куб огненной энергии.
Риана всмотрелась в жуткий полумрак.
— Где Жемчужина?
— Это займет некоторое время, — сказал хагошрин. — Я уже не тот, каким был раньше. Твое появление освободило меня из проклятой тюрьмы, и все же не совсем так, как я ожидал. Я разлагаюсь изнутри. Непросто колдовать после такого перерыва.
— Ты считаешь Хранилище тюрьмой?
Хагошрин фыркнул:
— Ты что, думаешь, я сам выбрал эту трижды проклятую крепость? Ничего подобного! Мне пообещали, что исполнятся все мечты, а потом обманули, околдовали и обрекли на это ужасное существование. Ради всей Кундалы, посмотри, в кого я превратился!
— Мне казалось, что охранять Жемчужину — великая честь.
— Ах, Дар Сала-ат! Ты еще так наивна.
Хагошрин перевернулся на спину и показал Риане огромный пупок.