А мне же осталось только делать вид, что я далеко в свои мысли ушёл и на них внимания ноль. По опыту знаю, самому лезть в женский откровенный разговор никогда нельзя, мигом тебя отошьют и замкнутся. А вот если проигнорировать их, бабы всё равно долго не выдержат, они же никакие тайны в секрете по-настоящему держать не умеют, то вскоре всё сами вам и расскажут.
Но прежде чем Вика, она первой не выдержала, намекнула мне как мужику со стажем, на тему проблемы имеющую место у молодой семьи, я попробую сначала описать самих молодоженов. Благо я ранее пару раз встречался с ними в подъезде и видел молодых.
Олег – не очень высокий, полноватый парень. Таких как он, во дворе с детства толстяками дразнят. А они? Они на деле просто такими вот плотными бутузами рождаются и за всю свою жизнь практически нисколько не меняются.
Алёна – такого же росточка как и муж, и тоже девка в теле, в хорошем смысле этого слова. Как говорится, подобралась парочка пирожок и пышечка. Не знаю, какой она потом станет, ну когда ей под тридцать стукнет, а сейчас смотришь на неё, и откровенно любуешься.
Короче говоря, не прошло и пяти минут этого их бабьего шу-шу-шу, как Вика очередной раз оглянувшись на меня, чертыхнулась и этак в нехорошем контексте помянула наш мужской пол. Типа все мы кобели и нам от женской половины человечества всегда только одно и надоть, а когда не выходит, то виноватые завсегда оказываются бабы.
Тут уже не выдержал я, и потребовал обосновать эти обвинения. Чего говорю, у вас там этакого с мужем страшного произошло? Что, вы с ним такого не поделили?
И тут у трёхдневной жены Алёны произошёл взрыв эмоций, или правильнее сказать, срыв крыши. Кто из мужиков такого не видел, с одной стороны могу заявить, он много потерял и никогда не сможет правильно оценивать поведение своей половины, и выход из возможной такой ситуации. С другой стороны, зрелище увы, не из приятных. Женщина, доведённая до отчаяния, это страшно и некрасиво.
Сначала были настоящие слёзы, причем снова ручьём. Потом всхлипывания и попытки что-то сказать во время рёва и пробы промакнуть извергнутую из глаз, носа и даже рта, влагу полотенцем подсунутого Викиной рукой. Вопли и обвинения в плохо разбираемом исполнении, прерываемые натуральным кусанием губ и даже рук.
Вика же обняла девчонку за плечи и прижав к себе как маленькую, стала гладить её по голове. И вскоре та расслабившись и будучи словно в прострации, начала свой рассказ. Из её подрагивающих губ мы с Викой услышали глупую и убивающую своей натуральностью правду о … их совместной жизни с мужем Олегом в одной постели.
Алёна вышла замуж девственницей, уж как у неё это получилось, один бог ведает, или кто там не знаю, но она добралась до Загса как положено невинной. Может это родители сумели воспитать и отложить в ней то, что не позволило ей повторить подвиг многих её одноклассниц по потере целомудренности на разных вечеринках. Вроде бы плюс? Как вы считаете?
Но на ровне с этим плюсом, в её голове царило и полное, нет правильнее сказать абсолютное неведение, как это быть женщиной для своего будущего супруга.
Повзрослев, Алёна пару раз пробовала поднимать перед умершей недавно мамой этот вопрос, но ответ всегда был один. Вот выйдёшь замуж и всему научишься сама, и вообще, девочке и девушке говорить про такое, неправильно и грязно. От рассказов же подруг, которые смакуя подробности, открыто делились опытом, она старалась держаться подальше. Откровения о подобных приключениях заставляли Алёну как бы закрываться от действительности в свою отдельную раковину. Не к отцу же обращаться с таким вопросом юной девушке? Это … это было как бы не совсем неверно. Если округлить, то первый вывод можно сделать такой - ни семья, ни двор, ни школа не просветили будущую жену и женщину в семейном аспекте. Из знаний про жизнь и любовь ... в натуральную величину, она имела огромный ноль.
И вот, наконец, её мечты и грёзы сбылись, первая встреча с юношей, который ей понравился. Первые общие темы для общения на прогулках, первые цветы, первые поцелуи на свиданиях и при прощаниях. Наконец его объятия и признание в любви … с предложением руки и сердца.
Да уж, и как отказать? И главное, с чего? Её Олежек, как она объяснила нам с Викой, он сильно отличался от тех ребят, с кем она когда-то общалась в школе, и той пары ухажеров читателей, когда она уже работала библиотекарем. Он был близок к ней духовно, и в чем-то даже отчасти являлся её копией, только в мужском варианте. Может поэтому она не отказала.
И вот Загс, свадьба и … первая брачная ночь.
Алёна снова всхлипнула, и новые слёзы рекой опять потекли по щекам оставляя следы от размазанной косметики.
Вика успокаивая ей погладила Алёну по руке и спросила, - ну так и что у вас там не заладилось-то?
Та смущенно посмотрела через стол, на меня и тихо, почти шепотом призналась.
– У нас с ним ничего толком не вышло. У него … он, оказался маленьким. В длину всего 14 сантиметров. А мы с ним … оба полноватые и он войти … в меня смог только самым кончиком. А-ааа, чего там ещё говорить, короткий он у него! Короткий, и всё!
Вика, услышав такое вот признание жены о члене мужа, сначала просто хрюкнула, но посмотрев в наивные глаза этой девчонки, перевела смех в кашель.
- И это всё? – уже спросил её я, не показывая Алёне всей комичности ситуации.
– А … что … вы с ним … пытались сделать … это … только в обычной позе? Кх-м. А вот про такую книгу как «Камасутра», ты что ничего раньше не … слышала? - снова попытался я как-то найти главное. - Выход всегда можно найти. И погоди, а Олег, он-то сам что? Ничего разве не … предлагал?
- Он … он предлагал … но это же унизительно. Я в конце концов, человек, а не собака. Это всё просто напросто гадко и отвратительно. Я … я так не могу … как представлю себя и с души воротит, а он твердит, надо попробовать сзади … как собаки. Ужас!
Алена опустила голову и снова уткнулась в своё полотенце. Вика же, слегка посмеиваясь, подняла девчонку со стула и предложила проводить её в ванну.
– Девочка моя, тебе надо пойти и умыться. Принять божеский вид, расчесаться и накраситься. Нельзя так. И успокойся. Признание уже было. Вон дядя Стёпа, услышав про такое от тебя, ни слова не сказал. А почему? Потому что это всё очень серьёзно и по жизни возможно. А у него милая моя, семейный стаж о-го-го какой! И кстати, мне его жена Маша их свадебные фотки показывала, так он на них с ней тоже как два пирожка с повидлом. Пошли-ка мы с тобой наводить красоту.
Я остался за столом, снова плеснул себе в кружку чаю и задумался. Вот тебе и на, я в своей молодости о таком казусе просто никогда не думал. Почему? Наверно я наслушавшись рассказов про чужой опыт, причем не от папы с мамой, правильно воспринял всё и применил. Да и жена тоже, как и я понял, в своё время вняла голосу наставлений своей мамы, что понимала надобность разъяснений дочери в данной области, что пуританством мужа не удержать. Так что всё у нас с ней прошло гладко. Мы пробовали и проверяли себя и желания, не оглядываясь на чужие мнения о том, что может и не должен делать каждый из супругов. Никогда я не слышал от жены слов, я не буду, я не так воспитана, а это делать стыдно. Всё что хорошо для счастья и доставляет удовольствие паре, что любит друг друга, это пристойно и нормально. Ни о какой аморальности в общей постели даже речи идти не могло. А тут вона как, скромность и наивность … .
Вот ведь, да-аа. А вот как такие вещи теперь донести это до мозгов этой юной простушки, думалось мне, вот это проблема из проблем. Что делать? Может, пока они там умываются, Виктория сама найдёт нужные слова? Многое объясняющие, и по-женски откровенные? Сейчас они выйдут, а вопрос уже снят с повестки. Вот хорошо бы. А то мы насоветуем сейчас, а потом ещё с супругом придётся разбираться. Ой, не вовремя я в гости припёрся. Ну, не вовремя!
Судя по лицам вернувшихся к столу баб, ничего сверх естественного там не произошло. Одно неплохо, Алёна успокоилась, и видимо выговорившись перешагнула свою детскую стыдливость, и теперь вполне готова выслушать то, что ей сейчас должны высказать двое чужих в общем-то людей.
М-дя. А вот говорить-то мне и не хочется. Каждый из нас сапиенсов, одни и те же слова, а я в этом дааавно убедился, воспринимает далеко по-разному. Для этого достаточно послушать любое ток шоу о политике или разные диспуты. Пол часа и в голове полный ералаш, запутаешься разбираться кто там прав. А ведь выходят в свет люди с образованием и вроде как культурные, и в принципе, речь чаще идёт об очевидных всем вещах. А тут на тебе, кровать … её мать!
Вика налила Алёне чаю и сунула в руки печенинку. – Ешь!