Мстительное единодушие позволило мирно прикончить конфеты и, развалившись на креслах, довольно переваривать праздничный день. Вот только сюрпризы этого дня, как оказалось, еще не закончились. Вечером в спальне на кровати Лира обнаружила еще одну маленькую подарочную коробочку. Ангел осторожно сняла обертку и открыла черный бархатный сундучок. Внутри покоилась красивая серебристая брошь в форме крылышка. Но что больше всего изумило девушку, она узнала эту брошь! Словно отголосок из далекого прошлого. Внезапно ее глаза расширились, и она быстро вытащила из нагрудного кармана старую фотографию. Дыхание дало сбой. Ну конечно, вот же, на шее маленькой девочки покоится точно такая же… нет, не такая же, ЭТА же самая брошь! Девушка была так ошарашена, что не сразу заметила записку. Она отложила брошь и дрожащими руками развернула клочок бумаги. Пробежав глазами по строчкам, Лира, не в силах больше стоять, опустилась на пол.
«Отдаю то, что хранил у себя все эти годы в ожидании. С возвращением, Веснуш!»
Глава 6
Прилетели!
Казалось, целую вечность Лира пялилась на неожиданный подарок, не в силах поверить в происходящее. Девушку обуял целый сонм чувств: и радость от того, что где-то совсем рядом есть родной ей человек; и раздражение, что этот негодник не может просто объявиться; и непонятную тревогу перед приоткрытыми дверями в ее прошлое. Столько лет она жила словно сама по себе, что и сама не заметила, как привыкла к такому положению вещей, и вдруг появляется некто, кто является связующим звеном между ней и ее близкими. Кто-то, кто подарил очень личную вещь, но не удосужился даже назваться! И где он был все эти годы?
А еще это обращение—Веснуш! Такое до боли знакомое, родное… забытое. Что оно означает?
Лира сжала брошь в левой руке… и едва не ослепла от сильной вспышки: от ее левой ладони, внезапно озарившейся нестерпимо ярким светом, по комнате разошлись волны, оставив слабо мерцающую серебристую нить, обвившуюся вокруг левого запястья и уходящую в темноту комнаты.
– Что за… – девушка ошарашено потерла запястье, но нить никуда не исчезла, а стала лишь ярче.
А что если?.. От внезапной догадки Лиру бросило в жар; она вскочила и ринулась из спальни вслед за нитью.
Что если на том конце нити находится тот, кто подарил брошь? И сегодня, вот прямо сейчас, она наконец найдет того, кто поможет открыть завесу в ее прошлое.
Быстрее, еще немного!
Лира уже стала задыхаться от быстрого бега и бесконечного скаканья с лестницы на лестницу. Ну где же ты? Девушка остановилась в холле, чтобы перевести дыхание. Нить еще раз вспыхнула и заискрилась.
А потом пропала.
Лира остолбенела. Не может быть! Только не так! Подарить надежду и тут же ее отобрать? Да вы издеваетесь! Лира заметалась по академии, вновь и вновь сжимая до боли брошь, поднимая ее на ладони как можно выше, даже подбрасывая ее (словно потерянный сигнал ловила), но все тщетно. Нить больше не появлялась. Разочарованная и уставшая, девушка поплелась в гостиную. Однако возвращаться в спальню категорически не хотелось: девушке казалось, что так она упустит нечто жизненно важное. Лира устроилась на подоконнике в гостиной, откуда отлично просматривалось все помещение и ель с подарками. Девушка сама не знала, чего и кого она ждет, но упускать даже малейший шанс на возможность узнать больше о родных ей людях она не собиралась. Так и уснула на подоконнике и в неудобной позе.
Утром сильно болела спина, шея, пара-тройка конечностей, а если точнее – все тело, но девушку мучила вовсе не боль, а обида. Словно бы она всю ночь провела в ожидании чуда, а получила разочарование и предпосылки к остеохондрозу. Тем сильнее была обида, поскольку Лира никогда не верила во всякие чудеса, никогда не ждала подарков от Санта-Клауса. И вот, спустя аж шестнадцать лет, рождественский вечер стал для нее поистине чудесным. А ночь после Рождества – поистине разочаровывающей.
Ну и ладно! Еще полно времени выяснить, кто этот неизвестный Санта. Обидно только, что он сам не торопится встретиться с ней лицом к лицу. Боится? Опасается? Передумал? Ух, попадись он сейчас злой и невыспавшейся девушке, узнал бы всю прелесть настроения благодарной одариваемой и напрасно обнадеженной!
– Чего такая злая? – радостно прогремел над ухом знакомый голос, отчего Лира вздрогнула и едва не вылила на утреннего террориста весь кофе. Она и сама не заметила, как машинально дошла до столовой и также автоматом нагрузила себе полную тарелку еды. – Санта опять напутал с подарками?
– У? Угу, – сонно ухнула девушка в чашку, задумчиво потирая покрасневшее левое запястье. Нить больше не появлялась.
– Что-то случилось? – Арон посерьезнел и вплотную приблизился, заставив Лиру отшатнуться.
– Да нормально все, – неубедительно ответила девушка, сжавшись под пристальным взгляда Арона. – Просто не выспалась. Всю ночь делили с Сантой подарки, – девушка решила, что безопаснее всего поддержать шутку. Только поняла она это поздновато.
– Ты мне зубы не заговаривай, – угрожающе уведомил Арон и быстрым движением перехватил левое запястье девушки. Лира слабо пискнула от боли. – Что с рукой?
– Чаем обожгла, – ляпнула девушка первое, что пришло в голову.
– Еще скажи, что капустой лечилась. Да не вертись, я же помочь хочу. Сама скажешь или оставишь это моей больной фантазии? – ухмыльнулся Арон и поднял запястье на уровне глаз. – Знакомая картина: нитеобразный след от ожога. Похоже на неумелое применение руны Flores trigo – руническая формула Уз. Рано тебе еще, ангелок, применять магию третьего уровня.
– Я не применяла, – ошарашено пролепетала Лира, наблюдая, как парень что-то чертит мизинцем над ее запястьем. Арон бросил на нее недоверчивый взгляд и вновь вернулся к запястью, над которым появилось голубоватое свечение. – Это правда, – рассердилась девушка, – этой ночью непонятно откуда на моей руке появилась нить. А потом исчезла.
Арон снова внимательно посмотрел на девушку, словно пытался разобраться, врет она или просто бредит.
– Ну допустим, – вздохнул Арон и вернул, наконец, хозяйке ее многострадальную руку, – предположим на секунду, что Узы призвала не ты, а твой родственник, тогда…
– Мой КТО?
Теперь уже Арон испуганно отшатнулся, поскольку Лира вскочила из-за стола и нависла над ошалелым собеседником.
– Тише, тише, ангелок, – успокаивающе сказал парень и оглянулся; благо в столовой кроме них больше никого не было. – Я все объясню, только успокойся, – парень вздохнул и принялся за трапезу. – Садись и ешь, а я буду сказки рассказывать
Лира недоверчиво покосилась на Арона и села.