– Интересссно, что жжже ты…
– Уничтожу, – яростно прошипела девушка, совсем как ее надсмотрщик, и резко выдохнула.
А потом наступила тьма.
Холод отступал очень медленно, оставляя пустоту и усталость. Просыпаться не хотелось, приходить в сознание – тем более. Провести всю жизнь в темноте и пустоте? Отлично! Если бы только эта темнота не была такой холодной.
По телу Лиры прошла крупная дрожь. Проклятье! Когда же, наконец, потеплеет. Девушка едва слышно застонала.
Глаза открылись лишь с третьей попытки, а зрение вернулось вообще минут через пять.
Адептка со стоном повертела головой и осмотрелась: выжженная и потрескавшаяся, покрытая серым пеплом земля почти не отличалась от такого же серого, тяжелого неба. Даже горизонт едва различим из-за отсутствия разницы. Никаких признаков растительности или живности, лишь горы да низины, покрытые не то пеплом, не то горелой землей.
Тело было словно заковано в цемент усталости – девушке не удалось даже руку поднять, не то что встать. Так она и осталась сидеть на земле, прислонившись спиной к чертовски холодному дереву. Спину свело судорогой, а вот лопатки горели огнем.
Девушка еще раз огляделась и на этот раз заприметила вдалеке небольшие темные домики, между которыми сновали какие-то тени. Адептка поморгала, но видение не исчезло: наоборот, возле домиков появились маленькие лужайки с заборами и очень высокие деревья. Теней стало больше.
Девушку обуяло очень странное чувство: ей не было любопытно и совсем не хотелось выяснять, что это за город, но ее словно магнитом туда тянуло. Если бы она, конечно, могла встать. Холод ушел, страх перерос в безразличие. Захотелось прямо здесь свернуться калачиком и уснуть. Или присоединиться к теням, безмолвным и безразличным; отрешиться от всего, что находилось там, в подлунном мире. И больше туда не возвращаться. Там слишком шумно, много излишней суеты и треволнений. Учеба, друзья, поиски семьи – все это так неважно по сравнению со здешними тишиной и покоем.
Левая рука дернулась, словно от ожога. Лира удивленно глянула: вокруг ее запястья вилась сверкающая серебристая с синими вкраплениями нить. Что-то знакомое защемило в сердце, но стоило ей отвести взгляд от запястья, как она вновь забыла, кто она и что делает в этом странном месте.
Лира опять подняла глаза и удивилась бы, не будь она такой измотанной. За время, что она отвлеклась на нить, город не просто приблизился, но и окружил ее. И стало понятно: то вовсе не домики возвышаются над пеплом, а самые настоящие надгробные плиты, а заборы – не что иное, как ограда вокруг каждого памятника. А вот тени не изменились: серые, безликие, степенно проплывающие мимо могил, они наконец остановились и повернулись к ней. Правда, сложно было сказать, на нее они смотрят или просто любуются местностью, по крайней мере, ближе, чем на десять шагов, они не подходили.
Лира вновь попыталась встать, так и не решив, убежать она все-таки хочет или присоединиться к ним. Но попытка опять закончилась неудачей: ей удалось лишь согнуть ногу в колене да приподнять руку.
Так они и смотрели друг на друга у незримой границы: с одной стороны обитатели внелунного мира, с другой – обессилевшая девушка с безразличным взглядом. Она и правда уже мало что видела: глаза словно пелена застлала.
Ближайшая тень дружелюбно протянула руку.
Ангел обреченно закрыла глаза, но вдруг рядом раздалось рычание. Лира удивленно уставилась на совершенно седого волка, незнамо когда появившегося справа от девушки и теперь злобно скалящегося на тени.
– Ты, – только и выдавила она, безуспешно пытаясь вспомнить, кто это и для чего он здесь.
– Ты не должна здесь находиться! Уходи скорее, иначе Грань убьет тебя, – прорычал волк.
Резкая вспышка осознания происходящего на миг вернула Лиру в реальность: она ощутила липкий ужас, по-новому вглядываясь в безликих обитателей кладбища. Тени не изменились, изменилось ее восприятие: она ощутила их желание забрать ее к себе, леденящую кровь жажду человеческой души.
Девушка сжалась, с ужасом понимая, на что опирается: могильная плита, такая же серая и безмолвная, как и все вокруг. Тени нарушили границу и двинулись к ней, но волк яростно клацнул зубами, заставив их вновь отступить. Впрочем, это не могло их надолго удержать: Лира краем глаза заметила, как несколько сумеречных обитателей пробуют их обойти.
Волк метался по всему периметру, отгоняя тварей от своей хозяйки, но его одного было явно недостаточно.
– Лунный, – вдруг улыбнулась девушка своей догадке. Поразительно, и как она сразу его не узнала! – Ты вернулся, Лунный, – волк отчаянно посмотрел пылающими рубинами глаз на хозяйку.
– Спасибо, – прошептала девушка, понимая, что этот бой они проиграли. Одна особенно настырная тень, словно заботливый друг, протянула ей свои бесплотные, но оттого не менее загребущие руки.
Лира в последний раз посмотрела на преданного волка, чувствуя, как ее сзади за плечи охватывают еще одни руки и тянут назад.
– Я здесь, – совсем рядом она услышала чей-то голос. Обычный человеческий голос, а не шипение. Голос Дейна. – Я рядом. И больше не оставлю тебя.
Он крепко прижал ее к себе. Размытым взором девушка успела заметить, как ее серебристая нить наконец стала целой, соединяя их левые запястья. Впервые за последние полгода девушка беззаботно улыбнулась.
Теперь и умирать не страшно.
Глава 9
« …ураган невиданной силы, который буквально сравнял с землей Солтон. Стоит отметить, что лишь благодаря тому, что город давно заброшен, обошлось без жертв. Но до сих пор всех интересует вопрос, почему такие климатические изменения, зафиксированные на строго очерченной географической территории, не были спрогнозированы заранее».
Тихий звук радио сработал не хуже дрели, и Лира с трудом разлепила свинцовые глаза. Тяжелое тело не слушалось, и Лира на мгновение испугалась, что она по-прежнему сидит в той бездушной пустыне в окружении ее алчных обитателей. Но знакомые занавески и герань на подоконнике развеяли страх: так это же больничная комната!