– Так вот у меня, собственно, вопрос, – уверенно встряла Лира, положительно оценив обстановку. – Почему ты так уверен, что это разделение произойдет?
На нее посмотрели почти с отчаянием.
– Я столько медицинских справочников пересмотрел, исторических справок, статистических отчетов, преданий и легенд, новостных лент, и нигде – уж можешь мне поверить – нет ни одного исключения или счастливого случая избежания разделения.
– Нет, Арон, ты не понял, – пробормотала девушка, поминутно дергая левым запястьем, начавшим ни с того ни с сего жечь. – Я про основной принцип разделения. Ты говорил, что оно происходит со всеми близнецами, достигшими совершеннолетия, но только в том случае, если они единонаправленные. То есть вам обоим нужно быть или светлыми, или темными ангелами, – девушка стала растирать нудящую кисть.
– Дорогуша, так мы с Ароном как раз оба светлые, – Эрис решила напомнить о себе, хотя в ее голосе больше не было презрительных ноток. Скорее, грусть.
– Да нет же, – Лира отчаянно принялась трясти многострадальную конечность, которую словно каленым жгутом связало, – вы темная.
Повисла звонкая тишина.
– Чего? – выдохнула Эрис, а Арон даже подошел вплотную к Лире, словно готовясь еще раз хорошенько встряхнуть ее, если выяснится, что это неудачная шутка.
– Ну, я вижу это… вокруг ангелов. Время от времени. И вы вроде как темная. Ай! – вскрикнула девушка и согнулась, прижимая к груди левое запястье.
– С тобой все нормально? – обеспокоенно спросила подошедшая Эрис, но Лира ее не слышала.
Девушка выпрямилась и поднесла запястье к глазам: едва проступившее покраснение явственно напомнило о событиях в зимнем лесу. И хотя сейчас сияющей нити не наблюдалось, да и боль быстро прошла, Лира поняла, что ее брат снова решился призвать Узы. Призвал и тут же передумал.
Лира резко опустила запястье и прижалась спиной к двери, устало глядя в потолок. Какая же она глупая! Она была так уверена в том, кто собирается использовать Коготь Кассано, что совершенно позабыла – в Ангелии был еще один человек, которого крайне интересовала тема кровных Уз.
Брат с сестрой так и подпрыгнули на месте, когда Лира резко сорвалась с места и выскочила за дверь.
– Куда?! А ну стой! – неслись ей вслед возмущенные вопли, но девушка лишь ускорилась и свернула к ближайшей лестнице.
– Фенрир. Ты нужен мне, – сорвалось с ее уст, пока она неслась по коридору, сжимая спирит на груди.
– Тебе не следует так часто…
– Фенрир, помоги, – Лира упала перед волком на четвереньки и вцепилась в его шерсть. Она допустила большую ошибку. И не только сейчас, когда подумала, что только Арон Найлет интересовался разрывом Уз. Не нужно было ждать, когда ее брат сделает первый шаг. Он и не собирался этого делать. А теперь, скорее всего, слишком поздно что-то предпринимать.
– Это он, Фенрир, – умоляюще обратилась Лира к духу. – Ты можешь его найти? Он хочет порвать со мной Узы!
Волк молча посмотрел на сидящую перед ним растрепанную и тяжело дышащую девушку, потом слегка повернул голову, прислушиваясь к ругани за углом: Найлеты почти догнали беглянку.
– Прошу, – взмолилась Лира.
Фенрир на миг сощурился, потом громко чихнул – коридор тут же заволокло серым непроглядным туманом – и повернулся к хозяйке.
– Если он открыл своему духу связь со мной, я найду их обоих.
Лира кивнула. Фенрир отступил и повел носом.
– Не отставай, – коротко приказал он, и они поспешили к заднему выходу из академии.
Бежать за волком оказалось сложнее, чем Лира себе представляла: ноги подкашивались от усталости, грудная клетка, казалось, разрывалась от сбившегося дыхания. Хорошо еще, что быстро сгустившиеся сумерки и праздничный бал позволили девушке добраться до лесной кромки без лишнего внимания – волк принял форму, видимую только для своей хозяйки, – и скрыться в гуще темного леса. Правда, в лесу для Лиры началось настоящее испытание: она то и дело спотыкалась и падала, едва глотая воздух и стирая ладонью со лба пот. И без того призрачная надежда на то, что дух приведет ее к группе празднующих студентов и все ее подозрения окажутся досадным недоразумением, растаяла окончательно. И неужели связь между ней и Фенриром настолько сильна, что он действительно понял без слов, кого она имела в виду?
Девушка неслась, не разбирая дороги и не глядя по сторонам, – единственной ее целью была серая спина ее духа, который петлял не хуже западносибирской лайки, почуявшей запах лесной дичи. Иногда волк останавливался, прижимаясь к земле и что-то вынюхивая, и тут же резко менял направление, словно перед ним вырастала незримая стена. Деревья проносились мимо одно сплошной темной массой, а порой и вовсе исчезали, уступая место серому промозглому пространству. Девушка уже ничему не удивлялась и лишь старалась не отставать, что получалось все хуже. Упав в очередной раз, Лира поняла, что подняться еще сможет, а вот бежать уже не в состоянии.
– Довольно, – словно прочел ее мысли Фенрир, – я должен уйти в Грань, иначе для тебя все может плохо кончиться. Ты истощила все свои силы.
Лира устало посмотрела на своего духа.
– Послушай, – спокойно обратился почти прозрачный Фенрир к хозяйке, – то, что я исполнил твою просьбу, отнюдь не значит, что я с тобой согласен.
Девушка закусила губу, а волк исчез.