— Поговорить.
— О чём же?
— Почему ты не сказал, что у тебя бессонница?
— Не видел в этом необходимости.
Сасори раздражённо фыркнул.
— Знаешь, раз уж попросил меня заниматься твоим здоровьем, потрудись хоть ставить в известность о новых симптомах. Может, ты ещё не заметил, Итачи, но твоя болезнь слишком серьёзна, чтобы не обращать внимания на мелочи.
— Учту, — отчеканил он. — И всё же, не советую тебе продолжать в том же тоне, Сасори.
— Правда? — прошипел кукловод, недобро щурясь. — Ну а что если я пренебрегу советом?
— Будут последствия, — предупреждающе активировав Шаринган, Итачи тоже понизил голос, сурово глядя на товарища.
Любой нормальный человек стушевался бы, отступил — а Сасори тихо засмеялся.
— Какой-то ты сегодня несдержанный, — заметил он, с подчёркнутым спокойствием проводя рукой по волосам. — Это была всего лишь шутка, Итачи. Я ведь не Орочимару и прекрасно понимаю, что глупо совать руку в пасть льву.
— Надеюсь на это, — отозвался Итачи, постепенно возвращая свою обычную бесстрастность. Однако едва Шаринган погас, тело пронзила резкая боль, и Итачи закашлялся, быстро прикрыв рот ладонью.
Чуть склонив голову набок, Сасори без какого бы то ни было выражения на лице молча наблюдал за приступом. Заговорил он лишь когда Итачи откашлялся и без сил опустился на стул.
— Вот тебе ещё одно доказательство моего благоразумия, — сказал он, кидая товарищу полотенце, которое принёс с собой. — Зная, что ты болен, Змей бы не преминул использовать это в своих целях. Я же не только не добавил тебе яд в лекарство, но даже беру на себя труд самостоятельно следить за возникновением новых симптомов.
— Несколько подозрительная забота, не находишь? — не удержавшись, съязвил Итачи, вытирая с рук и лица свою кровь.
— Это не забота, — отозвался Сасори, скрещивая руки на груди. — Просто я не терплю несовершенство, Итачи. А стремительно слепнущий Учиха, откашливающий кровь вперемешку со своими лёгкими, от совершенства явно далёк, — он усмехнулся. — К тому же, для меня живой ты куда интереснее мёртвого.
Итачи прищурился, стараясь понять, что кроется за этими словами, однако даже ему сложно было прочесть что-то на лице Сасори. Хотя, это было скорее не лицо, а великолепная сработанная маска с застывшим на ней выражением спокойствия и лёгкого участия; глаза же кукловода, как и всегда, оставались пусты и бесстрастны.
— Начни принимать это, — подойдя ближе, Сасори поставил на стол перед ним флакон. — Думаю, по две капли на стакан воды перед сном будет вполне достаточно. Если нормальный сон не вернётся, то ты мне об этом скажешь, — он сделал акцент на последнем слове, — и мы попробуем увеличить дозу. Это снотворное хорошо совместимо с твоим лекарством, поэтому осложнений быть не должно.
— Что-нибудь ещё? — вяло уточнил Итачи.
— Побольше прогулок на свежем воздухе и поменьше Шарингана, — отозвался Сасори. — И ещё: я, конечно, не специалист в лечении чакрой, но попробовать стоит.
Поняв, куда он клонит, Итачи снял майку и повернулся к товарищу спиной; Сасори и в самом деле редко прибегал к подобным процедурам, предпочитая полагаться на различные снадобья, однако порой всё же снисходил до традиционных методов. Руки кукловода окружил ореол мягкого света медицинской чакры, практически тут же Итачи почувствовал, как лечебная техника прошлась по повреждённым болезнью лёгким.
— Это всё, что я могу сделать, — несколько минут спустя сказал Сасори, отстраняясь.
— Спасибо, Сасори, — вполне искренне произнёс Итачи, одеваясь.
— Благодарностью сыт не будешь, — хмыкнул тот.
— И что же ты хочешь за свою помощь? — спросил, мгновенно насторожившись, Итачи.
Но Сасори лишь загадочно улыбнулся.
— Однажды узнаешь, — отозвался он, захлопывая книгу по заклинаниям, всё ещё лежавшую на столе. — А пока иди спать, Итачи; все эти чары никуда не денутся, если ты отложишь их до утра.
Глава 12. С ног на голову
— Ну Данна!..
— Нет.