Полюса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пятая приняла послов в малом зале собраний — Кисаме нередко бывал здесь, когда сопровождал Четвёртого на заседания совета. Как и во времена Ягуры, в зале было полутемно, факелы на стенах давали рассеянный свет, играли тенями. Когда Акацуки вошли, Мей поднялась из кресла во главе длинного каменного стола.

— Добро пожаловать в Киригакуре, — произнесла она, как всегда идеально балансируя на грани профессионального обращения высокопоставленного шиноби и соблазнительности юдзё.

— Мизукаге-сама, — Итачи поклонился, и Кисаме поступил так же. Когда Мей посмотрела на него, максимально правдоподобно сымитировал любимое выражение лица напарника. — Мы прибыли по поручению глав Альянса с последними уточнениями договора о вступлении Киригакуре в наше объединение. Мне были делегированы полномочия вести эти переговоры, так что все вопросы, касающиеся финального текста договора, вы можете адресовать мне, — с последними словами Итачи приблизился и подал Мизукаге увесистый свиток.

— Мне необходимо время, чтобы ознакомиться с ним, — сказала Мей, приняв документ и бросив на него оценивающий взгляд. — Предлагаю встретиться завтра в полдень, Итачи-сан. А сейчас, я полагаю, вы будете не прочь отдохнуть после дальней дороги…

Парой часов позже, покончив с ужином и умывшись, Кисаме стоял у окна выделенной ему в резиденции Мизукаге комнаты, глядя в темноту за окном.

Ночь, туман, три команды АНБУ пасутся на соседних крышах. Прям как в былые времена…

— Кисаме.

— Мизукаге-сама, — он мигом повернулся к открывшей дверь куноичи.

— Так официально… — протянула Мей.

— Я посол, мне положено.

— Но мы ведь сейчас не на переговорах.

Кисаме усмехнулся и промолчал. Смерив его долгим взглядом, Мей покосилась на Самехаду, прислонённую возле изголовья кровати, на акацуковский плащ на стуле и вновь посмотрела на мечника.

— Так забавно было наблюдать за вами сегодня, — сказала она, без спешки подходя ближе. — То, как ты преданно и верно стоял позади, прикрывая спину Учихи, — Мей прищурилась, в растянувшей губы улыбке был яд. — Значит, слухи не врут? Ты в самом деле стал учиховским псом?

— Скорее оказался хорошим напарником, — отступив от окна, Кисаме сделал шаг вперёд — настороженно, готовый к атаке.

Мей не шелохнулась, лишь сузила глаза ещё больше.

— Мечники… вы расстраиваете меня, — произнесла она с притворным разочарованием. — Когда-то Мечники Тумана были элитой шиноби нашей деревни, превосходными мужчинами… И что произошло с вашим братом? Забуза последние годы перед смертью держал возле себя смазливого мальчика. Бедного Чоджиро назвать выдающимся мужчиной сложно — он больше похож на щенка, которого так и тянет погладить и почесать за ушком. Даже ты, Кисаме…

— Придержала бы ты язык, Мизукаге-сама, — проскрипел Кисаме, в котором закипало раздражение. Зря она его дразнит, очень зря.

— В противном случае?.. — мягко поинтересовалась Мей, поведя плечами, отчего сетка на её платье сползла ещё ниже. Голые плечи, прекрасный обзор на грудь… Пятая Мизукаге-сама, блядский носитель двух Кеккей Генкай.

«Этого делать не стоит», — намекнула логика, но задвинуть её далеко и надолго было легко.

Как и прижать Мей спиной к стене, впиться в губы. Мгновенно вспомнилось, как хороша эта рыжая дрянь, и продолжения захотелось нестерпимо.

— Блять, — выдохнул Кисаме. Он понимал, что творит полную хуйню, и попытался дёрнуться назад, остановиться.

Тонкие пальцы намертво вцепились в его майку.

— Как неучтиво, Кисаме-сан, — прошептала Мей, в глазах которой бесновались бидзю. — Где же ваши манеры? Оставить женщину без секса…

Следующими действиями Кисаме напомнил ей, что такого греха за ним никогда не водилось.

Туманный рассвет, серый и тягучий, застал шиноби в постели. Кисаме сидел на краю и курил «трофейные» сигареты: Сасори ещё в мире волшебников у Анко нашёл и отобрал несколько пачек, а теперь вот бросил в штабе Акацуки — мало ли, может, кому пригодятся. Мей лежала на другой половине кровати и уже пять минут была подозрительно тиха.

— Мне всегда было хорошо с тобой, Кисаме, — вдруг сказала она. — Тебе со мной, я знаю, тоже.

— Ты к чему это говоришь, женщина? — Кисаме сделал последнюю затяжку и затушил сигарету о тарелку из-под сашими, туда же бросил окурок.

Мей перевернулась на живот и, потянувшись, коснулась его локтя.

— Когда Кири вступит в Альянс, закон амнистии для членов Акацуки будет действителен и на наших землях. Ты сможешь вернуться, Кисаме. Вернуться на родину, благом которой так горел когда-то…

— Перегорел, — Кисаме выдернул руку из её хватки. — Я долго жил ради утопий, Мей. Сначала — в мечтах о светлом будущем для Кири, потом — о мире без войн этого ублюдка Обито… Но мира без войн не бывает, любой здравомыслящий тебе это скажет. А что до Кири… Знаешь, я всё чаще вот о чём думаю: наверное, мы всегда не там корень проблемы обозначали. Может, не только власть виновата, но и люди? Кровавые, ограниченные, ни хера о высоком не думающие и не хотящие. А может, дело в самой земле — она так пропитана кровью, что только кровожадные на ней теперь и рождаются?..