Кору слез на землю и под уздцы подвёл Вихря к скамейке, чтобы Тобирама могла спуститься с коня. Коротко кивнув оруженосцу — он хорошо справлялся, и она собиралась сказать об этом лорду Ируке, — Тобирама подошла к большой доске, возле которой собрались рыцари. К ней был прикреплён лист пергамента, на котором значились сегодняшние пары сражающихся. Тобирама нашла себя — просто «Таинственный рыцарь», потому что другой был подписан «Таинственный рыцарь Трезубца». В первый день ей достался в противники некий сир Изумо. «Скорее всего, ко мне хотят для начала прицениться, чтобы решить, с кем ставить в пару в дальнейшем», — рассудила Тобирама и отошла в сторону, чтобы не закрывать другим обзор.
Запели трубы, и толпа разразилась приветственным криком, пока герольд объявлял:
— Его Милость, король Минато, первый этого имени, король андалов, ройнаров…
— Скоро начнётся! — в предвкушении пророкотал Зелёный Зверь. — Ли, мой шлем!..
Её схватка значилась пятой, и Тобирама вместе с рыцарями остановилась у барьеров на краю поля, чтобы понаблюдать. В первом бою должны съехаться двое королевских гвардейцев: сир Райдо Намиаши и сир Генма Ширануи. Рыцари вместе подъехали к павильону — белые, словно призраки, в своей одинаковой броне как будто близнецы, и различить их можно было лишь по коням: у сира Райдо он был серый в яблоках, у сира Генмы — рыжий, нетерпеливо роющий копытом землю. Гвардейцы поклонились тем, кто сидел в центре павильона — с места Тобирамы людей там было не видно, — после чего разъехались в разные концы поля.
Народ затих, и долгие мгновения над полем висела тишина — а после протрубил рог, и белые рыцари сорвались с мест под рёв толпы, понеслись навстречу друг другу. На середине поля они сшиблись, и оба сломали копья о чужие щиты.
Они сходились ещё четырежды, прежде чем сир Райдо сумел выбросить противника из седла. Однако сир Генма после падения не сдался и выхватил меч — сир Райдо спешился тоже, и гвардейцы сошлись в схватке, призванной скорее показать их мастерство, чем выявить сильнейшего. В конце концов сир Райдо сбил с головы собрата высокий шлем с золочёным гребнем, и сир Генма сложил меч, признав себя проигравшим. После оба рыцаря вновь поклонились королю, и толпа проводила их одобрительным рёвом. На поле выехала следующая пара участников, когда гвардейцы подошли к своему белому шатру.
— Хорошее начало турнира! — крикнул им сир Аоба Ямаширо. Его слова поддержали остальные одобрительным гулом, и белые рыцари с улыбками подняли кубки, поданные оруженосцами.
Во втором бою сир Гаку Инузука сломал три копья о чёрный щит сира Сузаку, на котором, как и у прочих Нара, была серая тень, но не человеческая, а птичья. На последнем заходе рыцарь Простора слишком наклонил щит, и северянин ударил ему в грудь, скинув на землю.
За ними на ристалище выехали сир Гай в своей зелёной броне, которого люд встретил восторженным рёвом, и какой-то Узумаки из младшей ветви с тремя лисами на щите. Зелёный Зверь разделался с ним играючи и сделал круг по полю, снискав ещё больше оваций и получив букет и поцелуй от забравшейся на ограду крестьяночки.
После этого прошёл не слишком запоминающийся бой двух мелких рыцарей из Долины, и наступила очередь Тобирамы, за последним сражением наблюдавшей уже из седла. Пронёсшись по полю под заинтересованный шум толпы, она осадила и развернула коня возле павильона.
Сидевший по центру король Минато легко наклонил голову в ответ на её поклон. У него оказалось удивительно располагающее лицо, умное и, несмотря на годы, без глубоких морщин — по крайней мере Тобирама их не разглядела, хотя и прищурилась. В золотых волосах короля поблёскивала лёгкая корона, синие глаза смотрели с интересом. По левую руку от него сидели королева Кушина, рыжая лисица в зелёном бархате, и улыбающийся, явно довольный подарком на именины принц Наруто. По правую руку от короля восседал лорд Мадара, лениво рассматривавший Тобираму из-под тяжёлых век. Последнее кресло занимал королевский десница.
«Он постарел», — отметила Тобирама. Годы назад в Риверране она видела пышущего силой молодого мужчину — теперь же перед ней был закалённый, словно выкованный из стали лорд с тяжёлой челюстью и проседью в тёмных волосах. Его взгляд был всё так же холоден, только сделался ещё надменней.
Тобирама поспешила отвернуться от лорда Фугаку, глуша злой огонь, вспыхнувший в душе. Слева от неё остановился сир Изумо и тоже поклонился, после чего они поскакали к противоположным концам поля. Придержав Вихря, Тобирама сквозь прорези шлема посмотрела на занявшего позицию напротив неё рыцаря. «Первые два удара в щит, третий — в грудь, чтобы выбить из седла не слишком быстро, — напомнила себе Тобирама. — Я должна не только победить, но и доказать мастерство».
Кору надел ей на руку щит, выкрашенный в монотонный серый цвет, и подал копьё.
— Удачи, сир, — пожелал он.
Звучно пропел рог, и Тобирама, крепче сомкнув пальцы на длинном копье, пришпорила Вихря. Большой серый конь сорвался с места и стремительно понёсся на противника. Весь мир для Тобирамы сузился до места, куда она целила: жёлтой луны на индиговом поле. «Первые два удара в щит, третий — в грудь…»
Они столкнулись напротив павильона, затрещали щиты и копья. Крепко сжав ногами бока Вихря, Тобирама усидела, по ходу отметив, что удар у Рыцаря Жёлтой Луны слабее, чем у неё. Вернувшись на позиции, противники подхватили новые копья взамен сломанным и сшиблись вновь — с тем же результатом. «Третий — в грудь…»
Когда сир Изумо приблизился вновь, Тобирама отклонила копьё дальше в сторону, и оно, обойдя щит, ударило в нагрудник рыцаря. Сир Изумо покачнулся и потерял стремена — свалился на землю и, кажется, лишился чувств.
Уведя Вихря в сторону, Тобирама развернула надсадно храпящего коня и, отбросив обломок копья, проехала мимо зрителей.
— Дымный Рыцарь! Дымный Рыцарь! — кричала толпа.
«Не самое плохое имя», — про себя отметила Тобирама, уходя с поля с первой победой.
Глава 3. Таинственный рыцарь
На второй день турнира Тобирама приехала на поле совсем рано — Кору, вновь помогавший ей, приноровился и ещё быстрей управился с бронёй. Немногие успевшие уже собраться у палаток рыцари приветствовали её вежливыми кивками; это и имя противника дало Тобираме понять, что во вчерашнем бою она добилась цели достойно проявить себя.
— Вы сегодня выедете против сира Фу Яманака, — сказал Кору, сбегав к списку посмотреть. — Он одних из самых видных рыцарей Простора, сир, с ним будет нелегко.
Тобирама кивнула, признавая его правоту. Накануне сир Фу в жестоком бою одолел сира Идате Морино — его уносили с поля на носилках, пока Рыцарь Розы гарцевал перед дамами на своём гнедом коне. «Впрочем, — заметила себе Тобирама, — тот юноша Морино держится в седле хуже меня. Сир Фу орудует копьём умело, но слишком волнуется о том, как его победа будет выглядеть. Он сосредоточен на красоте удара, и на этом его можно подловить».
Над ристалищем расцветал новый день, и с высоких трибун стал доноситься шум. Благородные гости занимали места, и Тобирама обратилась мыслями к тому, кого среди них не было. «Каварама… — она сжала и разжала кулак в простой кожаной перчатке. — Он воспитанник десницы, сам не низкого происхождения и должен сидеть там, рядом со всеми этими лордами и леди. Почему его нет? Он грезил турнирами, когда был маленьким — неужели Учихи отбили у него этот вкус? Или десница не захотел брать его с собой, оставил в Королевской Гавани?..»
Размышляя, Тобирама медленно шагала мимо палаток. Броня давила на плечи своим весом, но Тобираме было не привыкать — сталь она носила чаще, чем платья, а меч и щит с ранних лет заменяли ей иглу и пяльца. Зайдя за палатки, удостоверившись, что здесь никого нет, Тобирама подняла забрало шлема и вдохнула полной грудью. Она знала, что отец одобрил бы её выбор. Он хотел видеть своих детей сильными — и она сильна и скоро докажет это всем.
— …точно тебе говорю, — вдруг зазвучал в стороне приближающийся голос, и Тобирама поспешила вновь опустить забрало, — он что-то задумал. Он слишком счастлив для человека, у которого столько забот.
— Мне даже интересно! — зазвучал в ответ смех, а вслед за этим из-за палатки вышли принц и сын десницы. За ними следовал, держась на расстоянии, гвардеец в белой броне.