При обрезании новорожденному давалось имя, обыкновенно в честь кого-либо из старших родственников. Поэтому не могло не вызвать общее недоумение желание матери назвать его Иоанном (см. Лк. 1, 59–61). Евангелист подчеркивает нам это обстоятельство, очевидно, потому, что и оно чудесно: желание Елисаветы назвать младенца Иоанном было плодом внушения Святого Духа. За решением обратились к отцу. Он, испросив дощечку, намазанную воском, написал на ней палочкой, для этого употреблявшейся: Иоанн имя ему (Лк. 1, 63). И все удивились необычайности совпадения желаний матери и глухонемого отца назвать сына именем, которого не было в их родстве.
И тотчас, по предсказанию Ангела, разрешились уста Захарии (Лк. 1, 64), и он в пророческом вдохновении, как бы предвидя уже наступление Царства Мессии, стал прославлять Бога, посетившего народ Свой и сотворившего избавление ему, Который воздвиг рог спасения нам в дому Давида (Лк. 1, 69).
Подобно тому как преступники, преследуемые мстителями, убегали в Ветхом Завете к жертвеннику всесожжения и, ухватившись за его рог, считались неприкосновенными (ср. 3 Цар. 2, 28), так и весь человеческий род, угнетаемый грехами и преследуемый за это Божественным правосудием, находит себе спасение во Христе Иисусе.
Это спасение не есть только избавление Израиля от политических врагов его, как думало в то время большинство евреев, особенно книжники и фарисеи, а исполнение завета Божия, данного ветхозаветным праотцам, которое даст возможность всем верным израильтянам служить Богу в святости и правде (Лк. 1, 75). Под «правдой» здесь имеется в виду оправдание Божественными средствами через вменение человеку искупительных заслуг Христовых; под «святостью» – внутреннее исправление человека, достигаемое при содействии благодати усилием самого человека.
Далее Захария предрекает своему сыну будущее, предсказанное Ангелом, говоря, что он наречется пророком Всевышнего (Лк. 1, 76) и будет Предтечей Божественного Мессии. Он указывает и цели служения Предтечи в том, чтобы приготовить людей к пришествию Его, дать уразуметь народу израильскому, что спасение его состоит не в чем ином, как именно в прощении грехов (Лк. 1, 77).
Поэтому Израиль должен искать не мирского величия, о чем мечтали тогдашние духовные вожди его, а праведности и прощения грехов. Прощение же грехов придет по благоутробному милосердию Бога нашего, которым посетил нас Восток свыше (Лк. 1, 78), то есть Мессия Искупитель, каковым именем Его называли еще пророки Иеремия (см. Иер. 25, 5) и Захария (см. Зах. 3, 8 и 6, 12).
По преданию, слух о рождении Иоанна Предтечи дошел до подозрительного царя Ирода, и, когда пришли в Иерусалим волхвы с вопросом, где находится родившийся Царь Иудейский, Ирод вспомнил о сыне Захарии и, издав приказ об избиении младенцев, послал убийц и в Иутту. Захария в то время совершал служение в храме, а Елисавета скрылась с сыном в пустыне.
Рассерженный тем, что младенца Иоанна не нашли, Ирод послал к Захарии в храм спросить, где скрыл он своего сына. Захария ответил, что он служит теперь Господу Богу Израилеву и не знает, где его сын. После угроз лишить его жизни он повторил, что не знает, где его сын, и пал под мечами убийц между храмом и жертвенником, о чем вспоминает Господь в Своей обличительной речи к фарисеям (см. Мф. 23, 35).
Рождество Иоанна Крестителя празднуется у нас 24 июня.
Родословие Господа Иисуса Христа по плоти
(Мф. 1, 1–17 и Лк. 3, 23–38)
В двух Евангелиях – от Матфея и от Луки – мы находим родословие Господа Иисуса Христа по плоти. Оба они одинаково свидетельствуют о происхождении Господа Иисуса Христа от Давида и Авраама, но имена в одном и другом не всегда совпадают.
Так как святой Матфей писал свое Евангелие для евреев, то ему важно было доказать, что Господь Иисус Христос происходит, как это надлежало Мессии согласно ветхозаветным пророчествам, от Авраама и Давида. Он и начинает свое Евангелие прямо с родословия Господа, причем ведет его только от Авраама и доводит до Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос (Мф. 1, 16).
Возникает вопрос, почему евангелист дает родословие Иосифа, а не Пресвятой Девы Марии. Это потому, что у евреев не было принято производить чей-либо род от предков матери, а так как Пресвятая Дева, несомненно, была единственным детищем у Своих родителей Иоакима и Анны, то, согласно требованию закона Моисея, Она должна была быть выдана замуж только за родича из того же колена, племени и рода. Следовательно, раз старец Иосиф был из рода царя Давида, то и Она должна была быть из того же рода.
Святой Лука, поставивший себе задачей показать, что Господь Иисус Христос принадлежит всему человечеству и есть Спаситель всех людей, возводит родословие Господа до Адама и до Самого Бога. В его родословии, однако, мы находим как бы некоторые разногласия с родословием святого Матфея. Так, Иосиф, мнимый отец Господа, по святому Матфею – сын Иакова, а по святому Луке – сын Илия (ср. Мф. 1, 16 и Лк. 3, 23). Также и Салафиил, упоминаемый у обоих евангелистов как отец Зоровавеля, по святому Матфею – сын Иехонии, а по святому Луке – сын Нирии (ср. Мф. 1, 12 и Лк. 3, 27).
Древнейший христианский ученый Юлий Африкан прекрасно объясняет это законом ужичества, по которому, если один из двух братьев умирал бездетным, то другой брат должен был взять за себя его жену и восстановить семя брату своему (Мф. 22, 24; ср. Втор. 25, 5–6). Первенец от этого брака должен был считаться сыном умершего, чтобы умершему бездетным не остаться без потомства и чтоб имя его не изгладилось в Израиле (Втор. 25, 6). Этот закон имел силу в отношении братьев не только родных, но и происходивших от разных отцов и от одной матери.
Такими братьями были Иаков, отец Иосифа по святому Матфею, и Илий, отец Иосифа по святому Луке. Они родились от разных отцов, но от одной матери, которая была замужем сначала за отцом Иакова, потом за отцом Илия. Имя ее было Эста. Таким образом, когда один из сыновей Эсты, Илий, умер бездетным, то другой, Иаков, взяв за себя его жену, восставил семя брата своего, родив Иосифа. Отсюда и получилось, что святой Лука ведет род Иосифа через Рисая, сына Зоровавеля (см. Лк. 3, 27), и Илия, отца Иосифа (см. Лк. 3, 23), а святой Матфей – от Зоровавеля чрез Авиуда, другого сына Зоровавеля (см. Мф. 1, 13), и Иакова, другого отца Иосифа (см. Мф. 1, 16).
Введение святым Матфеем в родословие Господа женщин, бывших или язычницами, или грешницами (см. Мф. 1, 3, 5–6), сделано с целью назидания: Бог, не возгнушавшийся причислить к избранному роду таких женщин, не гнушается призывать язычников и грешников в Свое Царство. Не заслугами своими спасается человек, но силою всеочищающей благодати Божией.
Рождество Христово
О Рождестве Христовом и о событиях, связанных с ним, повествуют нам только два евангелиста: святой Матфей и святой Лука. Святой Матфей сообщает об откровении тайны воплощения праведному Иосифу, о поклонении волхвов, о бегстве Святого Семейства в Египет и избиении вифлеемских младенцев, а святой Лука более подробно описывает обстоятельства, при которых родился Христос Спаситель в Вифлееме, и поклонение пастырей.
Откровение тайны воплощения праведному Иосифу
(Мф. 1, 18–25)
Святой Матфей сообщает о том, что вскоре после обручения Пресвятой Девы Марии старцу Иосифу, прежде нежели сочетались они (Мф. 1, 18), то есть прежде заключения полного настоящего брака между ними, Иосифу стало ясным состояние зачатия во чреве, в котором находилась обрученная ему Мария. Будучи праведным, то есть, с одной стороны, справедливым, а с другой, и милосердным, Иосиф не захотел обличить Ее мнимого преступления перед всеми, чтобы не подвергнуть ее позорной и мучительной смерти, согласно закону Моисееву (см. Втор. 22, 23–24), а намеревался тайно отпустить Ее от себя, не оглашая причины этого.
Когда он помыслил это, ему явился Ангел Господень, который объяснил, что Родившееся в подозреваемой им Обручнице есть от Духа Святаго (Мф. 1, 20), а не есть плод греха, как он ошибочно думает. Родит же Сына, – продолжал Ангел, – и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их (Мф. 1, 21). Имя Иисус, по-еврейски Иегошуа, и значит Спаситель.
Чтобы Иосиф не сомневался в истине его слов, Ангел ссылается на древнее пророчество Исаии, которое свидетельствует о том, что это великое чудо бессеменного зачатия и рождения от Девы Спасителя мира было предопределено в предвечном совете Божием: Се, Дева во чреве приимет и родит Сына (Ис. 7, 14).
Не следует думать, что пророчество не исполнилось, если пророк говорит, что нарекут имя Ему: Еммануил (Ис. 7, 14), а Рожденного от Девы Марии назвали Иисусом. Имя Еммануил не имя собственное, а лишь символическое. Еммануил значит «с нами Бог», то есть когда совершится это чудесное рождение Младенца от Девы, то люди будут говорить «С нами Бог», ибо в Его лице Бог сошел на землю и стал жить с людьми – это всего лишь пророческое указание на Божество Христово, указание на то, что этот чудесно рожденный Младенец будет не простым человеком, а Богом.
Убежденный словами Ангела, Иосиф принял жену свою (Мф. 1, 24), то есть отказался от намерения отослать Ее от себя, и оставил Ее жить у себя в доме как жену. И не знал Ее, как наконец Она родила Сына Своего первенца (Мф. 1, 25). Как наконец не значит, что после рождения Иисуса он «познал Ее» – стал жить с Ней как с женой. Справедливо замечает святитель Иоанн Златоуст, что просто невероятно допустить, чтобы такой праведник, как Иосиф, решился бы познать святую Деву после того, как Она так чудесно сделалась матерью.
В данном случае выражение как наконец (в греческом тексте «эос») никак нельзя понимать так, как хотят понимать не чтущие Пресвятой Девы протестанты и сектанты, будто бы Иосиф до рождения Иисуса не знал Ее, а после познал, но что он совершенно никогда не познал Ее. В Священном Писании это слово «эос» употребляется, например, во фразе при повествовании об окончании потопа, что не возвратился ворон в ковчег, пока («эос») осушилась земля от воды (Быт. 8, 8), но он и после не возвратился. Или, например, слова Господа: Я с вами во все дни до («эос») скончания века (Мф. 28, 20). Ведь не значит же это, справедливо замечает блаженный Феофилакт, что после скончания века Христос уже не будет с нами? Нет, но тогда-то именно тем более будет!
«Первенцем» Иисус называется здесь также не потому, что Пресвятая Дева имела после Него других детей, а потому только, что Он первым родился, и притом единственным. В Ветхом Завете Бог повелевает освятить Себе каждого первенца, независимо от того, будут ли после него другие дети или нет11. Если же в Евангелиях упоминаются братья Иисуса Христа (см. Мф. 12, 46; Ин. 2, 12 и др.), то это совсем не значит, что это были Его родные братья. Это были, как свидетельствует предание, вернее всего, дети Иосифа Обручника от его первого брака.
Обстоятельства и время Рождества Христова
(Лк. 2, 1–20)
Подробнее всех об обстоятельствах Рождества Христова и о времени, когда оно произошло, говорит святой евангелист Лука. События Рождества Христова он приурочивает к переписи всех жителей Римской империи, которая была произведена по повелению кесаря Августа (Лк. 2, 1), то есть римского императора Октавиана, получившего от римского сената титул «Август» («священный»). К сожалению, точной даты этой переписи не сохранилось, но время правления Октавиана Августа, личности, хорошо известной в истории, дает нам возможность хотя бы приблизительно, а при помощи других данных, о которых будет речь дальше, и с точностью до нескольких лет определить год Рождества Христова.
Принятое у нас теперь исчисление от Рождества Христова введено в VI веке римским монахом Дионисием, по прозванию Малый, который за основание этого летоисчисления поставил свой расчет, что Господь Иисус Христос родился в 754 году от основания Рима. Этот расчет, как показали потом тщательные расследования, оказался ошибочным: Дионисий ошибся по крайней мере на пять лет, указав год Рождества Христова позже, чем он был в действительности. Эта Дионисианская эра, назначавшаяся сначала для церковного употребления, с X века сделалась общераспространенной в христианских странах и принята в гражданском летоисчислении, хотя всеми хронологами признается теперь ошибочной. Действительный год Рождества Христова можно определить более точно на основании следующих данных Евангелия:
[11] Освяти Мне каждого первенца, разверзающего всякие ложесна между сынами Израилевыми, от человека до скота: Мои они (Исх. 13, 2).