Жабы жаждут.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Жабы жаждут.

Решето джамблей - 3

1. Стартовая точка, до которой много всего произошло.

1 июня, утро. Средиземное море у побережья Франции.

В дальнем морском путешествии есть много особых моментов. И первый из них: когда берег исчезает за кормой. В данном случае - Лазурный берег, если более конкретно, то элитный город Сен-Тропе. Большинство людей, выходящих из этого города пижонов в Средиземное море, на поиски не очень экстремальных приключений и развлечений, не размышляют о том, какой момент особый, а какой - не особый. Но Эрик Лафит, 27 лет, журналист, шел в море не развлекаться, а делать работу. Причем заведомо неприятную работу, в заведомо неприятной компании. И только неудачное стечение обстоятельств вынудило Эрика взойти на борт 36-футовой моторной яхты «Dirty-dog», принадлежащей Калибану. Формально имя владельца яхты Клод Бертран, а Калибан это его эстрадный псевдоним. Клод/Калибан, 21 год, восходящая поп-звезда стиля rap-Z-rave…

…Культурологи полагали, что рэп-Z-рейв становится для поколения-Z таким же супер-символом, как рок-н-ролл для поколения бэби-бумеров, но …

…Эрик считал, что рэп-Z-рейв (и вообще рэп) не музыка, а говно. И к звездам рэпа он относился соответственно. Можно считать мнение Эрика Лафита просто снобизмом, и добавить: если рэп - говно, то консервативная журналистика - такое говно, что даже на нормальное говно не похожа. И особенно - газета «Le Figaro», где трудился Эрик. Как известно, «Le Figaro» исходно была фривольной и ироничной, но в 2004 году она была куплена консервативным политиком и миллиардером Сержем Дассо. Хотя формально редакция осталась независима, ее идейным кредо стала фраза Дассо: «газеты должны пропагандировать здоровые идеи». Примерно понятно, какие идеи этот субъект считал «здоровыми». На одну из таких идей Эрик попал, как на противопехотную мину.

Конкретно: Эрик Лафит познакомился в кафе с девушкой, они выпили, погуляли и, по случаю, переспали, после чего расстались, обменявшись телефонами просто на всякий случай. Через месяц девушка позвонила, удрученная биологическими последствиями, именуемыми «залетом». Эрик повел себя ответственно: приобрел на сером интернет-маркете абортивный генвекторик у биопанк-лаборатории «Liberteam». Нежелательная беременность прервалась без побочных эффектов. Но эта девушка (кстати - 17-летняя) оказалась польской католичкой, и сообщила ксендзу на исповеди. Ксендз увидел тут возможность для PR борьбы со Злом, и поднял шум через польский отдел Интерпола. 

Эрик вынужден был объясняться во французской полиции, в департаменте по борьбе с наркотиками и нелегальной фармакологией. Там мало того, что ему влепили штраф за распространение «веществ» среди несовершеннолетних, так еще долго допрашивали в надежде, что он выведет на какую-то из лабораторий, делающих ксианзан - «наркотик аргонавтов». Ксианзан (кстати - не наркотик, а тоже генвекторик) уже три года главная заноза в заднице правоохранительных служб. Наркополисмены рассчитывали, что этот молодой журналист растеряется от психологического прессинга. Но не учли, что Эрик (несмотря на несколько интеллигентную внешность) полтора года ведет в «Le Figaro» подкаст «Городские легенды», и оказывался в ситуациях значительно жестче этой. Вот сюрприз для копов. Эрик сразу расставил акценты, заявив: «или я ухожу отсюда - или предъявляйте официальное обвинение, тащите сюда адвоката, и далее по-взрослому». Наркополисмены выбрали первое, и журналист поехал домой (отделавшись, как выше отмечено - штрафом). Но они пустили в спину парфянскую стрелу: слили тему в СМИ, включая ту же «Le Figaro». Случился скандал, после которого состоялось закрытое заседание редколлегии с участием странного субъекта, однозначно вызывающего ассоциацию со спецслужбами. Вот этот субъект (в дорогом деловом костюме от «Armani») задавал тон. И редколлегия сделала проштрафившемуся журналисту предложение, от которого нельзя отказаться. Точнее: отказаться было можно, но только ценой потери работы. Так Эрик передал репортеру-любимчику главного редактора свой подкаст «Городские легенды», собственноручно раскрученный в топ, и получил в обмен слабый подкаст «Субкультуры и поп-идолы». Неприятности Эрика не исчерпывались плохим обменом. К слабому подкасту, в угоду желаниям субъекта из спецслужбы, приклеилась командировка в Средиземное море на борту 36-футовой моторной яхты «Dirty-dog», принадлежащей рэперу Калибану.

Цель командировки: сбор медиа-материала о rap-Z-rave «изнутри». Еще, если повезет: видеосъемка эксклюзива: возможного рэп-баттла между Калибаном и Трэй. Персона, известная, как Чоэ Трэй, была идолом (или точнее - корейской идолицей стиля Arepo – азиатского рэпа). О том, как Трэй попала в средиземноморский аргонавтинг, и откуда взялась ее сверхмалая стимпанк-субмарина, ходили истории, привлекающие интерес читателей. Но все это (rap-Z-rave «изнутри», рэп-баттл, и прочее) - лишь «легенда».

Уточним: легенда не в обычном человеческом смысле, а в особо извращенном смысле, придаваемом словам в лексиконе спецслужб. Тот субъект из спецслужбы так и сказал: «хорошая легенда-прикрытие». В смысле: такая маскировка для реальной цели - сбора разведданных для идеологической войны против субкультуры аргонавтов. Субъект из спецслужбы с ненавистью повторял слова «наш реванш» и «зачистка идейного поля».

Причины ненависти официоза-элиты к аргонавтингу была ясна Эрику Лафиту. Совсем недавно, два года назад, элита контролировала все (или почти все) в развитых странах. Пожалуй, даже фараоны в Древнем Египте не обладали такой властью над поданными, позволяющей одним нажатием кнопки превратить любого человека или группу людей - буквально в ничто. Ведь в цифровом мире что-то может существовать лишь постольку, поскольку оно отражено в цифровых формулярах и открывается в интернет-окне, если запросить через Google. Элита владела ключами от интернета, и казалось это ключи от бытия и небытия, как у древнеегипетских богов: Озириса и Сета…

…Вдруг: два года назад серия точечных терактов, совершенных неясно кем, за декаду обратила это почти божественное могущество - в фальшивую корону из позолоченной  бумаги, как на любительском школьном спектакле. Сокрушительный удар 16 мая - по конгрессу «хозяев жизни» на альпийском курорте и финальный удар 21 мая - по дата-центрам Евросоюза, стали для элиты примерно тем, чем для элиты Рима - разграбление вандалами в середине V века. Тогда Вечный город вдруг оказался вообще неспособен защищаться, был взят без боя, и подвергнут двухнедельному… Гм… Вандализму. Не случайно бульварные СМИ называют эти события - Вандалическим кризисом.    На этом этапе мысли Эрика были прерваны грубоватым хлопаньем по спине и вполне дружелюбным вопросом:- Эй, белая жопа, хочешь пива?- От черной жопы слышу! - рефлекторно отреагировал Эрик, и после этого предметно поинтересовался, - Пиво какое у тебя?- «Zombie Dust» из Индианы! Самое годное пойло для рэпера, ты врубаешься?- Может, буду врубаться, когда выпью, - с этими словами журналист протянул руку и требовательно пошевелил пальцами. Работа на подкасте «Городские легенды» хорошо научила его общаться с такими бестактно-позитивными афро-французскими парнями.- Это по-нашему, - одобрил Калибан, и пихнул полулитровую жестянку ему в ладонь.      

Они сделали по паре глотков, затем Эрик полюбопытствовал:- А кто управляет яхтой?- Ты что, сдрейфил? – ехидно спросил рэпер.- Нет, просто я думаю: если яхта идет, а за штурвалом никого, то может, пора уладить вопросы с вечностью, или вроде того.- Как ты сказал? Уладить с вечностью? Ты что, веришь в бога и всю эту хрень?- Нет. Но если нам вот-вот крышка, то хочется напоследок вспомнить, как жил.   - А! - Калибан понимающе кивнул и хлебнул пива, - Я врубаюсь! Что-то вроде: как ты впервые нажрался, обдолбался, бабу трахнул… Ты, вообще, как натурал или LGBT?- Клод, ты сам-то понял, что спросил? - отозвался Эрик, - Как я могу быть L?   

Калибан почесал свою стильно лохматую голову и признался.- Да, вроде, ты не можешь быть L. Но по сути ты кто?- Натурал, - коротко ответил журналист.- Я так и думал, - сообщил рэпер, - мне вообще-то насвистели про тебя, что ты влип с несовершеннолетней тупой овцой, как ее там?.. (он порылся в карманах клетчатой ветровки, надетой на голое тело, извлек смартфон, покрутил пальцем по экрану, и нашел нужную запись).… - Вот, значит: Ханна-Кармелита Качмарек. Я бы точно не стал трахать бабу с таким дурацким именем, а ты, хотя образованный, однако трахнул. Врубаешься?

Журналист сделал глоток пива, и сообщил:- Вообще-то мне только в полиции сказали, что у нее такое имя, и что ей 17 лет. Когда знакомились, она назвалась просто Ханка.   - Тоже дурацкое имя! – заявил Калибан.- Много ты понимаешь, - огрызнулся Эрик, - между прочим, ханка, это стиль японской средневековой поэзии, не менее крутой, чем твой рэп. Ты врубаешься?- Не врублюсь, пока не услышу!- Без проблем, слушай.

И Эрик прочел ему наизусть ханку из «Собрания мириада листьев» Отомо-но Якамоти (разумеется, в переводе):Когда ночами полные печалиЗвучат у моря песни журавлейИ полосой туманПлывет в морские дали,Тоскую я о родине моей!

Калибан снова почесал пятерней свою лохматую голову, и высказал резюме:- Это не рэп, ясен перец, хотя по-своему круто. Где такое найти в интернете?- Я скину тебе SMS с линком на сайт. Но ты бы что ли встал к штурвалу. Или давай я.- Не парься, Эрик! - рэпер снова хлопнул его по спине, - На штурвале - робоцман. Я не люблю аргонавтов с их стремными штуками, но робоцман - это круто! Весь клокпанк аргонавтов это круто, если знать, куда пихать. Робоцман - вещь. А те автопилоты, что продаются в фирменных яхт-бутиках - говно, хуже последнего говна. Я бы в жизни не доверился фирменному автопилоту, что на тачке, что на лодке. Такое говно только на самолетах кое-как работает, потому что облака - не твердые, объезжать не надо. Если облака были бы твердые, то самолеты с фирменными автопилотами бились бы об них, потому что эти фирменные автопилоты хуже последнего говна. Ты врубаешься?      

Пока рэпер произносил свой монолог, Эрик успел скинуть ему SMS, и теперь ответил:- Я только не врубился: при чем тут клокпанк? У аргонавтов кибернетика, все-таки, не шестереночная, а электронная. Хотя, с элементами ретро-футуризма.   - Ни хрена себе, слова! – удивился Калибан, - Ретрофутуризм! Это что вообще?- Это, - пояснил журналист, - если бы некоторые штуки, брошенные в нашей истории, развивались бы в другой истории. Вот, представь, если бы развивались сверхзвуковые самолеты «Конкорд», или полеты астронавтов на Луну, или ядерная энергетика.- Что-то я не врубаюсь… Это к тому, что «Конкорд» реально круто летал?- Клод, представь: полет из Парижа в Нью-Йорк не семь часов, а два с половиной.- Да, это круто… - согласился рэпер после некоторой паузы, - …Почему их бросили?

Эрик Лафит отхлебнул из жестянки и пожал плечами.- Говорят, по трем причинам. Во-первых, топливо подорожало. Во-вторых, у обычных авиастроителей были бы проблемы со сбытом, ведь их самолеты – медленные на фоне «Конкорда». В-третьих, экологи придумали глобальное потепление и начали бороться против углекислотных выбросов, которые получаются при сгорании топлива.- Падлы долбанные! - припечатал Калибан. И за следующие несколько минут изложил детально, что по его мнению следовало бы сделать с арабскими нефтяными шейхами, с монополистами авиастроения, и с эко-активистами, борцами против парниковых газов. Подумав немного, он добавил еще эко-активистов, борцов против ядерной энергетики, пластиковых мешков, и потребления мяса.- Это было бы правильно, - согласился Эрик, - но пока все козыри у них, так что…- …Уже не очень-то! - перебил рэпер, - Я вроде не люблю хуррамитов, они сектанты, и всякое такое. Но когда они два года назад заняли Верхнюю Ливию, то послали на хер и нефтяных шейхов, и зеленых активистов, и разную сволочь, жирующую в Европе. Но я никак не пойму: что общего у хуррамитов с аргонавтами? Почему они дали аргонавтам бесплатный яхтенный терминал в Аполлонии, и паромный сервис, как родным?- Старая проверенная стратегия вандалов, - ответил журналист.

Возникла пауза. Калибан допил пиво, выбросил жестянку в мусорный мешок, и достал следующую жестянку. Эрик последовал его примеру. Калибан помолчал еще немного и недоуменно спросил:- При чем тут вандалы?- Просто, они так действовали при разграблении Рима в V веке, - пояснил Эрик.- Что-что, блин? Как это тупые говнюки в V веке могли разграбить Рим?- Клод, я не про говнюков, что сейчас называются вандалами. Я про племя вандалов.- Что-что, блин? Ты сказал племя?- Да, племя. Вроде германцев. У них было королевство в Северной Африке… Не надо смотреть на меня, будто я гоню фигню. Посмотри в интернете.- Вот я возьму и реально посмотрю! - с этими словами, Калибан снова взял смартфон.

Снова пауза, и на этот раз более длинная. Рэпер изучал статью в энциклопедии. Такое занятие было для него непривычным, и давалось с трудом. Осилив, все-таки, текст, он ворчливо произнес.- Все через жопу в истории. Вандалы, значит, были крутые парни. Но про одинаковую стратегию вандалов и хуррамитов у тебя прогон. Историки пишут, что вандалы силой вывезли из Рима тысячи пленных. Наоборот: хуррамиты не силой везли аргонавтов из Европы, а пригласили два года назад - когда захватили Верхнюю Ливию. И аргонавты уплыли туда сами. Многие и сейчас уплывают, потому что там условия четко для них. Можно сразу устроиться поработать месяц на автосборке или на верфи, и поднять там немного денег. Купить припасы, и уйти бродяжничать в море на сезон. Потом опять, и никакой бюрократии. Это хуррамиты подсмотрели у стимпанков сделку викторикс. У вандалов в V веке ни хрена этого не было. Признавайся: про стратегию у тебя прогон.- Ни хрена не прогон! - возразил журналист, - Просто, в V веке были другие трудовые обычаи: взять в плен и приковать цепью к кузнице. Но, после Первой индустриальной революции британцы в Викторианскую эпоху придумали трудовые сделки. Кузнец по сделке кует лучше, чем на цепи. Совсем вольную сделку позже назвали: викторикс.

Калибан обрадовано постучал кулаками по своим коленям и заявил:- Тут ты точно гонишь! Викторианская эпоха придумана для ролевых игр стимпанка!- Эх… - журналист вздохнул, - …Вот что, Клод, загляни снова в интернет.- Зачем в интернет, если я и так знаю? Мне стимпанки сделали батисферу на заказ. - Батисферу? - изумился журналист.- Да. Пузырь 4 фута в диаметре, из оргстекла. Крутая хреновина. В трюме яхты лежит. Позже покажу. Тебе надо разобраться, что к чему, ты ведь ассистент.- Я ассистент чего, блин?- Того, блин! Мозги включи! Для чего, по-твоему, батисфера?- Э-э… - протянул Эрик, - …Вообще-то для глубоководных погружений.- Наконец ты врубился, жопа! Ты только не тупи так, когда будешь ассистировать. Но давай-ка ту тему докрутим. Признайся: про Викторианскую эпоху, это твой прогон.- Клод, черт тебя дери, просто открой долбанный интернет!

Рэпер скептически фыркнул, однако снова взял смартфон и начал поиск в интернете.Пауза была долгой, поскольку найденные данные вызвали у него когнитивный шок.По итогу он пробормотал.- Да, умник хренов. Ты прав. Была Викторианская эпоха с 1837-го по 1901-й. Вот ведь говняная наука - история. Перепутали бывшее с не бывшим. Но я не врубаюсь: сделку викторикс придумали почти 200 лет назад, однако до сих пор сажают на цепь. Уже не железную, а такую, вроде, цифровую… Бюрократия всякая, или мелкий шрифт внизу контракта, где говно про конфиденциальность, лояльность, эксклюзивность.   - Клод, ты уже попутал в другую сторону. Викторианская эпоха лишь родила принцип свободной сделки найма. А схему сделки викторикс изобрели нынешние стимпанки.- Вообще засада, как все запуталось! - объявил рэпер, - Теперь я врубился. А ты, Эрик, вообще как энциклопедия, только с мозгами. Мы вместе натворим дел, точно!   

Журналист неопределенно пожал плечами.- Это как фишка ляжет. Может, мы натворим. А может с нами натворят.- Ты что про гомика в костюмчике от «Armani», который хочет юзать нас втемную? - Интересно, Клод, мы с тобой про одного и того же гомика думаем?- Я вот про этого, - тут рэпер продемонстрировал фото, в неудачном ракурсе (видимо снимали навскидку, целясь интуитивно), но фото было узнаваемым: Субъект из некой спецслужбы, который присутствовал на закрытом заседании редакции «Le Figaro». - Да, - коротко сказал Эрик.- Сволочь он, - заключил Калибан, - мало их в Нюрнберге вешали. 

2. Натурные ролевые игры в альбигойскую войну.

1 июня, полдень. Юг «Французской Испании».

Упоминавшийся субъект из спецслужбы в деловом костюме от «Armani», между тем, покинул Сен-Тропе (где следил за отплытием 36-футовой мотояхты «Dirty-dog»). Он просматривал электронную почту, находясь за рулем Porsche-E-Roadster-XXII. Это не значило, что он нарушал правила дорожного движения, так отвлекаясь. Машина была оборудована фирменным искусственно-интеллектуальным автопилотом Porsche-AI, с  сертификатом для беспилотной езды по всему Евросоюзу. Субъект (его звали Гернст Алдринген, 39 лет, член элитного клуба Вольфергем-кастл, и вице-директор Комитета Европейской Безопасности и Сотрудничества - CESEM) приказал автопилоту ехать в   городок Перпиньян, лежащему в 420 километрах западнее (считая по шоссе) и занялся почтой, как уже отмечено выше. Уточним: служебной почтой. Дела с безопасностью и сотрудничеством обстояли безобразно. Отчасти из-за контрабандных товаров, которые поступали с предприятий Верхней Ливии. Отчасти из-за эмиграции аргонавтов в ту же Верхнюю Ливию. В течение двух лет (после начала исхода аргонавтов), поток товаров разрастался в объеме и ассортименте. Среди «ливийской пиратки» главные проблемы: кристадин-фюзоры, запрещенная фармакология, и клокпанк-смартфоны. И еще одной   проблемой становились dingo (dinars gold) - якобы произошедшие от золотых динаров Муаммара Каддафи. Собственно, dingo: криптовалюта, привязанная к золотому ресурсу хуррамитов в Верхней Ливии и очень привлекательная для молодых европейцев из-за сочетания тривиальной защищенности, стабильности, и бесконтрольности обращения. Аналитики опасались, что динго станет вытеснять евро в розничной торговле по всему европейскому Средиземноморью - от Греции до Гибралтара.   

Впрочем, динго - угроза будущего, но вот quarting - угроза сегодняшнего дня. Учение хуррамитов связывало потребление - с количеством труда, которое не жалко отдать, а количество труда которое не жаль отдать - с затратами времени: четверть сезона. «Нет ценности в приобретении, которым некогда воспользоваться», было сказано в древнем диалоге между пророчицей Хуррамэ и королем Кавадом.Привычный западный путь: чтобы больше потреблять, я согласен больше трудиться.Хуррамитский путь: я потребляю не больше, чем цена труда за четверть моих дней. В прошлом году квартинг ударил по развитым экономикам Дальнего Востока. Такого ущерба там не помнят со времен Великого кризиса четырех азиатских тигров 1997-го.Власти Южной Кореи винили в этом поп-идолов новой волны азиатского рэпа (arepo), причем более всего - одну персону: Чоэ Трэй. Ее сингл «Do you live to turn nuts?» даже первой строчкой оскорблял принципы трудовой морали – поскольку (в зависимости от дальнейшего контекста – «at work» или «from work» ) означал одно из двух:      * Разве ты живешь, чтобы крутить гайки? (на работе).   * Разве ты живешь, чтобы сойти с ума? (от работы). 

Вообще-то другие южнокорейские идолы пели вещи даже более фрондерские, но Трэй, помимо названного сингла, пела еще такой: «halu jig-eob - 3 ju haengbog». В переводе: «однодневная работа - счастье 3 недели». Смысл песни: северным корейцам надо для счастья зарабатывать за три недели столько, сколько на юге платят за день работы. Не желай лишнего, работай один день, чтобы быть свободным и счастливым три недели.         

На взгляд европейца, это была идеологически лояльная песня, восхваляющая высокий уровень жизни южан по сравнению с «красными» северянами. Но на взгляд официоза Южной Кореи – это была трижды крамола:Во-первых: как и в первом сингле: пропаганда минимизации труда. Но это не главное.Во-вторых: заявление, будто северяне тоже бывают счастливыми, это идеологический криминал. Северяне должны испытывать лишь голод, холод, нищету и страдания.В-третьих: прозрачный намек на то, что южнокорейские чеболи (концерны) получают сверхдоходы через скрытные производства на севере, где сверхдешевая рабочая сила. Чистая правда, и только слепые не замечали этого - но это оставалось страшным табу.    Такова загадочная южнокорейская корпоративная душа. В общем: на заседании евро-корейского Комитета-07111 (постоянно действующего Комитета по расширению зоны договора о торгово-финансовом сотрудничестве), южнокорейская сторона прозрачно намекнула: мисс Чоэ Трэй ведет себя неосторожно, создавая себе смертельный риск. Южнокорейская сторона рассчитывает, что европейская сторона принимает меры для спасения неосторожных яхтсменов-любителей в Средиземном море. Но, разумеется, у южнокорейской стороны есть понимание того, что спасти яхтсмена можно не всегда.