— Один парень рехнулся. Десять минут назад заявился с пистолетом на четвертый этаж и начал палить направо и налево. Уложил массу народа...
Гленна быстрыми шагами пошла к лифту, не оглядываясь на подругу.
Фейт побежала за ней. Несмотря на присутствие Гленны, несмотря на шум своих шагов, она отчетливо слышала шорох-шепот в своей голове.
И теперь эти звуки напоминали отдаленный смех.
3
ПЕРЕСТРЕЛКА В БИБЛИОТЕКЕ: ЧЕТЫРЕ ЧЕЛОВЕКА УБИТЫ, ШЕСТНАДЦАТЬ РАНЕНЫ
Новая сенсация. Снова жирный заголовок на всю ширину первой полосы. И фотографии под заголовком опять могут потянуть на какой-нибудь приз: прикрытые окровавленные тела на носилках, отражение множества машин на стеклянной стене первого этажа библиотеки — полиция и "скорая помощь"...
Ричард и на этот раз оказался на высоте — его снимки в высшей степени эффектны. Каким-то образом он проник через линию полицейских кордонов и нащелкал почти сотню кадров, прежде чем его вытолкали прочь.
Джим видел готовые отпечатки лишь мельком, но они до сих пор маячили перед его глазами. Для газеты отобрали самые впечатляющие, а самые страшные отложили в сторону. Лужи крови перед лифтом, забрызганные кровью и мозгами книжные стеллажи на четвертом этаже. И трупы, трупы... Три мертвые пожилые библиотекарши. Одна лежит на столе — пуля превратила лицо в кровавую кашу. Вторая на полу — с раной в груди. А третья сидит в нелепой позе на стуле, руки висят плетьми, мертвые глаза смотрят прямо в камеру.
Отвратительно. Страшно.
Но снимки мощные.
Что и говорить, Ричард — настоящий мастер...
Зазвонил телефон. Джин сняла трубку.
— Джим, — позвала она, — тебя. Декан Йенсен.
Сейчас декан Йенсен заведовал учебной частью, а некогда был куратором "Сентинел" и, к счастью, продолжал по мере сил опекать газету. Джим встречался с ним лишь однажды, но полюбил этого человека с первого взгляда. Йенсен был единственным членом высшей администрации университета, который не избегал контактов с редакцией "Сентинел": при необходимости давал требуемую информацию или совет, а порой и сам предлагал дополнительные сведения по темам, интересовавшим работников студенческой газеты. Джим взял трубку.
— Добрый день. Джим Паркер слушает.
— Привет, Джим. Мне только что позвонили из центральной больницы. Один из раненых студентов скончался. Вы уже в курсе?
— Нет. Большое спасибо. Мы звонили в больницу полчаса назад. Из них слова не вытянешь. Похоже, нас держат на голодном информационном пайке.
— Сам понимаешь, Джим, и полицейское управление, и больница сообщают новости прежде всего крупным телекомпаниям и газетам, а от вас отмахиваются. Так что я постараюсь подкидывать информацию, чтобы вы не совсем отставали.
— Спасибо, — произнес Джим. — А кто из раненых умер? Вы знаете фамилию?
— Увы, мне не сказали. Но семью погибшего уже уведомили. Когда сдаете номер?
— Должны были — час назад.
— А когда самый-самый последний срок?
— Типография велела не позже восьми.
— Времени маловато, — согласился Йенсен. — Попробуйте сами дозвониться в больницу и вытянуть из них имя умершего.
— Хорошо. Еще раз спасибо.
Повесив трубку, Джим подозвал Фарука.
— Звони в больницу. Узнай, какие там новости. Придется переделать заголовок и внести кое-какие изменения в текст статьи.
— О Господи! — воскликнула Джин. — Сколько же раз можно переделывать!
— Сколько потребуется.