27. Новости
Снизу, из полуподвального этажа, где находилась единственная камера приозёрского отделения полиции (но зато большая, целых восемнадцать квадратных метров), доносился отчаянный шум.
Алина Трушина до боли в пальцах вцепилась в железные прутья в зарешеченном окошечке, сапогами с металлическими носками изо всех сил лупила по двери.
– Ты, придурок, выпусти меня отсюда! – орала она. – Мне плохо! Слышите? Я скажу вам, кто убийца! Только выпустите меня! Я тут кони нарежу!
На лестнице раздались шаги, в подвал спустился Сеня Храпченко.
С опаской подошёл к камере.
– Ну чего ты разоралась? – начал увещевать он. – Нельзя, понятно? Приедет скоро начальник, разберётся. А до этого времени сиди спокойно.
– Сеня, выпусти меня отсюда! – взмолилась Алина. – Я тут задыхаюсь. У меня эта… клаустрофобия. Я тут скоро ласты склею, а ты будешь отвечать! Я же ничего не сделала, Сень! Мне надо с этим вашим следователем поговорить! Срочно. Прямо сейчас! Ты понял?
– Сейчас он не может, занят, – сочувственно продолжал уговаривать Сеня. – Как освободится, я ему скажу. А ты пока сядь, остынь, а то скоро горло сорвёшь! Вон уже сипишь! Хочешь, я тебе воды принесу? Только я тебя прошу, не выступай, хватит, а то ведь только хуже будет…
Двумя этажами выше Артём Раскатов, крепко призадумавшись, стоял у окна. С виду был спокоен, на самом же деле страшно нервничал. Безумие вокруг продолжалось, раскручивалось по спирали.
Невидящим взглядом Артём смотрел на другую сторону улицы, где с полдюжины бродячих собак раздирали что-то возле мусорки. Чуть прихрамывая, подошла ещё одна, лобастая, особо лохматая, с ходу бросилась расчищать себе дорогу. На неё злобно огрызнулись. Тут же началась отчаянная драка, раздался лай, перемешанный с рычанием и визгом.
Но Артём уже отвернулся, ничего этого не видел. Быстро просмотрел свои записи, потом сел к компьютеру. Набрал код, вышел на особый информативный сайт, которым пользовались оперативники.
В графе «Поиск» напечатал «Взрывы в Южинске», поставил примерные даты. Стал просматривать появляющиеся на мониторе названия интернетовских страниц.
После нескольких неудачных попыток он наконец наткнулся на то, что его интересовало. Заголовок гласил:
«ЮЖИНСКИЕ НОВОСТИ. АРХИВ»
Среди южинских новостей Артём уже быстро разыскал именно ту, которая ему была нужна.
«ДЕТСКИЕ ИГРЫ ПРИВЕЛИ К ТРАГЕДИИ!» – называлась статья журналиста, подписавшегося В. Савраскин.
«Трагический взрыв динамита навсегда превратил здорового мальчика в неполноценного инвалида, – с пафосом излагал события В. Савраскин. – Всё началось с обычной детской игры в бывшей усадьбе князя Мещерского, которая, к сожалению, никем не охранялась и пришла в полнейший упадок, несмотря на то, что наша газета неоднократно призывала обратить внимание на этот памятник архитектуры…»
Артём быстро пробежал текст, остановился на фотографии сгоревших руин взорванного дома. Ещё одна страшная фотография демонстрировала мальчика, лежащего с закрытыми глазами в луже крови. Ноги и правая рука мальчика были раздавлены всмятку.
Артём пригляделся, не без труда узнал в мальчике маленького Рудика Новикова. Вернулся к статье, уже более внимательно продолжил чтение:
«… в результате этого чудовищного взрыва Витя Залевский потерял обе ноги и руку. Можно считать, что он выжил просто чудом. Три других мальчика, Валерий Ксенжик, Юрий Орешкин и Роман Кондаков, к сча-стью, не пострадали. Этот вопиющий случай должен стать серьёзным предупреждением…»
Артём оторвался от монитора, хмуро вперился в дальний угол комнаты, как будто именно там сейчас должно было появиться нечто, отвечающее на все возникшие у него вопросы.
Например, каким это образом Витя Залевский превратился в Рудольфа Новикова?
Он встряхнул головой, курсором закрасил интересовавший его текст, сделал копию в отдельном файле, нажал на кнопку «Печатать». Низко загудел, заработал принтер.
Артём не стал ждать, набрал ещё один код. Открылась специальная поисковая программа «Граждане России».
Он набрал имя «Виктор Залевский» и нажал на кнопку «Поиск».
28. Подозрения
Борис Дмитриевич Балабин основательно уселся в своё кресло, подтянул к себе лежащие на столе бумаги. Брови были сдвинуты, губы плотно сжаты, глаза смотрели серьёзно и озабоченно.
Вот уехал на пару дней, и нате вам, до чего дело дошло! Краснел там, бледнел как мальчик, плёл чего-то, обещал, что вот-вот всё раскроет. Мэр его чуть ли не при всех там хуями покрыл, открестился от всего, сам чистенький вышел, как всегда. А сейчас уж совсем деваться некуда, скоро здесь будут все. Город полностью вышел из-под контроля. Сплошные трупы… и головы отрезанные везде валяются, прямо фильм ужасов какой-то!..
И что теперь ему делать? Разве он виноват, что какая-то гнида завелась в его родном Приозёрске?.. Что вся так хорошо налаженная жизнь в одночасье идёт под откос?!