Девушку эту он приметил сразу, на второй день своего появления в городе. Осторожно выяснил, кто такая, но как только узнал, что несовершеннолетняя школьница, дал себе зарок близко не подходить. Ничего, школьный год скоро закончится, а торчать ему ещё здесь всё лето.
А пока никаких лишних неприятностей не надо!
Света Коновалова ему, безусловно, нравилась, он всякий раз провожал её долгим взглядом, когда случайно встречал на улице. В свою очередь, и Света чувствовала эти взгляды, уходила всегда неспешно, с напряжённой спиной, до последней секунды ждала, что он её окликнет.
Сейчас они с удовольствием смотрели друг на друга, не знали, с чего начать разговор.
Пауза затягивалась, становилась нарочитой.
– Вот хорошо, что я вас встретила, – спохватилась Света. – Мне надо с вами посоветоваться.
Артём коротко и почтительно склонил голову. Этим кивком выразил всяческую готовность дать девушке самые лучшие советы, на какие только был способен.
– Странная вещь, – продолжила она. – Мне всё время кто-то звонит. Каждый день всю эту последнюю неделю.
– Вот как? – поднял чёрную бровь Артём. – Очень интересно.
Отойдём в сторонку, ладно? Я хотел бы поподробней всё это услышать.
Саня Колосков стоял у двери, оглядывался по сторонам, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Не особо ему хотелось заезжать за Таней, но она с утра стала ему названивать, ныла чего-то, упрашивала. Он согласился, не такой уж большой крюк, не проблема.
Наконец дверь открылась. Таня стояла на пороге. Выглядела хреново. Лицо бледное, помятое, под глазами тёмные круги.
Саня, впрочем, решил в подробности не вдаваться. Переживания Тани Родиной ему по большому счёту были глубоко до лампочки.
– П-привет! – произнёс он. – П-поехали?
Но Таня решительно покачала головой.
– Я не иду в школу, – сказала она. – Я тебе не за этим звонила.
Саня нахмурился. Какого хрена, спрашивается, она его тогда просила заехать. Он-то был уверен, что её надо подвезти.
– Зайди, пожалуйста, – попросила Таня. – Надо кое-что перетереть.
Саня пожал плечами.
О чём тут толковать?
Тем более с Таней Родиной. У неё и так сплошная дурость в башке. А из-за этой истории с Диким, видимо, совсем крыша поехала.
Он взглянул на часы, решил, что школа подождёт, зачем-то ещё разок оглянулся и вошёл в дом.
Таня тщательно закрыла за ним дверь на замок.
Сане это не очень понравилось.
– С-слушай, мы с Д-дикарём малость поцап-пались. Но эт-то одно, а уб-бийство – совсем д-другое д-дело. Ты п-понимаешь?
– Нет, я ничего не понимаю, – честно призналась Таня.
Он заметил, что её передёрнуло. Она вообще дрожала так, будто находилась не в тёплом доме, а стояла посреди продуваемой морозным ветром улицы.
Саня расценил это по-своему:
– Т-ты ч-чего, дум-маешь, я им-мею отношение к т-тому, что случ-чилось?
– Ничего я не думаю, – всё с той же безнадёжной интонацией сказала она.