- Я старик, впусти меня.
- Подойди ближе, я хочу на тебя посмотреть, - Дмитрий взял большую охапку и кинул в огонь. Через несколько секунд экстремал начал различать очертания человека во мраке. Костер постепенно разгорелся, и парень увидел дряхлого старика. Его одежда была вся порвана и свисала лохмотьями. Половину лица закрывала седая, облезающая борода.
- Ладно, - молодой человек толкнул полено, на котором сидел, в костер, и, убрав засов, открыл дверь.
- Заходи.
Старик, несмотря на свой дряхлый вид, довольно живо вошел. Экстремал закрыл дверь и спросил:
- А что ты делаешь ночью, в лесу один?
- Я не один, нас здесь много.
Дмитрий разглядел лицо старика, оно было все в глубоких морщинах и каких-то зарубцевавшихся порезах. Кустистые седые брови закрывали глубоко посаженные глаза. Взлохмаченные грязные длинные волосы небрежно падали на плечи.
- Кого нас? - уже почти успокоившись, спросил юноша.
Старик улыбнулся. Внимание молодого человека привлекла желтовато-белая улыбка. Даже наверно не улыбка, а зубы. На вид ночному гостю было не меньше семидесяти, а зубы были ровные, как у двадцатилетнего.
- Ты сам-то не боишься находиться здесь один?
Экстремал взглянул на старика.
- Я не один. Я с тобой.
- Нет, парень! Ты один! - захрипел гость и начал срывать вонючие лохмотья. - Это наша земля!
Вдруг за станами раздался жуткий, громкий, леденящий кровь вой. Старик упал перед огнем на колени. Его спина выгнулась дугой, кости противно захрустели. Дмитрий вскочил, машинально хватая приготовленный нож. Сонливость исчезла мгновенно. Ночной гость извивался, катаясь по земле. Его руки и ноги стали неестественно изгибаться, по спине побежала черная шерсть.
Экстремал отшатнулся. Несмотря на страх, он понимал, что нужно было вытащить катающееся по земляному полу существо из дома. Это решение было единственным правильным. Юноша нанес два сильных удара ногой по твари, после чего схватил её за волосатую руку и поволок к выходу.
Сорвав засов, Дмитрий распахнул дверь, и вытолкнул мерзкое существо за порог, вглядываясь в ночной мрак. Рядом с домом, бегали полулюди - полуволки. Слюна капала из их пастей, а глаза горели в темноте. Экстремал не верил в происходящее. Тело молодого человека словно парализовало. То, о чем рассказывали ему в сказках, происходило здесь и сейчас, перед его глазами. Старик превращался то ли в собаку, то ли в волка. Вой раздался снова. Кто-то или что-то начало скрести дальнюю, наружную стену дома.
Вдруг одна из тварей прыгнула в дверной проем. Но Дмитрий успел закрыть дверь, моментально задвигая тяжелый засов. Получеловек врезался уродливым вытягивающимся лицом в толстые доски. Экстремал вспомнил про нож. Руки тряслись, мысли путались в голове. Парень не понимал, как такое может происходить. В узком оконце внезапно появилась хрипящая, брызгающая слюной пасть, которая, безуспешно пыталась вцепиться в молодого человека. Юноша отскочил, но затем, собравшись духом, нанес режущий удар ножом по морде. Раздался дикий человеческий вопль, а затем жуткий звериный вой. Внезапно дверь затряслась, но засов выдержал. Снаружи твари заскребли по бревнам. Зловещее, хрипящее дыхание послышалось у окна. Ещё более сильный удар обрушился на дверь. Петли заскрипели. "Рано или поздно она не выдержит!", - решил парень. Дмитрий схватил горящее полено из костра и кинул к выходу. Притушив один конец водой из фляжки, он взялся за него и, отодвинув засов, дернул резко дверь, нанося удар горящим поленом в темноту. Полено выскользнуло из руки и попало в морду одной из тварей, от чего та жутко завыла. Вокруг противно запахло паленой шерстью. Юноша едва успел закрыть дверь, как вновь та затряслась под сильными ударами. Экстремал отшагнул, и вдруг все стихло.
Простояв еще с полминуты в тишине, молодой человек осторожно подошел к оконцу. Полулюди - полуволки носили ветки к срубу, постепенно обкладывая ими стену. Парень догадался, что его хотят сжечь вместе с домом или заставить покинуть свое убежище.
Дмитрий стал лихорадочно осматривать земляной пол, стены, потолок, в поисках спасения. Взгляд его остановился на чердачной дыре. Как она могла ему помочь, он ещё не знал. Но, надев рюкзак, экстремал подтянулся и взобрался под крышу. Места здесь было мало. Встать в полный рост юноша даже не пытался. На четвереньках по сену он пополз в дальнюю часть чердака. Снаружи, внизу послышался вполне отчетливый треск горящих ветвей. Одна мысль сменяла другую. Сруб уже подожгли. Надо было срочно выбираться.
Парень лег спиной на сено и ударил по одной из досок крыши ногой. Руками он попытался стабилизировать положение тела. И вдруг левая рука наткнулась на что-то мягкое и скользкое. Дмитрий повернул голову и едва не закричал от увиденного. В темноте лежало полуразложившееся тело. Юноша на секунду остановился и пригляделся. Грудь была разорвана, а из области живота во все стороны разбросаны внутренние органы. Или точнее то, что некогда ими являлось. Обнаженные кости отчетливо виднелись во мраке. Ткани уже начали отделяться от костей. Высохшая, разорванная кожа слезала с истлевающего мяса, которое кусками лежало рядом на сене. Кому принадлежал труп, было непонятно. Разорванные в лохмотья, залитые засохшей кровью джинсы и футболка, лежали рядом. Ни лица, ни волос на голове не было. Казалось, что скальп был просто содран. При виде изуродованного, размозженного черепа, молодого человека едва не стошнило. В нос ударил резкий запах, истлевающий плоти.
Сдерживая тошнотворный порыв, он еще сильнее и интенсивнее начал бить по доске и, наконец, доска поддалась. Парень увидел темное звездное небо. Сев на корточки, Дмитрий принялся выламывать соседние доски из крыши руками. Их хруст сливался с треском уже горевших внизу бревен сруба, дым от которых проникал на чердак. Как только дыра оказалась достаточных размеров, юноша вылез наружу. Дым и усиливающийся жар не оставляли времени. Огонь поднимался все выше, языки пламени уже мелькали у основания крыши. Пожар все сильнее освещал поляну. На земле плясали жуткие тени, отбрасываемые пламенем.
Волкоподобные твари скрывались за ближайшими деревьями и кустами, не приближаясь близко к горящему срубу. Их глаза злобно сверкали в темноте. Дмитрий, оценивая ситуацию, затаился, выжидал подходящий момент. Его руки, лихорадочно готовили веревку. Пальцы нащупали карабин и со щелчком закрепили на страховочном поясе.
План спасения был прост. Порыв легкого ветра, поднял языки пламени выше ската крыши. Экстремал резко выпрямился, оттолкнулся и прыгнул вниз. На секунду все застыло: резкий выдох, жар от пламени, казалось, он завис в воздухе, что позволило осмотреть и место приземления, и путь к краю горы. Сильный удар о землю привел юношу в себя. Упав на бок из-за рюкзака за спиной, парень сразу же поднялся и кинулся бежать.
За спиной раздался злобный вой. Достигнув ближайших кустов, молодой человек двинулся напрямик, сквозь заросли. Их жесткие ветки казалось, специально цепляясь за рюкзак, не пуская к спасительному краю горы. Рядом, в темноте, промелькнула уродливая, злобная морда, пасть которой обволакивала белая пена. До края оставалось несколько метров. Экстремал, не останавливаясь, накинул свободный конец веревки на ствол одного из деревьев и, защелкнув карабин, с разбегу прыгнул вниз. Веревка заскользила. Юноша крепко держал спусковое устройство, контролируя скорость. Вдруг веревка резко натянулась, рука соскользнула, сдирая кожу на ладонях в кровь. Мгновенно сработал блокиратор, отчего парня развернуло и ударило спиной о склон. Кто-то наверху, то ли пытался вытянуть Дмитрия обратно, то ли перегрызть веревку. Она стала бешено трястись и дергаться, раскачивая молодого человека.
Экстремал достал запасное снаряжение и попытался закрепиться на склоне. Сверху раздался пронзительный вой и неожиданный сильный толчок порвал основную верёвку. Юноша полетел вниз, сшибая кусты на отвесной части горы. Жесткие ветки кустов слегка замедлили его падание. Дмитрий пытался цепляться руками за все, что попадалось. Ветки кустов из открытого рюкзака вытянули полотно с признанием в любви. Молодой человек, потеряв какое-либо равновесие, оказался стремительно летящим вниз головой. Страховочная веревка натянулась и потащила его поперек склона. Он повернул голову и увидел большой камень. Секундная боль от сильного удара вызвала практически мгновенную потерю сознания.
Первое, что Дмитрий почувствовал - жуткую головную боль, которая с каждым вздохом растекалась по всему телу. Юноша едва приоткрыл веки, как новая волна боли пронзила мозг. Яркие лучи утреннего солнца ударили в залитые кровью глаза. Экстремал был жив. По небу плыли невесомые, полупрозрачные облака. Легкий прохладный ветер нежно касался его лица.
Глотая воздух, парень медленно поднял голову. Он лежал на рюкзаке и полотне с огромными засохшими пятнами крови у подножья. Тело ныло, казалось, болел каждый сантиметр кожи. Левая рука, чуть ниже локтя, была разодрана до мяса. Юноша сжал пальцы, а затем не спеша сдвинул каждую ногу. "Жив!" - промелькнуло у него в голове. - "Жив!". Экстремал отпустил голову, и, закрыв глаза.
Дмитрий подумал о своей девушке, она должна быть где-то здесь, совсем рядом. Он безумно захотел ее увидеть.
"Кошмарная ночь закончилась", - подумал молодой человек, - "и теперь все будет хорошо, раны заживут, я не оставлю ее одну и мы никогда больше сюда не приедем".