— Да, — она заметила особый блеск в его глазах. — О чем вы думаете?
— О заключении медицинской экспертизы. — Он внимательно посмотрел на Дайну. — Мэгги умирала тяжело. Для начала ее накачали героином.
— Накачали? — недоуменно повторила она вслед за Бонстилом. — Вы хотите сказать, что не верите, будто она сама вколола его себе?
— Нет, не верю.
— Слава богу. Однако, вы говорили, что нашли героин в доме.
Он кивнул.
— Я отправил его в лабораторию на анализ. Выяснилось, что это порошок отборного качества.
Что-то в его словах заставило Дайну насторожиться опять.
— А что написано в заключении эксперта? Бонстил вздохнул.
— В дряни, вколотой в тело Мэгги Макдонелл, содержался стрихнин.
— Горячая доза, — слова сорвались с губ Дайны, прежде чем она успела подумать.
— Так, так, так. — Он склонил голову набок. — Позвольте узнать, в какой мерзкой книжонке вы почерпнули подобное выражение?
Дайна немного перевела дух, услышав из его уст это ошибочное предположение. Бонстил, между тем, продолжал.
— В обычном случае вы были бы правы. Однако в Мэгги впрыснули дьявольскую смесь, даже еще пострашней, чем просто «горячая доза». Дело в том, что содержание стрихнина в порошке было недостаточным для мгновенной смерти. Некоторое время ей... пришлось помучиться. — Он накрыл ладонь Дайны своею. — Мне жаль. — Эти слова прозвучали точно так же, как несколько минут назад, когда она произнесла их, обращаясь к Бонстилу.
— Боже милостивый, — выдохнула она. — Я ничего не понимаю.
Бонстил по-прежнему не выпускал ее руку.
— Кто-то впрыснул ей дозу, а потом изнасиловал и безжалостно избил.
— Изнасиловал? — Дайне показалось, что кровь застыла у нее в жилах. Она дрожала. — Откуда вы знаете?
— Я думаю, что нет необходимости...
— Зато я так не думаю! — яростно перебила она его. Она впилась в него глазами. — Теперь я должна узнать все до конца.
Бонстил несколько секунд молча смотрел на нее, затем покорно кивнул.
— В самом кратком изложении это можно выразить так: медицинская экспертиза обнаружила следы крови и спермы во влагалище и прямой кишке.
— О, боже мой, — она вздрогнула.
Бонстил крепко сжимал ее ладонь, точно стараясь влить в тело Дайны часть собственной силы. Наступило молчание, в котором внезапно раздался бой изящных старинных французских часов, стоявших на серванте из красного дерева в футляре из золота и стекла. Когда они перестали звонить, Бонстил тихо произнес:
— Это еще не все.
Дайна безжизненно взглянула на него.
— Еще не все? Еще не все? — хрипло проговорила она. — Что может быть еще?
— Статистика утверждает, что более девяносто процентов раскрытых убийств совершают люди, близко знавшие погибшего: члены семьи, близкие друзья или соседи. То есть те, у кого имелись серьезные личные мотивы для совершения преступления.
— Однако в случае с Мэгги я даже представить себе не могу, кто бы мог желать ее смерти.
Бонстил на мгновение зажмурил глаза и еще сильнее сжал ладонь Дайны. Когда он открыл глаза, его лицо было смертельно бледным.