Сборник "Николас Линнер+Отдельные триллеры",Компиляция. Книги 1-12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тут Чика куда-то исчезла. Затем зажегся свет, освещая вверху квадратный люк, в который она полезла первой, а потом помогла влезть и ему. Они очутились в знакомой уже Вулфу потайной комнате Моравиа. В ней по-прежнему стояли трюмо и жаровня-ибачи, лежали замшевые перчатки, висели на стене ковер и несколько эротических фотографий. Чика отодвинула подальше тростниковую циновку толщиной чуть более двух дюймов, лежавшую рядом с люком, через который они проникли в Марион– – комнату, закрыла его крышку и, задвинув щеколду, вновь подтащила циновку на место, замаскировав тем самым люк.

– Камивара мертв, – сказала Чика. – Ты применил свою способность "макура на хирума", чтобы убить его. Как теперь чувствуешь себя?

– Хотел бы я знать, правильно ли я поступил, выпустив джинна из бутылки, – ответил Вулф.

– Это хорошо, что ты так думаешь, – сказала Чика. – "Макура на хирума" определенно имеет и негативную сторону. И тебе потребуется время, чтобы увидеть все в истинном свете. – Глаза Чики при этих словах ярко сверкнули. – Мир изменился для тебя, Вулф, и назад пути нет.

Он вспомнил, как она стояла среди луж крови на кухне Джонсона и разговаривала с Сумой. Что они тогда замыслили? Какую игру она затеяла против него, сначала придя на помощь, а затем выдавая врагу? Ему захотелось спросить, какие у нее отношения с Сумой, да и вообще хотелось спросить о многом. Было ясно одно: мир для него изменился и выяснять отношения с Чикой в данный момент не имело смысла. Он должен был осознать суть происходящего. А пока что Вулф находился в сером промежуточном пространстве. Кто друг, а кто враг? Это было для него загадкой. Он не сомневался лишь в том, что Чика хочет привезти его в Токио. Если он окажется там, то, вероятно, найдутся ответы на некоторые из вопросов. А сейчас разумнее всего было не ломать попусту голову и выжидать благоприятного момента.

– Да, назад пути нет, – сказал он. – Я понимаю.

Вслед за этим последовало молчание. Что за ним скрывалось, Вулф определить не мог. Неужели он сделал что-то не так?

Он взглянул на Чику и сказал:

– Мы можем и не выбраться отсюда.

Чика ничего не ответила. Тогда он придвинулся поближе и спросил:

– Зачем Камивара приходил к Джонсону? Кто он такой?

– Он был не просто профессиональным убийцей, если ты это имеешь в виду. Он здесь долго околачивался и знал все ходы и выходы.

– Как и твой контрпартнер?

– Не понимаю, что ты хочешь сказать.

– Я говорю о Суме.

– Нет, Сума – другое. – Она на минутку задумалась. – Камивару должны были отозвать отсюда еще некоторое время назад. Думаю, что решение об этом уже было принято. Он стал... бесполезным.

– Ты имеешь в виду, что он слишком долго не был дома?

– Не совсем так. – Чика секунду помолчала. – Полагаю, что чувство реальности настолько покинуло его, что он перестал быть полезным для общества Черного клинка.

– Ты хочешь сказать, что он тронулся умом?

– Вполне возможно.

У Вулфа снова возникло ощущение, что он делает что-то не так. Ему, видимо, не стоит сейчас вступать с Чикой в конфликт, подозревая ее во лжи или, по крайней мере, в том, что она не раскрывает всей правды. Тут и слепому ясно, что ее не испугаешь.

Вулф подумал о Бобби, мгновенно сгоревшем в страшном огне. Вот он что-то кричит, спасая их жизнь, а в следующий миг его не стало. Общество Черного клинка пытается разделаться и с ним, а федеральная военная разведка, едва завербовав его, предпринимает ту же попытку. Так что он уже и не понимает толком, кто же подставил его – Сума или "призраки" и разведка. Все это похоже на войну. Впрочем, как сказала Чика, война уже идет, и его втянули в нее.

"Думай, черт бы тебя побрал, – бранил он себя, – думай. Соображай, в качестве какого оружия тебя используют". Но думать он пока что мог лишь о смерти Бобби и о последней скудной информации, которую тот выдал, – о том, что Бризарду кто-то сообщил о его местонахождении. А сделать это могла только могущественная организация, соткавшая паутину от Токио до Вашингтона, через человека по имени Шипли из министерства обороны. Кто-то в этом министерстве заинтересован в том, чтобы его, Вулфа, убрали.

Он был убежден, что у всех этих разрозненных несостыковывающихся мыслей есть что-то общее, надо только заметить его. Важнее другое. Он вдруг понял, что для кого-то он является чем-то большим, чем он сам мог себе это представить.

И тут он подумал о той картине, которую Чика позволяет ему мысленно рисовать, и о большом жюри присяжных заседателей, которому из офиса окружного прокурора представят улики и доказательства, необходимые для вынесения вердикта, если его отдадут под суд. И он попросил Чику:

– Расскажи мне побольше о клубе Запретных грез.

– Взгляни на фотографии на этой стене.

Вулф посмотрел на них. Он уже немного привык к ее отвлеченным ответам на вопросы и, к своему удивлению, находил, что ему даже нравится ломать голову над ее словами и как бы просеивать их, подобно тому, как его отец просеивал опалы там, в шахте, в далекой-далекой Австралии. Вулф смутно понимал, что Чика таинственным образом воздействует на него, принуждает покончить с прежней жизнью.

– Что ты нашла в этой теме такого, что заставило тебя фотографировать?

– Если я правильно поняла, – ответила она, – ты имеешь в виду фотографии, на которых отражен процесс фиксации женщин.