— Простите?
— Послушайте, у меня в день два-три розыгрыша.
Я возмущенно фыркнула. Она не воспринимает нас всерьез.
— Нет. Это не шутка. Мы собирались заняться сексом, но как только мой парень надел презерватив, то член стал набухать. То есть он, конечно, уже был набухшим до этого, но потом все вышло из-под контроля.
— Вы серьезно?
Если бы могла дотянуться до этой женщины через телефон, я бы придушила ее.
— Да, я очень серьезна! А теперь не могли бы вы отправить, пожалуйста, кого-нибудь на 251 Салливан Стрит?
— Ладно, мы отправляем помощь, но если это шутка...
— Что мне нужно сделать, чтобы вы поверили? Описать в подробностях, что его пенис выглядит как фиолетовый баклажан, обтянутый резинкой?
— Господи, — последовал ответ.
— Ага, если бы вы видели это в реальности, тоже сходили бы с ума! — Поймав жалобный взгляд Джесси, я добавила: — Прости, но это правда.
В этот момент в отдалении я услышала вой сирены. Больше ничего не сказав диспетчеру, отключила связь и бросила телефон, потом спрыгнула с кровати натянуть одежду. Достаточно позора, не хватало еще, чтобы медики увидели меня голой.
Пока Джесси корчился и стонал на кровати, я выскочила из спальни и побежала вниз по лестнице. Как раз когда на подъездной дорожке показались полицейская машина и машина скорой помощи, я распахнула входную дверь.
— Не думал, что когда-нибудь получу отсюда вызов, — произнес молодой врач, выпрыгивая из машины.
Его партнер постарше хихикнул.
— Ага, скоро узнаешь, что похоронное бюро для нас, как горячая точка. Что-то в трупах вызывает у людей сердечные приступы и обмороки, после которых они бьются головой об пол и получают сотрясение мозга. И потом, всегда есть возможность подлатать людей после драк.
— Драк? Проклятие, — пробормотал молодой медик.
Вытащив носилки, они поспешили к дому. Я вышла на крыльцо, чтобы встретить их.
— Он наверху, — произнесла я.
Старший врач кивнул.
— Показывайте дорогу.
Я поспешила обратно в дом и, перескакивая через ступеньки, кинулась наверх. Добравшись до площадки, я осознала, как до жути тихо стало на втором этаже. Стоны умирающего Джесси больше не наполняли дом. Забыв о врачах, я побежала по коридору и застыла в дверном проеме: парень неподвижно сидел на кровати, подняв простыню и уставившись на свой пах.
— Джесси? — осторожно позвала я.
Он медленно поднял взгляд.
— П-презерфатиф л-лопнул.
В комнату с грохотом ввалились санитары с носилками. Когда они посмотрели на Джесси, тот повторил:
— Презерфатиф лопнул.
Обменявшись взглядами, медики подошли к кровати.
— Мы здесь, чтобы помочь тебе, сынок, — произнес старший.
На бейджике значилось «Бриджстоун». Я вспомнила, что хожу в школу с Лайлом Бриджстоуном. Интересно, не его ли это отец? Я беззвучно застонала: если это так, то слухи распространятся со скоростью пожара, потому что Лайл всегда много трепал языком.