При этом невольно припоминается, как этот дар Божий некогда был в руках Божиих орудием для наказания человеческой гордыни. Было некогда время, когда на всей земле был один язык и одно наречие (Быт. 11, 1). Но человек по гордости своей задумал безумное предприятие, которое было наказано Богом через ниспослание гордецам различных языков, что заставило их, оставив работу, разойтись в разные стороны.
Теперь же дарованная Господом посредством Святого Духа возможность говорить на разных языках явилась средством, благодаря которому разделенные народности соединяются в единое целое — единую Церковь Христову. Прекрасно выражено это в дивном песнопении — кондаке праздника Пятидесятницы: «Егда снисшед, языки слия, разделяше языки Вышний; егда же огненные языки раздаяше, в соединение вся призва, и согласно славим Всесвятаго Духа».
В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небом (Деян. 2, 5). Здесь идет речь как об иудеях, живших прежде в разных странах и переселившихся на постоянное жительство в Иерусалим по религиозным побуждениям, так и о тех, которые временно находились в Иерусалиме, собравшись туда из разных мест на праздник Пятидесятницы. Иудеи времен земной жизни Христа Спасителя действительно были уже во множестве рассеяны по разным странам, частью поневоле — как военнопленные, частью по своей воле — в интересах торговли и производства.
Когда сделался этот шум, собрался народ, и пришел в смятение, ибо каждый слышал их говорящих его наречием (Деян. 2, 6). Очевидно, шум, несшийся с неба на тот дом, в котором были собраны ученики, был слышен на значительном расстоянии, и притом так, что слышавшие его в городе замечали, что он несется к этому именно дому. Необычайность такого явления привлекла к дому громадное множество народа, быть может, шедшего в храм на утреннюю молитву. Вероятно, перед домом была большая площадь.
Народ был поражен непонятным явлением: апостолы, видом своим очевидно обнаруживавшие свое происхождение из Галилеи, говорили на разных языках, так что каждый из собравшихся слышал свой собственный язык или наречие. Галилея была известна как страна темная, не отличавшаяся образованностью, а потому собравшийся народ удивлялся, как эти люди, необразованные, не учившиеся, могли заговорить на столь различных языках и наречиях.
Можно полагать, что апостолы, прославляя Бога на разных языках, вышли на плоскую кровлю дома, а народ слушал их, окружая дом вокруг и заполняя всю площадь перед домом. Дееписатель перечисляет многие страны, из которых происходили эти люди.
И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии говорящие не все ли Галилеяне… А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина (Деян. 2, 7, 13). Из этого видно, что не всеми одинаково было принято это чудесное событие. Люди благомыслящие справедливо видели в этом необыкновенное знамение, пытаясь догадаться, что оно предвозвещает. Но люди неверующие, злобные и легкомысленные, бывшие, может быть, из среды, враждебной Христу Спасителю, из фарисейской и саддукейской партии, стали насмешливо объяснять происшедшее самым грубым образом — действием вина, оскорбляя, таким образом, Духа Святого. Именно так всегда неверие, легкомыслие и злоба самое высокое в духовной жизни силятся объяснить низкими до пошлости причинами, будучи не в состоянии понимать это высокое6.
Речь апостола Петра и её действие на слушателей
(Деян. 2, 14–42)
Изумление одних и грубые насмешки других побудили апостолов обратиться к народу с разъяснением совершившегося чуда. Дар языков был ниспослан всем ученикам Христовым, находившимся в доме; теперь из всех выделяются только двенадцать ближайших учеников Христовых, и от имени их всех святой апостол Петр обращается к народу с первой апостольской проповедью.
Он возвысил голос свой (Деян. 2, 14) — речь его была полна великого дерзновения, она торжественна, ясна и вразумительна. В лице собравшихся святой Петр обращается ко всем жителям Иерусалима. Мягко и кротко он устраняет подозрение в том, что ученики Господа напились сладкого вина… ибо теперь третий час дня (Деян. 2, 13, 15). Это был час утренней молитвы, до которой никто из иудеев не вкушал пищи, тем более в такой великий праздник, как Пятидесятница.
Далее в объяснение происшедшего святой Петр приводит ветхозаветное пророчество Иоиля, изреченное за восемьсот с лишним лет до того. В этом пророчестве Господь устами пророка дает обетование людям об обильном сообщении даров Святого Духа всем верующим людям, с чем вместе соединяется угроза суда на нечестивых и обетование спасения праведным7. Начальные слова пророчества и будет после того (Иоил. 2, 28) святой Петр заменяет оборотом и будет в последние дни (Деян. 2, 17) — выражение, относящееся у пророков к окончанию ветхозаветного времени и началу новозаветного. Заменяя этими словами неопределенное выражение после того, апостол таким образом очевидно исключает отношение этого пророчества к какому-либо ветхозаветному времени, а относит исполнение его только ко времени новозаветному.
Излию от Духа Моего на всякую плоть (Деян. 2, 17) — вместо подлинных слов пророчества «излию Дух Мой». Смысл тот же, но апостол лишь указывает на разделение даров Святого Духа каждому верующему в отдельности. Излияние — образ сообщения этих даров Святого Духа в особом изобилии, как бы в виде изливаемой воды или дождя. Излияние на всякую плоть указывает на сообщение даров Святого Духа всем людям. Здесь имеются в виду, конечно, все те, кто вступает в открывшееся Царство Мессии (ср. Ис. 40, 5): только члены Царства Христова получат эту благодать Святого Духа.
До Христа огромная часть человечества (язычники) была совершенно лишена даров Святого Духа, а в иудействе дары Святого Духа сообщались лишь некоторым, избиравшимся на особенное служение. В христианстве же каждый верующий сподобляется этих благодатных даров через таинства. Это и начало исполняться со дня Пятидесятницы. Для примера указываются здесь и некоторые проявления этих даров Святого Духа, наиболее известные в Ветхом Завете: пророчества, видения, сновидения как средства сообщения Божественного Откровения людям.
Сыны ваши и дочери ваши; и юноши ваши… и старцы ваши (Деян. 2, 17). Этим указывается, что Дух Святой изольется Своими дарами на всех без различия пола и возраста. Знаменательно выражение в подлиннике на рабов и на рабынь Моих (Иоил. 2, 29). В Ветхом Завете не было случая, чтобы рабы получали благодатные дары Святого Духа и пророчествовали. В Новом же Завете оковы рабства будут разрушены, и Дух Святой будет изливать Свои дары на всех без различия состояний, ибо в Царстве Христовом все равны перед Господом — все рабы Господа.
С этим предречением об обильном излиянии Святого Духа соединяется предречение об имеющем быть после этого суде над нечестивым миром и о спасении истинных поклонников Бога истинного. Знамения приближения этого последнего Страшного Суда Божия над человечеством — кровь и огонь и курение дыма (Деян. 2, 19).
Это — символы кровопролития, возмущений, войны, опустошений. С этим соединятся и знамения на небе: затмение солнца и кровавый вид луны. Все эти ужасы на образном языке священных писателей обозначают вообще все те великие бедствия в человеческом мире, которые станут предвестниками Суда Божия над миром.
Все это произойдет, прежде нежели наступит день Господень, великий и славный (Деян. 2, 20). В Ветхом Завете под этим «днем» понимался «день Мессии», или вообще время Мессии, в Новом Завете — день суда Мессии над миром, день Страшного Суда.
От Суда, однако, спасется тот, кто призовет имя Господне (Деян. 2, 21), — конечно, не в это только время и не устами только. «Призовет не просто, — поясняет святитель Иоанн Златоуст, — ибо не всякий, говорит Христос, говорящий Мне: Господи, Господи! войдет в Царство Небесное (Мф. 7, 21), но призовет с усердием, при хорошей жизни, с должным дерзновением». Разумеются здесь истинно верующие в Господа праведники.
Какое отношение имело это пророчество к событию дня Пятидесятницы?
Когда апостол объяснял слушателям, что чудное событие, свидетелями которого они стали, есть исполнение ветхозаветного пророчества Иоиля, это само собой рождало мысль, что, следовательно, мессианское время уже наступило — Мессия уже пришел. Но где же Он и Кто Он? И вот в дальнейшей своей речи святой апостол Петр начинает свое благовествование о Христе.
Он возвещает слушателям, что Мессия явился в лице Иисуса Назорея, Мужа, засвидетельствованного вам от Бога силами и чудесами и знамениями (Деян. 2, 22). Всем известные чудеса Христовы апостол вспоминает как доказательства Его мессианского достоинства. Однако для иудеев того времени крест, понесенный Христом, был большим соблазном. Чтобы устранить этот соблазн, святой Петр прибавляет, что предание и умерщвление Христово совершилось по определенному совету и предведению Божию (Деян. 2, 23).
Устраняя соблазн, что Бог мог быть распят и умереть, святой апостол говорит о Христе применительно к иудейским понятиям, как о Человеке, Сыне Давидове, а потому и выражается, что Бог воскресил Его (Деян. 2, 24), хотя Христос, как Сын Божий, воскрес Своей собственной силой и властью8.
Говоря о Воскресении Господа, святой Петр приводит убедительное для евреев свидетельство царя Давида. Псалмопевец изображает в этом псалме праведника, который говорит о своем внутреннем тесном общении с Богом и выражает радость о том, что это общение не будет прервано смертью, что душа его не останется во аде и самое тело его не подвергнется тлению, а будет наслаждаться полнотой жизни в Боге и радостью в общении с Ним (см. Пс. 15, 8–11).
Апостол прямо указывает, что этого Давид не мог говорить о себе, так как он умер и погребен (Деян. 2, 29), как обыкновенный смертный человек, но что Давид говорил это о Нем (Деян. 2, 25), то есть о Христе. Говорил он это, будучи… пророком в тесном смысле слова, или провидцем будущего, и зная, что Бог с клятвою обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа во плоти и посадить на престоле его (Деян. 2, 30).
Это действительно мы находим во Второй книге Царств. Тут Бог дал такое обетование Давиду о непоколебимости дома его и о вечности престола и царства его, которое могло исполниться, конечно, только на Мессии, имевшем произойти по плоти из рода Давидова9. Давид тогда же так это и понял и прославил Бога песнью в стихах (см. 2 Цар. 7, 18–29). В 131-м псалме говорится о том же предречении Господа Давиду, что из рода его произойдет Мессия, причем оно названо клятвой: Клялся Господь Давиду в истине, и не отречется ее (Пс. 131, 11) в смысле совершенной непреложности предрекаемого.
Он прежде сказал о воскресении Христа (Деян. 2, 31). Сказанное Давидом в 15-м псалме (см. Пс. 15, 10) исполнилось не на нем самом, а на потомке его по плоти Христе, ибо Христос, умерев плотью, сошел во ад со Своей душой, но не остался там: проповедав бывшим там духам об искуплении смертью Его всего человечества10, снова оживотворил плоть Свою, которая не видела тления (Деян. 2, 31), и воскрес из мертвых. Истину воскресения сего Иисуса святой Петр удостоверяет свидетельством всех верующих: чему все мы свидетели (Деян. 2, 32).
Далее святой Петр свидетельствует и о Вознесении Христовом, результатом чего явилось это излияние благодати Духа Святого на верующих. Как истину Воскресения Христова святой Петр утвердил на пророчестве Давида, что особенно важно было для его слушателей-иудеев, так и истину Вознесения Господня он утверждает ссылкой на 109-й псалом11. Давид, как известно, сам не взошел на небеса, но говорит о своем Господе, что Бог посадил его одесную Себя. Ясно, что Давид говорит это не о себе, а о другом лице, и именно — о Мессии, Иисусе из Назарета, Который вознесся на небеса. Господь Иисус Христос во время Своей земной жизни Сам приложил к Себе это пророчество12, а святой Петр прилагает его ныне именно к Вознесению Господа и седению Его одесную Отца.
В заключение апостол делает практический вывод из всего сказанного: Итак твердо знай, весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса, Которого вы распяли (Деян. 2, 36). Распятый ими Иисус и есть именно тот Мессия, о котором предсказывали ветхозаветные пророки.
Которого вы распяли (Деян. 2, 36). Тут смелый и сильный оборот речи, которым апостол хотел как бы острием поразить сердца слушателей: Бог так возвысил и возвеличил Его — а вы Его распяли. «Прекрасно этим заключил свое слово, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — дабы чрез то потрясти их душу».
Речь святого апостола Петра действительно возымела сильное действие на слушателей. Они умилились сердцем (Деян. 2, 37), то есть пришли в состояние сердечного сокрушения, ясно представив себе, как тяжко они согрешили перед Богом и Мессией. Боговдохновенное слово апостола, подтверждаемое поразительным событием, очевидцами которого они стали, решительно убедило их в мессианском достоинстве Иисуса Назорея, и они обратились к Петру и прочим апостолам с вопросом, полным почтения, любви и доверия: Что нам делать, мужи братия? (Деян. 2, 37). То есть: «Что нам делать, чтобы загладить наше преступление, получить прощение грехов и вступить в общение с отвергнутым Мессией?»
[6] Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может (1 Кор. 2, 14–15).
[7] И будет после того, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения. И также на рабов и на рабынь в те дни излию от Духа Моего. И покажу знамения на небе и на земле: кровь и огонь и столпы дыма. Солнце превратится во тьму и луна — в кровь, прежде нежели наступит день Господень, великий и страшный. И будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется; ибо на горе Сионе и в Иерусалиме будет спасение, как сказал Господь, и у остальных, которых призовет Господь (Иоил. 2, 28–32).
[8] Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее. Сию заповедь получил Я от Отца Моего (Ин. 10, 18).
[9] Когда же исполнятся дни твои, и ты почиешь с отцами твоими, то Я восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его. Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его на веки. Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном; и если он согрешит, Я накажу его жезлом мужей и ударами сынов человеческих; но милости Моей не отниму от него, как Я отнял от Саула, которого Я отверг пред лицем твоим. И будет непоколебим дом твой и царство твое на веки пред лицем Моим, и престол твой устоит во веки (2 Цар. 7, 12–16).
[10] Потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал (1 Пет. 3, 18–19).
[11] Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих (Пс. 109, 1).
[12] Что вы думаете о Христе? чей Он сын? Говорят Ему: Давидов. Говорит им: как же Давид, по вдохновению, называет Его Господом, когда говорит: сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих? Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему? (Мф. 22, 42–45).