Я за тебя умру: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он поднял голову — глаза на его худом лице были такие, какие бывают только у двух категорий людей: у тех, кто верует в спиритизм, и у тех, кто его поносит.

Вид у него был несколько оторопелый, и поэтому я повторил вопрос.

— Заинтересовала! — вскричал он. — Заинтересовала! С ума сойти!

Я посмотрел на него с опаской. Да, ясно было: либо он медиум, либо он из тех ироничных молодых людей, которые пишут юмористические рассказы о спиритах в популярных журналах.

— Изумительное… произведение, — сказал он. — Герой, если можно так выразиться, после смерти был в основном занят тем, что диктовал своему дяде.

Я согласился, что это, видимо, так.

— Ценность рассказа, — заметил он со вздохом, — конечно, зависит от того, там ли находится молодой человек, где он, по его словам, находится.

— Разумеется. — Я был озадачен. — Молодой человек, по всей вероятности… в раю, а не… в чистилище.

— Да, — задумчиво согласился он, — было бы неловко, если бы он находился в чистилище — а тем более если в третьем месте.

Ну, это уже было чересчур.

— В жизни молодого человека ничто не предполагало, что он может очутиться… очутиться в…

— Конечно. Область, о которой вы говорите, — я не имел ее в виду. Я сказал только, что это было бы странно, если бы он очутился в чистилище, а тем более еще где-то.

— Где же, сэр?

— Например, в Йонкерсе.

Тут я вздрогнул.

— Как?

— Если бы он очутился в чистилище, это была бы небольшая оплошность с его стороны… а вот если в Йонкерсе…

— Дорогой мой, — нетерпеливо перебил я, — какое отношение имеет Йонкерс к «Аристократии иного мира»?

— Никакого. Я просто заметил, что, если бы он был в Йонкерсе…

— Но он не в Йонкерсе.

— Да, не там. — Он опять вздохнул и помолчал. — На самом деле он недавно переехал из Огайо в Пенсильванию.

На этот раз я чуть не подскочил — не справился с нервами. Я не понимал, к чему он клонит, но чувствовал: за его словами есть что-то существенное.

— Вы хотите сказать, — поспешно спросил я, — что ощущаете его астральное присутствие?

— Ну, хватит, наконец, — сказал он с досадой. — Кажется, весь месяц я был игрушкой разных Бэзилов Кингов^{7} и легковерных дам по всей стране. Мое имя, сэр, — Косгроув П. Харден. Я не мертв. Я никогда не был мертвым и, прочтя эту книгу, впредь поостерегусь им стать!

Девушка по ту сторону прохода была настолько ошеломлена моим изумленным и горестным криком, что поставила крестик вместо нолика.

Перед моим мысленным взором возникла длиннейшая очередь людей, протянувшаяся от Сороковой улицы, где расположено мое издательство, до Бауэри: у каждого в руках «Аристократия иного мира» и каждый требует назад два доллара пятьдесят центов. Я быстро прикинул, нельзя ли поменять там все имена и превратить документальную книгу в фантазию. Но поздно. Триста тысяч экземпляров уже разошлись по рукам Американской Публики.

Когда я немного оправился, молодой человек рассказал мне, что с ним было после того, как его зачислили в мертвые. Три месяца в немецкой тюрьме… десять месяцев в госпитале с воспалением мозга… еще месяц до того, как он смог вспомнить свое имя. Через полчаса после прибытия в Нью-Йорк он встретил старого друга, который посмотрел на него, подавился воздухом и свалился замертво. Когда друг ожил, они пошли в аптеку-закусочную выпить по коктейлю^{8}, и там за час Косгроув Харден выслушал такую историю о себе, какой не приходилось слышать ни одному человеку на свете.

Он поехал на такси в книжный магазин. Нужная ему книга была распродана. Он сразу поехал на поезде в Джолиет, Огайо, и игрою случая книга оказалась у него в руках.

Первой моей мыслью было, что он шантажист, но, сравнив его с фотографией на странице 226 «Аристократии иного мира», я убедился, что он несомненно Косгроув П. Харден. Он похудел и постарел по сравнению со снимком, усов не стало, но это был тот же человек.

Я вздохнул — глубоко и трагически.