Колизей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Подземные сооружения Колизея

Когда туристы приходят осматривать Колизей, они видят прежде всего большое количество стен подземных сооружений, отрытых археологами в начале XIX столетия (эти древние кладки стали демонстрировать публике лишь спустя более полувека). С тех пор не утихают споры о том, когда эти сооружения были построены, строились ли они сразу или разновременно, для чего назначались и могло ли с их помощью состояться потешное морское сражение на арене амфитеатра при открытии Колизея в 80 году. Однако прежде чем вникнуть в суть этих споров, стоит рассмотреть характеристики и назначение подземных сооружений, которые разногласий не вызывают.

Прежде всего отметим, что площадь подземелий амфитеатра превышала площадь арены: по краям этого подземелья (за длинной осью арены) размешались вместительные кладовые. Кроме того, по подземелью проходил коридор, ведущий к зданию Ludus Magnus («Большому лагерю»), в котором находился тренировочный зал гладиаторов. Разумеется, в подземелье амфитеатра размещались и подъемные механизмы, поднимавшие на поверхность, через специальные люки, клетки с животными. С помощью этих подъемников доставлялись на арену и декорации для дававшихся представлений (к примеру, на мифологические сюжеты). Отдельные шахты, в которых размещались подъемники, сохранились до наших дней, и их можно увидеть, побывав в Колизее. Археологам удалось откопать несколько бронзовых фитингов, деталей подъемников. Несомненно, подъемные механизмы амфитеатра отвечали своему назначению, и все же трудно себе представить, как на поверхность из подземелья поднимали гиппопотамов.

В подземелье было великое множество коридоров, освещавшихся дневным светом у выхода на поверхность; на остальном протяжении они освещались коптящими масляными светильниками, впрочем, как и все подземелье, утопавшее в тусклом и чадном свете. Подземелье во время представлений в амфитеатре походило на людской муравейник: там находились рабочие сцены, укротители, гладиаторы, а также закованные в цепи и ожидавшие казни преступники; в специальных помещениях стояли многочисленные клетки с животными, оглашавшими воздух злобным рычанием. Душераздирающие звуки доносились и сверху, с арены, где гибли люди и звери. Подземные помещения Колизея поистине походили на ад. В наше время для посетителей доступ в подземелье амфитеатра обычно закрыт, но, когда его открывают, спускаться в подземелье отваживаются немногие.

Современные исследователи считают, что основная система подъемников в Колизее появилась не раньше конца III — начала IV века, а при Тите, открывшем амфитеатр, животных выводили на арену из коридора под сенаторскими местами. По мнению некоторых исследователей, первые подъемники в подземелье амфитеатра появились в конце I века при императоре Домициане, брате Тита, но это суждение постоянно оспаривается.

Подземные сооружения Колизея начали исследовать в годы оккупации Рима наполеоновскими войсками с 1811 по 1814 год. Эти работы проводились французскими археологами совместно с учеными Ватикана, но завершить работы не удалось из-за внезапного наводнения. Тем не менее проводившиеся исследования вызвали горячие споры между учеными, которые обменивались памфлетами (публиковавшимися зачастую под псевдонимами) и высмеивали друг друга в карикатурах.

По поводу подземных помещений амфитеатра высказывались три различных суждения. Одно отстаивал Карло Феа, археолог из Ватикана, известный, главным образом, тем, что перевел на итальянский язык произведение И. Винкельмана «История античного искусства». Феа считал, что подземные сооружения Колизея появились только в Средневековье, а во времена Римской империи их не было и в помине; наоборот, арена сама находилась в специально вырытом углублении, превращавшемся в резервуар для воды при проведении в Колизее потешных морских боев, о которых писал Дион. При наличии подземелья, куда бы непременно уходила вода с арены, проведение подобных боев, по мнению Феа, было практически невозможно.

Суждения Феа оспаривали архитектор Пьетро Бьянки и профессор археологии Римского университета Лоренцо Ре, утверждавшие, что подземные сооружения Колизея были построены в то же время, что и наземное здание. Они категорически отрицали, что арена амфитеатра была возведена в углублении. По их мнению, это противоречило здравому смыслу, ибо размещение арены в углублении (необходимом для проведения потешных морских боев) мешало бы большому количеству зрителей наблюдать за происходившим у ближнего к ним края арены. Бьянки и Ре подтверждали свое суждение сохранившейся информацией о произошедшем в Риме в начале VI века землетрясении, во время которого пострадало не только здание Колизея, но и арена амфитеатра. По мнению этих исследователей, арена амфитеатра могла подвергнуться разрушению только в том случае, если ее подпирали опоры подземных сооружений. Что касается описания Дионом потешного морского, поставленного якобы в Колизее, то Бьянки и Ре считали, что историк ошибся, а в действительности подобные представления давались в другом помещении, сооруженном еще при императоре Августе, как о том пишет Светоний.

«Примирителем» в споре между Феа с одной стороны Ре и Бьянки с другой выступил испанский священник и исследователь античности Хуан Масдеу. Он считал, что подземные сооружения Колизея были построены в конце III века, и потому в 80 году в Колизее вполне могло быть поставлено потешное морское сражение.

Установить истину трудно. Участвуй мы сами в тех давних археологических спорах, и мы бы, вероятно, пришли к суждениям, которые, с точки зрения современной жизни, считаются не соответствующими действительности. В начале XIX столетия было разумнее посчитать, что подземные сооружения Колизея возводились в Средневековье, и остановиться на том, что дававшиеся в нем представления (включая и потешные морские бои) проводились на арене, покоившейся на грунте, который не мог осесть, то есть ниже той кладки, которая была обнаружена археологами (в конце концов, Феа не выяснил глубину этой кладки, ибо археологические работы были прерваны наводнением). Расположение же арены на подземных опорах могло казаться в те времена поистине нереальным. Живи мы в 1814 году, мы, вероятно, взяли бы сторону Феа, а в конце XIX столетия, возможно, согласились бы с Ричардом Джеббом, профессором Кембриджа, который археологические находки в Микенах, сделанные Генрихом Шлиманом, характеризовал как предметы более поздней — византийской — культуры.

Впрочем, споры о подземных сооружениях Колизея и о месте расположения арены амфитеатра не утихают и по сей день, а суждения по этим вопросам складываются до сих пор из того, каким образом автор суждений увязывает между собой дошедшие до нашего времени соответствующие письменные источники, археологические находки и, разумеется, здравый смысл, каким он его понимает. В настоящее время в результате проведенных исследований и современных археологических изысканий наибольшее признание получило суждение, близкое к компромиссу, предложенному Хуаном Масдеу: подземные сооружения Колизея построены в древности, но позже его открытия, и потому арена амфитеатра покоилась поначалу на грунте, который не мог осесть, и, значит, потешные морские сражения, о которых писал Дион, вполне могли проводиться на арене амфитеатра.

Но в чем правота Диона? Несмотря на новые археологические находки (включая предметы, похожие на водонепроницаемые приспособления, на вид пригодные для того чтобы предотвратить утечку воды с арены) и на тщательное исследование этих находок, все-таки непонятно, что представляли собой потешные морские сражения, о которых писал Дион. Возможно, в этих боях участвовали большие ладьи, которым требовалась немалая глубина, а может, в них участвовали суда, похожие на игрушечные кораблики, которые плавали в водоеме, сравнимом с современными «лягушатниками». Однако вне зависимости от глубины водоема, в котором происходили потешные морские бои, неясно, как арена заполнялась водой. Предполагают, что вода подавалась из Тибра через шлюзовые ворота, но в Тибр в то время сливали сточные воды, поэтому, если предположение верно, навмахия, которой восторгался в своем сочинении Марциал, не была столь привлекательной.

Дренажная система и фундамент

Разумеется, существовали немалые трудности не только с заполнением арены Колизея водой, но и с отводом этой воды после окончания представления. Строителям Колизея приходилось решать и другие задачи, касавшиеся отвода воды, ведь этот амфитеатр был построен в речной долине на месте озера. Кроме того, здание Колизея само представляло собой огромный резервуар, и во время сильных дождей, по крайней мере, его арена могла затопляться.

Одним из наиболее замечательных достижений строителей Колизея являлся дренаж, совокупность сооружений, позволявших отводить воду с территории амфитеатра. Недавние археологические раскопки позволили обнаружить целую систему подземных водоотводов (дренажных канав), расположенных в центре и по периметру Колизея. Кольцевая дренажная канава уложена на глубине 8 м, воды из нее отводятся в Тибр.

Строительство дренажной системы, как, естественно, и самого Колизея, требовало огромных усилий, знаний и мастерства. Ясно, что проект и строительство Колизея осуществляли искусные архитекторы и строители, обладавшие высокими теоретическими познаниями и большим опытом проведения подобных работ, а непосредственно строительные работы вели не только необученные рабы, но и рабы высокой квалификации.

Знания и опыт проектировщиков Колизея прежде всего сказались в планировке арены. Соотношение ее длины и ширины является идеальным и равняется 5:3 (золотое сечение). Как удалось выяснить современным исследователям, согласно первоначальному плану длина арены Колизея должна была равняться тремстам, а ширина — ста восьмидесяти римским футам[8]. Обычно в других амфитеатрах Древнего Римадлина совокупности зрительских мест в глубину равнялась ширине арены амфитеатра, и таким образом общая протяженность арены и зрительских мест по горизонтальной оси составляла 660 римских футов (300 + 180 + 180), при этом окружность амфитеатра равнялась 1885 римским футам.

Длина периметра здания имела существенное значение, ибо была связана напрямую с количеством арочных входов в амфитеатр, а ширина каждого входа равнялась 20 римским футам (величине, удобной при производстве работ даже неквалифицированными рабочими). В Колизее решили строить 20 арочных входов, и потому периметр здания был немного уменьшен по сравнению с первоначальным проектом и в итоге стал равен 1835 римским футам. Эта поправка привела не к сокращению запланированного количества мест, а лишь к незначительному уменьшению размеров арены, длина которой стала равняться 280, а ширина — 168 римским футам, при этом отношение длины к ширине осталось все тем же — 5:3.

Проект Колизея был конкретен и ясен, и потому строительные бригады не нуждались в постоянном контроле со стороны проектировщиков. Можно допустить, что эти бригады при выполнении второстепенных работ имели свободу действий и там, где было возможно, не соблюдали в точности конструкцию типовых элементов сооружения. Так, вертикальные стыки различаются от пилястра к пилястру (что, правда, предположительно объясняется различными по размеру блоками травертина, доставлявшимися на стройку из каменоломни), а сами арочные проходы, хотя и всего на несколько сантиметров, отличаются друг от друга по ширине. Там же, где требовалась точность в работе, она неукоснительно соблюдалась. Так, например, клинчатые камни арок амфитеатра практически идентичны, а шестиметровый по ширине кольцевой коридор на первом этаже здания отклоняется местами от заданного размера не более чем на 5 см.

Рассуждая о строительстве Колизея, мыс сожалением должны констатировать, что не знаем, кто был его архитектором (то, что им был Гауденций, христианин и святой мученик — всего лишь легенда, созданная в угоду церковникам). Мы можем лишь догадываться и о том (несмотря на сохранившиеся труды Витрувия, известного римского архитектора), как решались при проектировании и строительстве Колизея конструктивные и архитектонические задачи. Рабочие чертежи и расчеты до нашего времени не дошли. Сохранились лишь план первого этажа Колизея и несколько макетов амфитеатра, предназначавшиеся, видимо, для того чтобы демонстрировать их строителям и заказчику.

Зато нам известны некоторые истории о взаимоотношениях римских архитекторов с императорами. Одна из них рассказывает о том, как однажды Аполлодор, архитектор Траяна, докладывал этому императору о своем новом проекте. При этом присутствовал Адриан, будущий император. Так вот, Адриан (тогда еще молодой человек, на досуге занимавшийся живописью), неожиданно прервал архитектора, сделав нелепое замечание, касавшееся проекта. Прямодушный Аполлодор, возмутившись тем, что его перебили, да еще несуразной репликой, попросил Адриана выйти из комнаты и заняться рисованием. Спустя несколько лет, когда Адриан стал императором, он послал Аполлодору проект нового храма, который выполнил сам. Аполлодор подверг проект резкой критике, за что поплатился головой. А вот как происходили встречи архитектора Колизея с императором Веспасианом и Титом, об этом можно только догадываться.

Проложить дренажную систему, о которой мы вкратце упомянули, стоило, естественно, немалых трудов. Но еще большие усилия были потрачены на строительство фундамента Колизея. Под стенами и зрительным залом амфитеатра фундамент уходит на глубину от 12 до 13 метров; кроме того, он усилен дополнительной кладкой, уложенной под мостовой, окружающей Колизей, и примыкающей к основному фундаменту. Под ареной амфитеатра глубина фундамента меньше, примерно 4 метра.

Но прежде чем приступать непосредственно к постройке фундамента, требовалось вырыть котлован в форме овала, размером 200 × 168 м и глубиной примерно 6 м. Работа эта была весьма трудоемкой, ибо рабочими инструментами являлись лишь лопаты и кирки. Частично вырытая земля пошла на возвышение территории вокруг площадки, на которой строился Колизей, в результате чего территория эта поднялась на 6,5 м, так что амфитеатр, когда его возвели, оказался во впадине. Оставшийся грунт — объемом 100 000 м³ и весом около 220 000 т — увозили на берег Тибра с помощью запряженных волами повозок грузоподъемностью 500 кг, которые двигались со скоростью 3 км в час. Землеройных машин и тридцатитонных грузовиков в те времена не было и в помине; работы производились за счет мускульной силы людей и животных.

Когда земляные работы были завершены, в вырытом котловане соорудили две овальные кирпичные опалубки; длина одной (внешней) составила 539 м, другой — 199 м; ширина обеих опалубок равнялась 3 м, а высота — 12,5 м; их наполнителями послужили цемент и бут. Оставшуюся часть котловины объемом 25 000 м³ заполнили строительным раствором, наполнителем которого стала вулканическая порода.

Эти данные получены лишь в недавнее время, когда археологам удалось извлечь из фундамента Колизея несколько кернов. Впереди новые исследовательские работы, но ясно уже сейчас, что Колизей стоит до сих пор (спустя почти две тысячи лет после постройки) благодаря весьма прочному и надежному фундаменту. Разумеется, его сооружение было крайне трудоемкой работой, на которую ушло немало денежных средств. Чтобы иметь об этом более или менее ясное представление, мы обратились в Консультационную компанию по земельным подрядам с просьбой определить стоимость сооружения фундамента Колизея, если бы он строился в настоящее время в Англии с использованием современных материалов и технологий. Для проведения оценочной стоимости такого строительства мы представили в эту компанию перечень необходимых работ, предварив данные краткой характеристикой условий строительства.

Условия строительства:

Площадка ровная, грунт — глина, подъездные дороги в удовлетворительном состоянии.

Перечень необходимых работ:

Выкопать котлован глубиной 6 метров в форме овала (А) размером 198 × 178 м.

[8] Римский фут равен 29,62 см.