– Праздник, – повторил Майрон. – В самую точку.
Эф-Джей скромно махнул рукой, словно говоря: «А, это пустяки».
– Садись, Майрон.
Майрон отодвинул стул.
– Что будешь пить?
– Латте со льдом. В большой чашке, с тонкой пленкой и каплей ванили.
Эф-Джей кивнул на парня за стойкой.
– Новенький, – сообщил он.
– Кто?
– Паренек у кофейной машины. До него работал другой, тот делал отличный латте. Но уволился из моральных соображений.
– Моральных соображений?
– Мы стали продавать компакт-диски с Кенни Джи[161], – ответил Эф-Джей. – И тут у бедняги началась бессонница. Корчился в муках совести. А вдруг какой-нибудь впечатлительный малыш купит диск? Как он после этого сможет жить дальше? Травить людей кофеином – еще туда-сюда. Но Кенни Джи… должен ведь человек иметь принципы.
– Похвально, – кивнул Майрон.
В кафе вошел Уиндзор. Эф-Джей заметил его и выразительно взглянул на Ганса и Франца. Уиндзор не стал терять времени. Он двинул прямиком к столику Эф-Джея. Ганс и Франц приступили к своей работе. Они преградили Уиндзору путь и расправили грудные клетки так, что на них можно было устраивать парковку. Уиндзор продолжал идти. Широкие, обвислые водолазки под горлышко придавали громилам сходство с подготовкой к процедуре обрезания.
Ганс ухмыльнулся:
– Ты Уиндзор?
– Да, – ответил Уиндзор, – я Уиндзор.
– Не очень-то ты крутой. – Ганс оглянулся на Франца: – По-твоему, он выглядит крутым, Кит?
– Не особенно, – покачал головой Кит.
Уиндзор даже не замедлил шаг. Он без предупреждения взмахнул рукой, и ребро его ладони опустилось за ухо Ганса. Тело бедолаги на мгновение окаменело, а затем рухнуло, словно из него вынули скелет. Франц разинул рот. Но ненадолго. В следующую секунду Уиндзор так же небрежно развернулся и ударил Франца в незащищенную часть горла. Тот издал громкий звук, будто поперхнулся костью. Уиндзор протянул руку, нащупал сонную артерию и зажал ее большим и указательным пальцами. Глаза Франца закрылись, и он тоже мягко распростерся на полу.
Парочка за соседним столиком разом испарилась. Уиндзор с улыбкой смотрел на растянувшихся на полу громил. Потом взглянул на Майрона. Тот покачал головой. Уиндзор пожал плечами и повернулся к парню за стойкой.
– Бариста, – произнес он, – чашечку мокко.
– Какую порцию?
– Большую, будьте любезны.
– Без пенки или со взбитым молоком?
– Без пенки. Я слежу за фигурой.
– Хорошо.
Уиндзор присоединился к Майрону и Эф-Джею. Он сел и небрежно скрестил ноги.
– Милый пиджачок, Эф-Джей.
– Рад, что тебе нравится, Уиндзор.
[161] Популярный джазовый исполнитель, автор сентиментально-задушевных композиций с гламурным оттенком.