– Часто общаетесь? – спросил Бокс Арнстайн.
– Нет.
– Когда вы виделись в последний раз?
– Не помню.
– Несколько дней назад?
– Скорее лет десять.
– Хм, – промолвил Бокс. Он снова отхлебнул виски. Келвин так и не притронулся к своему бокалу. – Ты слышал о его травме?
– Да, что-то с лодыжкой, – кивнул Майрон. – Мелкая неприятность. Поправляет здоровье в санатории.
Арнстайн кивнул:
– Это мы рассказали прессе. На самом деле все обстоит иначе.
– Неужели?
– У Грега нет травмы, – заявил Бокс. – Он пропал.
– Пропал?
– Да.
Арнстайн сделал новый глоток. Болитар последовал его примеру, хотя пить «Йо-Хо» понемногу было непросто.
– Давно?
– Пять дней назад.
Майрон посмотрел на Келвина. Тот остался спокойным, но его вообще было трудно чем-либо пронять. В спортивном прошлом его окрестили Кирпичом, поскольку он никогда не выражал эмоций. Теперь Келвин еще больше соответствовал этому прозвищу.
– Пропал – это значит…
– Исчез! – отрезал Бокс. – Испарился. Улетучился. Растаял в воздухе. Все, что угодно.
– Вы звонили в полицию?
– Нет.
– Почему?
Бокс отмахнулся:
– Ты же знаешь Грега. Он не слишком общителен.
Мягко говоря.
– Грег все делает наоборот, – продолжил Арнстайн. – Ненавидит славу. Любит одиночество. Кстати, он и раньше пропадал, правда, не среди сезона.
– Значит…
– Есть вероятность, что его нынешнее исчезновение – очередное чудачество, – закончил Бокс. – Даунинг играет как Бог, но, между нами говоря, с этим парнем не соскучишься. Знаешь, чем он обычно занимается после матчей?
Майрон покачал головой.