— Ну и что?
Фил Тернбол взял чашку обеими ладонями: один палец — на ручку, другим придерживал.
— Просили убедить меня пойти вам навстречу?
— Тот же вопрос: ну и что?
Он отпил, осторожно поставил кофе на место.
— Я растерялся. То есть вы говорили — Дэна подставили, и это было похоже на правду. Но теперь-то… — он подбородком указал на статью, — о чем нам говорить?
— А вдруг вы поможете найти девушку.
Фил помотал головой и закрыл глаза.
— В чем дело?
Официантка (отец Уэнди называл таких подстилками) — дородная блондинка с грушевидным телом и карандашом за ухом — спросила:
— Что закажете?
— Ничего, спасибо.
Дама неторопливо отошла. Тернбол так и сидел с закрытыми глазами.
— Фил?
— Только между нами, хорошо?
— Да.
— Как бы так объяснить, чтобы вы не поняли неправильно…
Уэнди не стала подгонять.
— В общем, Дэн и вся эта ерунда с сексом…
Она чуть не вспылила — «ерунда с сексом»? Вот так просто назвать «ерундой» попытки устроить встречу с одной несовершеннолетней и, возможно, похитить другую? Однако ситуация не подходила для чтения морали, и Уэнди вновь промолчала.
— Поймите правильно — я не хочу сказать, что Дэн был педофилом, совсем нет. — Фил опять умолк, но теперь она сомневалась, заговорит ли сам, если не подтолкнуть.
— Тогда кем?
— Ну… Дэн не возражал подцепить девчонку, пока та еще молоденькая.
Уэнди похолодела.
— Подцепить, пока молоденькая?..
— Одно время — не забывайте, прошло уже двадцать лет — он предпочитал девушек значительно моложе себя. Нездорового за ним не замечали. Просто любил ходить на вечеринки к старшеклассницам, приглашал их в кампус на разные мероприятия. Вот как-то так.
У Уэнди пересохло во рту.
— Насколько моложе?
— Не знаю. Документов не спрашивал.
— Насколько, Фил?