— Не знаю.
— Раз сто?
Эмма молча пожала плечами.
— И сколько раз я тебе говорила, что ваши школьные правила запрещают приносить арахисовое масло, потому что у некоторых детей на него аллергия?
— Ах да…
— Ах да! — Грейс взглянула на часы. У нее было несколько «Ланчебл» от Оскара Мейера, довольно паршивый готовый завтрак, который Грейс держала на крайний случай, то есть на случай отсутствия желания или времени делать бутерброды. Дети, естественно, эту гадость обожали. Грейс вполголоса спросила Эмму, будет ли она «Ланчебл», — если услышит Макс, о школьных обедах можно будет забыть. Эмма милостиво согласилась и затолкала сверток в контейнер с Бэтменом.
Сели завтракать.
— Мам? — позвала Эмма.
— А?
— Когда вы с папой женились… — Девочка замолчала.
— Ну, что?
Эмма начала снова:
— Когда вы с папой женились, в конце, когда вам сказали, что вы можете поцеловать невесту…
— Ну-ну?
Эмма наклонила голову набок и закрыла один глаз.
— Тебе пришлось?
— Поцеловать папу?
— Ну да.
— Почему вдруг «пришлось»? Я сама этого хотела.
— А это обязательно? Почему нельзя просто ладонью о ладонь?
— Хлопнуть друг друга по рукам?
— Да, вместо поцелуя? Повернуться друг к другу и вот так… — Эмма показала как.
— Ну, отчего же нельзя… Любой каприз за ваши деньги.
— Классно! — с воодушевлением отозвалась Эмма.
Грейс отвела детей на автобусную остановку. На этот раз она не поехала за автобусом до школы — осталась на месте, закусив нижнюю губу. Спокойствие покинуло ее, но коль скоро дети уехали, нет необходимости сдерживаться.
Когда она вернулась в дом, Кора уже проснулась: шелест компьютерных клавиш сопровождался громкими стонами.
— Что тебе дать? — участливо спросила Грейс.
— Анестезиолога, — простонала Кора. — Лучше традиционной ориентации… Но я не настаиваю…
— Может, просто кофе?
— О, давай кофе! — Пальцы Коры плясали по клавиатуре. Вдруг ее глаза сузились. Кора нахмурилась: — Тут что-то не так.