Майрон кивнул.
– А если она этого не делает – если тебе не удалось заставить ее снять пробу, – значит, ты не выполнил свой долг. Тебе ужасно стыдно. Ты готов повеситься. Это очень серьезная традиция.
– Как зажигать менору во время хануки,[232] – согласился Майрон.
Леон рассмеялся:
– Ну, не совсем.
– А тебя апробировали, Леон?
– Да, был разок. – Он быстро добавил: – Но еще до того, как я женился.
– Давно ты женат?
– Мы с Фионой вместе уже более года.
Майрон почувствовал, как у него забилось сердце. Фиона! Жену Уайта звали Фиона. Он поднял голову и нашел на трибунах смазливую блондинку. Имя Фиона начиналась на букву «Ф».
– Болитар!
Майрон обернулся. Это был старший тренер, Донни Уолш.
– Да?
– Пойдешь вместо Эриксона. – Слова вылетали изо рта Уолша, как смачные плевки. – Займешь ближнюю защиту. Кайли будет распасовщиком.
Майрон взглянул на тренера так, будто тот говорил на суахили. Шла вторая четверть матча. Минимальный разрыв в счете.
– Какого черта ты ждешь, Болитар? Замени Эриксона. Быстро.
Леон хлопнул его по спине:
– Давай, парень.
Майрон встал. Его ноги болтались, как две растянутые струны. Мысли о расследовании и убийстве мигом выскочили у него из головы, точно их сдуло ветром. Он подбежал к столику судьи. Арена поплыла под ногами, как у пьяного. Почти машинально он скинул разогревающий халат, как змея сбрасывает кожу. Майрон кивнул судье.
– Вместо Эриксона, – произнес он.
Через десять секунд в зале объявили: «На замену Троя Эриксона вышел Майрон Болитар».
Майрон выбежал на игровую площадку и кивнул Эриксону. Игроки смотрели на него с удивлением, словно никто не ожидал его увидеть. Эриксон бросил на ходу:
– Смотри за Уоллесом.
Регги Уоллес. Один из лучших атакующих защитников в команде противника. Майрон встал к линии напротив него и приготовился. Уоллес расплылся в улыбке.
– Сигнал SOS! – воскликнул он, громко рассмеявшись. – Спасайся кто может!
Майрон взглянул на Терри:
– SOS?
– Сопляк, Олух и Салага, – объяснил тот.
Все вокруг тяжело дышали и истекали потом. Лишь Майрон чувствовал себя скованным. Он опять взглянул на Уоллеса. Мяч вот-вот вбросят в игру. Затем что-то отвлекло его внимание, и он поднял голову. У входа стоял Уиндзор. Он скрестил руки на груди. На мгновение их взгляды встретились. Уиндзор кивнул. Раздался свисток. Игра началась.
Регги Уоллес пустил в ход так называемый словесный пресс.
[232] Еврейский праздник, во время которого принято зажигать семисвечник (менору).