— И это тоже, — подтвердил Биллингс и тронулся с места. Других машин на дороге не было. — В прошлом году мы принялись выдумывать страшные истории про самых уродливых здешних гувернанток.
— Чтобы их выкинули, — пояснил Блейкли.
— Вот именно.
— К тому же никто из этих наседок не желает присматривать за своим отродьем.
— Видит Бог.
— И их надо заменить другими гувернантками.
— Покрасивее.
— Классный замысел, верно?
Майрон покосился на Уина. Тот лишь ухмыльнулся.
— Допустим, так.
— И все равно здесь скучно, — сказал Блейкли.
— Скука-сити, — подтвердил Биллингс.
— Уныло.
— Тоскливо.
— От такой скуки умереть можно. Между прочим, по правде говоря, ни у кого тут нет уверенности, что Гэбриел Уайр действительно живет на острове.
— Мы, например, никогда его не видели.
— Хотя и близко к дому подъезжали.
— Руками, можно сказать, стены трогали.
Блейкли повернулся и ослепительно улыбнулся Майрону.
— Понимаете, мы сюда куколок привозим. Говорим, что это дом Гэбриела Уайра и он строго охраняется.
— Опасность возбуждает.
— Если сказать девчонке про опасность, она сама трусики снимает. Понимаете, что я хочу сказать?
— Допустим, так, — повторил Майрон и снова скосился на Уина. Тот по-прежнему ухмылялся.
— Получилось не сразу, мы действовали методом проб и ошибок, — продолжал Биллингс. — Но в конце концов нашли укромную дорожку к берегу недалеко от дома Уайра.
— Ни разу не попались.
— По крайней мере в последние два лета.
— Идем на пляж. Иногда прихватываем с собой девчонок.
— В ваши времена, — посмотрел на Майрона Биллингс, — это, наверное, называлось Любовным уголком или чем-нибудь в этом роде.
— Как в старом кино.
— Точно. Сначала ведешь ее куда-нибудь в кондитерскую, а потом в Любовный уголок.