– Зачем такие сложности? Он сам хотел, чтобы мы его нашли. Особенно я.
Майрон молча уставился на нее.
– В тот вечер мы собирались встретиться и поговорить. Вы правы, Майрон, Клу уже достиг дна. Но я с ним еще не покончила. Так просто он бы не отделался. Это животные заслуживают быстрой смерти. А не Клу Хейд. Но когда мы с Джаредом приехали, он уже покончил со своей жалкой жизнью.
– А деньги?
– Они были там. Все правильно: анонимный шантажист угрожал ему, прислав дискету и бомбардируя телефонными звонками. И Клу понял, что это мы. В тот же вечер я забрала деньги и отправила в Детский благотворительный центр.
– Вы принудили его к самоубийству.
Она покачала головой, по-прежнему твердая и прямая, как шест.
– Никто никого не может принудить к самоубийству. Клу Хейд сам выбрал свою судьбу. Я этого не планировала, но…
– Не планировали? Он мертв, Софи.
– Да, но это не входило в мои намерения. Так же, как в ваши – скрывать смерть моей дочери.
– Вы извлекли пользу из его смерти, – настаивал Майрон. – Подбросили оружие, кровь в мой офис и в мою машину. Или наняли того, кто это сделал.
– Верно.
Он покачал головой:
– Люди должны узнать правду.
– Нет.
– Я не позволю, чтобы Эсперанса гнила в тюрьме…
– С этим все в порядке, – перебила Софи Майор.
– Что?!
– В данный момент мой адвокат беседует с окружным прокурором. Разумеется, анонимно. Они не узнают, кого он представляет.
– Не понимаю.
– У меня есть доказательства самоубийства, – объяснила она. – В ту ночь я сфотографировала тело. На руке Клу остались частицы пороха. Если понадобится, я даже могу предоставить его предсмертную записку. С Эсперансы снимут все обвинения. Утром ее выпустят на свободу. Все кончено.
– Прокурор на это не пойдет. Он захочет узнать всю историю.
– Мало ли кто чего хочет, Майрон. Прокурору придется смириться. В конце концов, это только самоубийство. В любом случае оно не станет громким делом… Вот. – Софи сунула руку в карман и вытащила листок бумаги. – Предсмертная записка Клу.
Майрон помедлил. Потом взял листок и сразу узнал почерк Клу. Он начал читать.
Майрон снова перечитал записку. Он представил, как Клу ее написал, затем отложил в сторону, взял пистолет и приставил дуло к виску. Закрыл ли он глаза? Вспомнил ли своих детей, двух улыбчивых мальчишек, прежде чем спустить курок? Колебался ли перед выстрелом?
Майрон продолжал смотреть на листок.
– Но вы ему не поверили, – произнес он.
– В том, что другие невиновны? Нет. Я знала, что он лжет. Например, насчет вас. Вы не просто передали деньги. Вы подкупили полицейских.
– Клу солгал, защищая нас, – возразил Майрон. – Он пожертвовал собой ради тех, кого любил.
Софи нахмурилась: