Там, где ещё всё впереди (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Там, где ещё всё впереди

  Её добрые глаза с вожделением смотрели на меня; они по цвету совпадали с безмятежной гладью бирюзового океана, на фоне которого она сидела. Космическая гармония. Её миндалевидной формы глаза, обрамлённые длинными ресницами, тонкие волнистые брови, на которые ниспадали смолисто-чёрные волосы чёлки, слегка приоткрытый ротик с не тронутыми ещё любовью бледно-розовыми губками, вызывали во мне трепетное волнение и дрожь в голосе. Юная, она одним только своим возрастом превращала меня в бессильное существо. И можно было не смотреть на неё, а всего лишь ощущать рядом, даже с закрытыми глазами, даже в ночи, чтобы начинать испытывать неуёмное, бушующее внутри чувство нежности. Не зная, что такое стеснение, не ведая ни про этические нормы, ни про этикет, она слушала мои рассказы, не отрывая от меня глаз; и всё время трогала мою кисть, рисуя на ней кончиками пальцев короткие волнистые линии и восьмёрки. Тактильное общение между малознакомыми людьми было привычным способом коммуникации в её среде. Я долго не мог привыкнуть к такому поведению, - к её неожиданным прикосновениям; и каждый раз вздрагивал и каменел, когда она дотрагивалась до меня или, вдруг, неожиданно начинала смахивать с моего лица паутинку или пух, или поправлять ворот рубашки.

  Мы разговаривали на похожих языках и понимали друг друга с полуслова. Мне нравилось с ней общаться. Она умна и обо всём так интересно и вдохновенно рассказывала, что хотелось слушать её вечно. Её имя состоит только из гласных букв. Оно такое мелодичное, лёгкое, и звучит так необычно. У них все имена собственные состоят только из гласных букв.

  - Ты умеешь летать? - спросила она.

  Я посмотрел на синее... нет, скорее, на сиреневое небо. Облака, огромные розовые клубы ваты, медленно проплывали над нами; такие низкие, что, казалось, стоит подпрыгнуть, и можно рукой отщипнуть пучок.

  - Умею, - ответил я, щурясь от непривычного белого света звезды под названием Аию. - Скажу даже больше: я лётчик.

  - Это что?

  Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись.

  - Я когда-нибудь научу тебя летать по-настоящему.

  Она смотрела на меня, как ребёнок, не понимая, о чём я, и переспросила:

  - Как это, по-настоящему?

  - Как птицы.

  - Я боюсь прыгать с такой высоты, как наши братья.

  - Нет, не так. - Я перевёл взгляд на утёс и летающих над океаном людей с самодельными крыльями. - Как птицы, только с другими крыльями. И высоко-высоко, над самими облаками.

  - Мы так не умеем. - Она с опаской посмотрела на облака.

  - Научитесь, - с уверенностью провидца ответил я. - Обязательно когда-нибудь научитесь.

   * * *

  Её, похожую на Землю, мы обнаружили случайно. Планета находилась в 24 световых сутках от газового гиганта Эфта, седьмой по счёту планеты молодой звезды-гиганта Талия, что на краю галактики Андромеда. Незнакомка одиноко синела на дальней двенадцатой орбите от своей звезды. Никто никогда, даже зонды, не видели её, неприметную. Всех астрономов занимала Эфта, размером с наше Солнце, и соседняя с ней микропланета, расположенная в зоне обитания, под названием NK8/45. Неофициально её нарекли двойником Земли (из-за сходства по цвету атмосферы), и называлась она "Земля 2".

  Нас с Мэлом отправили в это длительное путешествие с одной целью: найти место, пригодное для жизни и переселения. "Пусть она будет размером с Луну. Главное - кислород да небольшой кусок суши. Если на ней окажутся непокорные человечки с антеннами на головах, мы их быстренько урезоним парочкой водородных бомб, - напутствовали нас великие мира сего: сам президент и его свита из индустриальных магнатов и банкиров. - Страна вас отблагодарит. Вы и ваши семьи будете первыми переселенцами, кто вместе с нами покинет Землю".

  Не знаю точно, с чего вдруг им срочно приспичило покинуть Землю, но они целых пять лет вбухивали в эту программу триллионы долларов. Хотя, не трудно догадаться: их спешка связана с гибелью Солнца. Вот и клюнул петух в задницу, когда парниковый эффект дал о себе знать - средняя температура атмосферы подскочила на шесть градусов по Фаренгейту буквально за два года. И дело тут не в экологии, - это просто стареет Солнце. За последние десять лет оно на немножко - примерно на пару миллиончиков миль - растолстело. Но, слава богу, процесс расширения притормозился. И хотя в запасе ещё есть пара миллиардов лет, с постоянным потеплением климата и таянием полярных льдов жизнь на планете превратится в выживание.

  Вот они свои задницы и спасают от вездесущей жары и парилки. Жить в теплице не хочется, и толстосумы быстренько вложили деньги в секретный проект: космическую программу "Земля 2". Инженеры создали сверхмощный двигатель, спроектировали звездолёт, а астрономы подыскали планету, по всем параметрам похожую на нашу, на которую можно было бы переселиться. Такая не нашлась, к сожалению, ближе, например, в Млечном Пути, - но обнаружилась на шестой по счёту орбите звезды Талии в соседней галактике Андромеда. Там же располагались и многие другие объекты, которые нам следовало изучить на предмет обитания. Но звезда Талия - ближайшая к нам, хотя в своей галактике она одна из самых отдалённых от центра её. NK8/45, на которою нас направили, находится в зоне обитания, и если на ней будет суша и присутствовать кислород, она официально станет называться "Земля 2". Звезда, на орбите которой она "живёт", совсем молодая, по сравнению с нашим стариной Солнцем, - Талии всего лишь три миллиарда лет.

  Сомневаюсь, что они переселят на неё всех жителей Земли. Не уверен даже, что они нас-то с Мэлом возьмут с собой: самим бы хватило места. Ну да ладно. Мы выполняем свой долг. Это наша работа. Покинут Землю, скорее всего, только избранные, определённое количество особей: сотня другая миллиардеров, в число которых будут входить политики и всякие тайные правители планеты. Естественно, в первую очередь они прихватят с собой прислугу, так сказать, трудовой персонал, состоящий главным образом из инженеров, строителей и всяких научных сотрудников, медиков да биологов. Жизнь-то на новом месте надо будет начинать с начала - с нуля. А плотников на новом месте может не оказаться. Поэтому следом придётся запускать грузовой корабль (его строительство, кстати, уже начали, когда мы улетали) с половыми тряпками, туалетной бумагой, молотками и топорами.

  Время в пути составляет ровно восемь лет сто шестьдесят пять дней, благодаря сверхсветовой скорости. Это туда. Столько же обратно. За это время, пока мы с Мэлом будем летать и изучать незнакомую (или незнакомые) планету, они построят ещё пару межпланетных кораблей, плюс грузовой небоскрёб; и сразу же стартанут, как только мы дадим "добро", отправив данные в Центр управления миссией. Вряд ли об этом старте сообщат в СМИ, и уж наверняка не будет зрителей, как обычно, при запуске с мыса Канаверал. Всё будет шито-крыто. Осведомлённых - минимальное количество. Недовольных или болтливых уберут, или заткнут им рты в два счёта. Никому не нужна всеобщая паника. Нам же, пешкам, ничего не говорят. Народ мало что понимает и не в курсе событий, происходящих вокруг них (я про науку, про парниковый эффект). Всякая разная просачивается информация, которую скрываю от нас. Существует мнение, что причина парникового эффекта не в загрязнении атмосферы, а из-за естественного расширения Солнца. Но зачем лишний раз создавать напряжение в обществе, нагнетать панику, порождая всевозможные фобии, зачем? Пусть человечество остаётся в неведении и выживает самостоятельно, как огурец на тепличной грядке - вот как они рассуждают. Засрали, говнюки, планету, а теперь драпают, как трусливые подонки. Когда народ прочухает правду, они давно уже будут обустраиваться со своими семьями на новом месте в соседней галактике.

  После исследования Эфты, в газовой атмосфере которой похоронили два зонда, мы направились к её соседке - новоявленной "Земле номер 2". Сблизились. Никакой синевы и схожести с нашей Землёй ни я, ни Мэл не заметили. Сделали пару витков и сбросили зонд, который утонул в плотной перине облаков, окутывающих всю планету, и единственное, что он успел нам передать, - всего лишь несколько фотоснимков с изображением тумана и один единственный показатель: 194.3№Ф.

  И всё..

  Земля пребывала в разочаровании. В Центре - траур. Да и мы с Мэлом расстроились, потому что планировали передохнуть на поверхности: хотелось размять косточки, выйти из корабля. Восемь лет взаперти, шутка ли! А теперь ещё столько же обратно.

  Но не успели мы покинуть талийскую систему, как из Центра пришло сообщение: необходимо вернуться, чтобы изучить ещё один объект - планету, расположенную на дальней, двенадцатой от звезды орбите, и возможно попадающей в область зоны обитаемости. Ранее на неё не обращали особого внимания, считая отдалённым спутником или астероидом огромного размера. Астрономы сделали расчёты и предположили, что климат там должен быть менее жаркий, чем на NK8/45. Хотя бы на порядок ниже.

  Президент и банкиры ежедневно выходили с нами на связь, всё подбадривали, сулили золотые горы, если мы найдём им пристанище. Будто мы боги всемогущие, и всё зависит только от нас. Их занудное "ну как там?", "ну что там?", "а есть ли там золото или нефть?" - раздражали нас с Мэлом.

  Что ж, мы направились к этому объекту. Это оказалась и правда планета. Причём такая красивая и синяя - ну точно копия нашей Земли. Нам с Мэлом даже взгрустнулось: такой она была похожей на нашу, родную. Визуально не сложно было определить, что на ней есть атмосфера и что климат там спокойный; в проталинах облачности виднелась и суша с коричнево-зелёными участками земли и необычайной бирюзовости океан. Состояла она из одного огромного материка, занимающего почти половину планеты, и океана. Оставалось проверить на давление, температуру и обитаемость. Радоваться не спешили, по опыту знали: первое впечатление зачастую обманчивое.

  Так как последний многоразовый зонд мы потеряли на NK8/45, то теперь необходимо было опускаться на поверхность одному из нас на пилотируемом спускаемом аппарате. Счастливый билет выпал мне, хотя я - командир, и должен оставаться на борту. Но пользуясь служебным положением и тем обстоятельством, что у Мэла дома осталась семья, я категорически настоял на своей персоне. И никаких "нет".