Но трепещущее сердце Simona Mercedes не осведомлено об услугах, которые капитаны воздушных кораблей оказывают дамам за деньги.
- Конечно, понимаю вас, Jack! - Simona Mercedes соврала первый раз в жизни, солгала ради любви!
Ее мокрая ладошка накрыла влажный, после слизывания черной икры, палец капитана.
- Вы молодая, поэтому я с вас деньги не возьму! - Jack Russell усмехнулся, показывая, что догадывается, что Simona Mercedes ничего не поняла об его услугах дамам.
В его усмешке Simona Mercedes увидела вставные зубы из металлокерамики.
От железа десны у основания коронок почернели.
- Зато я со всех беру деньги! - Simona Mercedes засмеялась и погрозила капитану пальчиком. - И уверяю вас, капитан, что это очень большие деньги! - Simona Mercedes хотела понравиться капитану, но хотеть и уметь - разные вещи.
Рот Jack мигом превратился в сморщенное яблоко.
Глаза покрылись сеткой красных сосудов.
- Я ошибся в вас, мадемуазель!
Я не такой! - Капитан корабля напружинил грудь, и она стала похожа на живот.
Ушел и громко хлопнул дверью кабины летчиков.
Simona Mercedes зарыдала от безутешного горя.
Через минуту в динамике раздался тонкий голос несостоявшегося жениха.
- Дамы и господа! Из-за урагана 'Катрин' наш самолет совершит вынужденную посадку не в аэропорту Nice, а в аэропорту для лоукостеров в Treviso.
Расстояние от Treviso до Nice шестьсот километров.
С автобусами туго, а на такси - дорого! - капитан корабля Jack Russell засмеялся с нотками истерики.
Его сухой кашель обиженного астматика бил в динамики и по барабанным перепонкам.
- Все неприятности из-за вас! - Стюардесса с избыточным весом и огромной черной бородавкой на носу злобно зашипела на Simona Mercedes. - Капитан рассердился, поэтому нарочно развернул самолет.
А меня в Nice ждет жених, но теперь, боюсь, что не дождется.
Женихов в Treviso нет.
- Не самолет, а воздушное судно! - Simona Mercedes машинально поправила стюардессу.
Но за свои новые знания получила подзатыльник от пожилой женщины, которая сидела на кресле за ее спиной.
Simona, словно мышка в мышеловке, вжалась в кресло и продолжала рыдать.
Затем проглотила пять таблеток снотворного и провалилась в страшный сон.
Она проспала почти все оставшееся время полета, не проснулась даже тогда, когда стюардесса пролила на нее кофе и шампанское.
Ей снилось, что она голая на соревнованиях, стоит на персидском ковре, и тысячи камер сканируют ее белое тело.
По груди на живот стекает горячий пузырящийся пот.
Напряженный лихорадочный темп занятий в секции гимнастики, банкеты, показы, выжали Simona Mercedes, как морковку для смузи.
Она посещала фабрики, где производят шелковые ночные трусики ее бренда, спортивные арены, названные, в ее честь, а также магазины, где продают ее столы, на которых можно танцевать.