А эта блондинка ведет себя так, будто во дворце все ее слуги, даже князь на побегушках.
Служанки решили, что блондинка сумасшедшая.
Они догнали ее в голубом коридоре, ведущим в левое крыло Замка.
Догнать не трудно, потому что пленница подпрыгивала от избытка чувств, поворачивалась, строила уморительные рожицы.
"Кто эти мужчины и женщины на картинах"? - блондинка писала показывала пальчиком на портреты в массивных золотых рамах.
- Предки князя.
"Они неинтересные и страшные, они не нужны.
На картине должно быть изображено солнышко и зверек, тогда весело. - Блондинка зевнула. - Ведите!"
Но когда Rebekka и Sonia привели ее в комнату, то блондинка не обрадовалась.
"Это комната уединений?
А где аппартаменты достойные меня?
Если не успели построить дворец для меня, то хотя бы предоставьте сто комнат.
Князь может пожить на конюшне, а я буду властвовать во Дворце".
- Терпи пока эту комнату.
Поверь, она намного лучше, чем те, в которых мы живем, а о подвалах для рабов уже и не говорим, - Sonia помогла пленнице сойти в ванну.
Служанки теперь не сомневались, что блондинка сумасшедшая, и у нее еще мания величия.
"Вода холодная!" - Блондинка сделала попытку встать из ванной.
- Для слуг воду не подогревают! - Rebekka надавила на плечи блондинки и погрузила ее, как поплавок. - Либо мы отмываем тебя в холодной воде, либо ты остаешься с запашком тухлого яйца, а затем нам всем отрубят головы. - Rebekka подождала, когда блондинка успокоится и задала роковой вопрос: - Ты не боишься умереть? - прозвучало безысходно, и Rebekka услышала шорох усов княжеского палача, увидела биения сердца блондинки, сердца, которое ей вырвут на месте казни.
И никто никогда не узнает тайну этой веселой пленницы.
Ее родители и близкие никогда ее больше не увидят.
Rebekka заплакала, кусала губы, она видела в глазах Sonia тот же испуг, боялись они за пленницу и за себя.
В замке князя Nikki никто не знает, проснется ли.
Но вероятнее всего, что первой казнят блондинку, слишком она дерзкая и непонятная.
Князь легко переходит от состояния веселья к неконтролируемой агрессии.
Он может сам задушить жертву, или отдаст ее на растерзание своим телохранительницам, и в самом крайнем случае, назначит время казни, будет любоваться, как палач издевается над жертвой.
В замке других развлечений для князя Nikki нет.
- Мы вымыли тебя, - руки Sonia тряслись. - Теперь оденем к обеду, оденем так, как любит князь.
Не волнуйся, все пленницы прошли через эту одежду.
"Вы добавили в воду ароматическое масло, но оно дешевое.
Почему не растираете мое великолепное тело дорогими маслами из Аравии?