― И трофеи послужат неким знаком? ― до меня, кажется, начало доходить.
― Да, ― кивнул Барсук. ― Вождь и сильнейшие воины нашего племени, увидев мою добычу, решат, что я достоин нового звания!
Вот оно что… Выходит, я все-таки поторопился с выводами.
— Значит, клыки и когти тех тварей ― знатные трофеи?
― Еще бы! ― глаза Барсука загорелись. ― Гиены ведь водятся только здесь, в Городе Теней!
― То есть этот город твои соплеменники считают опасным? ― прищурился я.
― Конечно! ― воскликнул Барсук. ― Здесь, если и охотятся, то только лишь сильным отрядом, состоящим из лучших охотников племени!
― Тогда снова повторю свой вопрос, ― сказал я. ― Раз это такое опасное место даже для отряда сильных охотников… Что тогда, позволь поинтересоваться, здесь делаешь ты? Что-то подсказывает мне, чтобы стать младшим охотником, не обязательно тащиться в такое место, да еще и в одиночку.
Барсук снова поник.
― Не в моем случае, ― буркнул он.
— Это еще почему? ― удивился я.
― Отбор начнется до Испытаний, ― мрачно сказал Барсук, выделив слово Испытания интонацией, и замолчал.
Сказать, что я совсем запутался, значит, ничего не сказать. Трофеи, доказательства, испытания, посвящения и вот теперь еще какой-то отбор. Тут сам баг ногу сломит. Хотя, по большому счету, какое мне дело до всего этого? Мне бы маной источник заполнить и домой вернуться.
Я уже было подумал, что продолжения больше не будет, но Барсук вдруг заговорил:
― Каждый год наш князь посылает малую дружину собирать дань с племен. Дань платим деньгами, мехом, частью урожая и… людьми.
― Людьми? ― нахмурился я.
Барсук кивнул.
— Это называется Отбор. Сильные семьи племени неприкосновенны, поэтому вождь с их согласия отдает княжеским посланцам самых слабых либо самых бесправных.
― Я так понимаю, воины и охотники относятся к сильным семьям?
― Правильно понимаешь, ― кивнул Барсук и на мгновение замолчал. Затем продолжил рассказывать: ― Матушку мор унес, когда мы с Лаской еще маленькие были. Отец любил маму до беспамятства. Горевал долго. Так новую жену в дом и не привел. Хотя незамужние бабы из нашего племени пытались женить его на себе. Отец ведь наш сильнейшим охотником слыл. У него даже свой отряд был. Почти все и полегли в бою с мутантами…
Барсук опустил голову. Каждое слово давалось ему с трудом. Удивительно, а ведь наши судьбы чем-то похожи… Он говорил путанно, будто захлебываясь. Видимо, наболело.
― В этом году старейшины обратились к богам. Боги ответили, что самым благоприятным временем для проведения Испытания будет конец весны. Но для нас с Лаской это слишком поздно. Ежегодный Отбор начнется намного раньше. Я пришел сюда чтобы раздобыть редкие трофеи. Надеялся пройти посвящение до прибытия княжеских посланников.
Я нахмурился. Дикие законы.
― А почему ты так уверен, что отдадут именно вас с сестрой? Вы молодые. Сильные. Вы — будущее племени. Не может же твой вождь этого не понимать?
Барсук сжал кулаки и сквозь зубы процедил.
― О! Эта тварь все понимает! Потому и хочет поскорей избавиться от нас! Всю свою жизнь он ненавидел моего отца, а теперь его ненависть перешла и на нас!
― А как же остальные? ― спросил я. ― За вас некому заступиться? Ты ведь говорил, что у твоего отца были друзья.
Барсук снова посмотрел на меня, как на несмышленыша.
― Все боятся, ― коротко ответил он. ― Никому не охота подставлять под удар свою семью из-за двух сирот.
Я потер подбородок.