Спадони шагнул к нему:
– Назовите имена людей в Риме, которые это затеяли, и я вам помогу.
– Это могут сделать только Бориа и Учелло.
– Опять Учелло! Луиджи, вызовите конвой! Мы зря тратим время с этим убийцей.
В этот момент Мерсер нажал розетку, открывающую дверь. Втиснулся в потайной вход и быстро задвинул засов. За стеной был слышен крик Спадони. Затем в дверь ударили три пистолетных выстрела. Мерсер побежал по узкой извилистой лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. На последнем повороте, когда оставалось всего двенадцать ступенек, он увидел стоящего в вестибюле карабинера. Тот тоже заметил его и, состроив удивленную гримасу, опустил руку к висящей на бедре кобуре.
Преодолев последние ступеньки, Мерсер ринулся на него. Врезал ногой в грудь. Голова карабинера ударилась о плиточный пол, и он застыл без движения. Мерсер выбежал в небольшой садик, вспугнув устроившихся на стене голубей. У ведущей к причалу калитки остановился, чтобы привести в порядок одежду. Затем вышел.
На причале люди с угрюмыми лицами наблюдали за палаццо. Дежурили двое карабинеров.
– Что там происходит, синьор? – спросил один.
Мерсер пожал плечами.
– И не спрашивайте. Я журналист, пытался что-нибудь узнать. Но они пока молчат.
– Почему не выводят этого мерзавца? – выкрикнула из толпы женщина.
– Видимо, пока не пришло время, – ответил Мерсер и начал протискиваться сквозь толпу.
Он старался идти неторопливо, сдерживаясь, чтобы не побежать, в любой момент ожидая погони. Свернул с причала на улицу, поплутал по переулкам и наконец вышел на площадь. Интереса к нему никто не проявлял. Но через час все изменится. Ему не дадут пройти и пяти шагов, сразу схватят.
Мерсер двинулся дальше к своему единственному убежищу.
Глава 16
Мерсер свернул на улицу Гарибальди. Затем прошел по затененным переулкам к заветному дому.
Гостиная была пуста. Он направился в спальню, толкнул дверь ванной. Роза мыла голову. Лифчик соскользнул до талии, но грудь закрывала мыльная пена. Она повернулась, вгляделась, откинув мокрые пряди.
– Стучаться надо, мой мальчик!
– Для того чтобы постучать, надо иметь время, – проворчал Мерсер. – А у меня на счету каждая минута.
Роза взяла полотенце, вытерлась, затем обернула им голову, соорудив тюрбан. Подтянула лифчик, поправила комбинацию. Мерсер подал ей желтый пеньюар с павлином. Они вышли в гостиную.
– Через пять минут сюда явятся полицейские.
– Надо же, как они зачастили! Только вчера вечером приходили, спрашивали о тебе. – Роза помолчала. – Я любила Мадео Нерви, считала его гениальным поэтом и политиком, и, если ты его застрелил, я дам тебе пять минут, а потом позвоню Спадони.
– Ради бога, Роза, неужели ты этому веришь?
– Я ничему не верю. Просто задаю вопрос. Да или нет?
– Нет. Я в него не стрелял. Меня подставили. Но если даже ты поверила в эту чушь, значит, мне придется выкручиваться самому.
Мерсер направился к двери. Повернул ручку.
– Успокойся, мой мальчик. Не изображай героя.
Она подошла, и он увидел, что перед ним прежняя Роза. Улыбающаяся, добрая. Она похлопала его по щеке ладонью, пахнущей ароматным шампунем.
– Ты в него не стрелял, но ухитрился угодить в задницу, глубже не придумаешь. Пошли.
Роза открыла дверь, Мерсер последовал за ней.