Джан полировал заднее крыло белого «Мерседеса», когда сзади к нему приблизился Константайн и сильно ткнул «вальтером» в бок.
Джан, не выпуская тряпки из рук, медленно повернулся и увидел Джорджа. А когда изумление его стало проходить, не спеша потер рукой подбородок и улыбнулся.
– Только попробуй помешать мне и получишь пулю, – сказал Джордж. – Открой заднюю дверь.
Джан с опаской отодвинулся и распахнул створку. Не оборачиваясь, Джордж позвал:
– Николя.
Она медленно вышла из-за фургона «скорой помощи», села в «Мерседес», и Джан захлопнул дверь, а потом очень просто предупредил:
– Вы нарываетесь на неприятности.
– Обойди машину и садись за руль, – оборвал его Константайн. – И держись все время на виду.
Джан повиновался. Когда он под прицелом Джорджа дошел до двери водителя, Константайн уселся на соседнее с водительским место и жестом указал Джану забираться в машину.
Едва тот оказался за рулем, Джордж приказал:
– Гони отсюда. Но помни: один неверный шаг, и я стреляю. – Он вновь ткнул Джана дулом пистолета в бок.
– Не волнуйтесь, – заверил его тот. – Я не такой дурак, чтобы шутить с людьми вроде вас. Но почему бы вам не вышвырнуть меня и не угнать эту машину?
– Чтобы ты тут же поднял тревогу? Поехали! Джан завел мотор и вывел «Мерседес» из-под навеса на посыпанную гравием дорожку меж сосен.
– На выезде машины проверяют? – спросил его Джордж.
– Нет. В будке сидит сторож, но ворота открыты весь день. А как вам удалось одолеть Лоделя?
– Не твое дело. Где мы находимся?
– В Шамони.
– От Аннеси это далеко?
– Час езды. Мы около швейцарской границы.
Из-за поворота показались висевшие на двух каменных столбах ворота и сторожка сбоку от них, было видно и шедшее под уклон шоссе.
– Наша машина и вещи так в Аннеси и остались? – поинтересовался Джордж.
– Да.
– Тогда вези нас туда.
Джан кивнул, бросил взгляд в зеркало заднего вида и, улыбнувшись, заметил:
– Мадемуазель уснула.
Не оборачиваясь, Джордж откликнулся:
– Вот и хорошо. Поезжай быстро, но без рывков.
Джан перевел взгляд на дорогу и надолго умолк.
Машина преодолела спуск, миновала площадь деревушки Шамони и уверенно начала взбираться на противоположный от лечебницы склон ущелья. Когда «Мерседес» достиг самой высокой точки перевала, Джан сказал:
– Я восхищаюсь вами, месье.