Вот холера! История болезней от сифилиса до проказы: читать начало книги онлайн

Plagues and Peoples. McNeill, W.H. 1976 New York Anchor Press.

Origin of measles virus: divergence from rinderpest virus between the 11th and 12th centuries. Yuki Furuse, Akira Suzuki and Hitoshi Oshitani. Virology Journal 2010 7:52

Measles endemicity in insular populations: Critical community size and its evolutionary implication. Francis L.Black. Journal of Theoretical Biology Volume 11, Issue 2, July 1966, Pages 207–211

Rhazes. A Treatise on the small-pox and measles. Greenhill WA, trans. (Reprinted in: Med Classics 1939;4:22–84)Sydenham Society, London; 1847

Observationes medicae circa morborum acutorum historiam et curationem. Sydenham, T. (Reprinted in: Med Classics 1939;4:287–319) G Kettilby, London; 1676

Measles and immunomodulation. Sheldon G. Cohen. The Journal of Allergy and Clinical Immunology 2008 Volume 121, Issue 2, Pages 543–544

Non-specific effects of standard measles vaccine at 4.5 and 9 months of age on childhood mortality: randomised controlled trial. BMJ 2010; 341

An Orally Available, Small-Molecule Polymerase Inhibitor Shows Efficacy Against a Lethal Morbillivirus Infection in a Large Animal Model. Krumm SA, Yan D, Hovingh ES, Evers TJ, Enkirch T, Reddy GP, Sun A, Saindane MT, Arrendale RF, Painter G, Liotta DC, Natchus MG, von Messling V, Plemper RK (2014). Science Translational Medicine. 6 (232): 232ra52.

Parsons RP Trail to light: A biography of Joseph Goldberger. Bobbs-Merrill. (1943)

3.0. Эпидемический паротит

Чего боятся больше всего в армейских гарнизонах и флотских казармах? Инспекций? Нет. Приезда начальства? Тоже нет. Эпидемий? Да. Но не просто всяких заболеваний, хотя они тоже не несут ничего приятного, а конкретно одного, о нем мы поговорим в этой главе. И назвали его «солдатской болезнью» совсем не зря.

Дело в том, что из всего «детского» вирусного квартета «ветрянка-корь-краснуха-паротит» больше негативно наслышаны именно о паротите и именно родители мальчиков. Почему? Он, согласно статистике, поражает представителей мужского пола гораздо чаще (5:1), но самое неприятное – он может лишить их потомства. И наиболее «вкусные» для него как дети, так и подростки вместе с молодыми юношами аккурат призывного возраста.

Вирус чувствует себя максимально комфортно в железистых тканях, поэтому в первую очередь, попадая в организм по воздуху, стремится осесть в околоушной слюной железе, имеющей латинское название «glandulas parotis» (приставляем к нему окончание, поясняющее воспаление, и получаем «паротит»). В тех случаях, когда перед ней ребенок, болезнь обходится с ним нежно и прощается быстро, практически не оставляя после себя осложнений.

Однако, если по какой-то причине в детском возрасте напасть стороной обошла, то в юности она уже будет не столь обходительна. В большом проценте случаев (до 50 %), особенно если после первых симптомов общего недомогания человек не соблюдает обязательный постельный режим, аппетиты вируса околоушными железами не ограничиваются и перекидываются на другие железистые ткани. Особенно его привлекают яички (или яичники у женщин, но значительно реже), после воспаления которых нарушается спермопродукция, приводящая к бесплодию.

А теперь представьте ситуацию в армии: в одном месте сконцентрированы сотни молодых людей, да еще и в возрасте 18–25 лет. Одно прямое попадание вируса – и до трети молодых мужчин рискуют иметь проблемы в интимной области, а еще половина из них – не познать радость отцовства. Этим и объясняется присутствующая особая настороженность. Кстати, именно поэтому паротит называется эпидемическим – одновременное поражение большого количества людей говорит о его инфекционной природе. Потому что есть и простой паротит, когда околоушная железа воспаляется из-за переохлаждения или травм.

Конечно, сейчас стало значительно проще: с 70-х годов прошлого века существует эффективная вакцина, позволяющая организму выработать стойкий иммунитет и свести посягательства вируса к минимуму. Однако до этого момента паротит попортил не одну сотню жизней, иногда доводя своих жертв до летального исхода из-за своего «особого» отношения, помимо прочего, к центральной нервной системе – в особо тяжелых случаях могли развиваться менингиты (воспаление оболочек мозга) и энцефалиты (воспаление самого мозга).

Недооцененный

Если мы, обратившись к историческим источникам, попытаемся узнать, когда люди впервые обнаружили это заболевание, то не слишком удивимся, потому что увидим имя небезызвестного древнегреческого врача Гиппократа. Ему принадлежало первое и очень точное описание болезни, которое он сделал в труде «Epidemics» еще в V веке до нашей эры. Получил он эти знания, наблюдая за вспышкой эпидемического паротита, которая случилась в 410 году до н. э. на греческом острове Тасос.

Он отмечал, что отеки имели ненапряженный, крупный, рассеянный характер, охватывали детей, взрослых и в основном тех, кто занимался упражнениями, но редко нападали на женщин. У многих пациентов был сухой кашель без отхаркивания, сопровождающийся хрипотой. Описал Гиппократ и то, что в некоторых случаях раньше, а в других позже, но воспаления с болью охватывали иногда одно из яичек, а когда и оба, причем не всегда это сопровождалось лихорадкой, но всегда приносило большие страдания. Врач, однако, замечал, что в остальном люди быстро освобождались от болезни и не нуждались в особой медицинской помощи.

Многие столетия заболевание не слишком беспокоило человечество, кроме нерегулярных эпидемий, то тут, то там возникающих в мире. Особенно активно описывали случаи и дополняли подробностями варианты осложнений с XIX по XX век. За это время вышло свыше двух сотен статей, описывающих орхиты (воспаление яичек), нефриты (воспаление почек), панкреатиты (воспаление поджелудочной железы), даже случаи вторичного сахарного диабета, развивавшегося после паротита, менингиты и энцефалиты, нарушения слуха, ревматоидные артриты, возникавшие, вероятно, после того, как иммунная система, поборов вирус, озлоблялась и против собственных тканей организма. Однако все эти описания иллюстрировали случаи среди десятков и сотен людей (кроме, разве что самых частых орхитов, которые, увы, наблюдались у тысяч пациентов).

«Посещал» паротит неоднократно и нашу страну. В своей докторской диссертации 1883 года «Материалы к учению об эпидемическом перипаротите» врач Иван Троицкий описал некоторые из них. Как правило, болезнь приходила в небольшие группы тесно живущих друг с другом людей – в деревни и села, хозяйства. А отекающая шея при паротите настолько увеличивалась, что в народе болезнь приобрела еще одно название – свинка, и оно стало настолько устойчивым, что сохранилось до сих пор. Звучала «свинка», конечно, обидно – вряд ли кому-то хотелось проводить с собой такие аналогии, но от образного сходства отекших щек и толстой шеи никуда было не деться.

Однако на фоне прочих господствовавших в те времена опасных и угрожающих жизни инфекций паротит выглядел довольно неубедительно, чтобы медики с усиленным рвением бросались его исследовать. Плотно занялись подробным поиском «виновника торжества» довольно поздно – только в 20–30-х годах прошлого века.

Как маленькая девочка изменила ход истории