Честно говоря, идти к соседям в столь поздний час мне было очень неудобно, но, с другой стороны, оставаться ночевать в доме с незнакомым мужиком хотелось еще меньше.
Остановившись на соседском крылечке, я осторожно постучалась в дверь и прислушалась. Раздались нерешительные шаги, а следом — осторожное «Кто там?».
— Казимир Иванович, это я, Яна. Не могли бы вы пустить меня в дом?
— Что-то случилось? — спросил дедок, открывая.
На меня взглянули светло-голубые, уже выцветшие, глаза старого доброго человека.
— Просто понимаете… — Как же такое сказать?
Запнувшись, я продолжила:
— К нам в дом приехал знакомый нашей семьи, а родные забыли меня предупредить. Но мне неудобно с ним оставаться на ночь, одной. Не пустите ли меня переночевать?
Задавая вопрос, чувствовала, как начинаю краснеть. Господи, что я несу?
Сзади хозяина дома появилась его жена и, посмотрев на меня с улыбкой, заворковала:
— Конечно, Яночка, проходи. Ты уже ужинала?
— Да, конечно, — пробормотала я.
Может, развернуться и сбежать? Неудобно очень, но тогда получится еще хуже. Вот на фига этот руд приперся ко мне в дом? Заняться ему нечем?
Мне предложили комнату, где ночуют дети, когда приезжают к пожилым родителям. Подошла к креслу рядом с дверью и, раздеваясь, услышала разговор.
— Казимир, ну что ты такой непонятливый? Никакой это не знакомый семьи. То, поди, мальчик Яны. Просто поругались на ночь глядя, вот она и пришла к нам.
— У них, что, своего лишнего дивана нет?
— Иногда женщине нужно побыть одной.
Просто прекрасно! Теперь они решили, что он мой парень. Хотя, по словам сумасшедшего незнакомца, что остался дома, я уже невеста.
Вздохнув, улеглась на диван, накрывшись покрывалом, и почувствовала, как усталость накрывает меня с головой. Этот полный на события день был довольно утомителен. Глаза сами собой закрылись, и я погрузилась в сон.
Такой приятный, легкий… эротичный сон.
Кто-то гладил меня по бедру, талии, спине и ниже. Чьи-то губы целовали шею, прикасались к груди. Волна желания накрыла с головой, и я, выгнувшись, открыла глаза.
Все происходило на самом деле!
Зашипев, я разъяренной кошкой накинулась на лежащего рядом мужчину и после непродолжительной борьбы добилась лишь того, что меня стреножили и прижали к кровати.
— Что ты себе позволяешь? — сквозь зубы процедила я.
— Того, что мне хочется. Рассмотрев тебя утром получше, я решил, что судьба не столь ко мне несправедлива, как я решил поначалу. Когда твои волосы не стянуты в пучок, а рассыпаны по плечам, когда утреннее солнце заставляет их блестеть и сверкать, когда с утра личико нежное и румяное, а аппетитные формы не скрыты мешковатыми вещами… — И он провел рукой вдоль моего тела.
Опешив от его речи, я разозлилась окончательно и, забыв, кто передо мной, решилась на единственный возможный в моем положении маневр. Чуть отклонившись, я ударила лбом по его переносице — и со стоном упала на подушку.
Голова раскалывалась, перед глазами мелькали черные круги.
— Глупая! Ну разве так можно?!
Его строгий, заботливый голос хорошего настроения мне не прибавил.
— Заткнись, а?