– Доченька, пойдём, – едва говорю сквозь напряжение от груза, – Всего-лишь… третий этаж…
– А… это…, – потянулась она за котом, – Котик… дай.
– В номере наиграешься, никуда он не убежит, – киваю на прощание регистраторше и поднимаюсь по лестнице на второй этаж, – Если встанет.
Черпая космическую энергию, – в основном из космоса, – я наконец добираюсь до третьего этажа и выкидываю Бегемота на кровать номера.
Девочка вытянула руки и мелкими шажками побежала вслед за животным.
– Вхух, – вытер ручей со лба и осмотрелся.
Номерок полностью оправдывал тезис о цене-качестве: небольшая спальная комнатка с одноместной кроватью и настенным телевизором, гардероб у двери, смежный санузел и выходящее во двор окно.
Да, это правда – ничего особого. Обычный номер.
Но эта посредственность и привлекала. Обычная чистая постель, обычный порядок во всём номере, обычная мягкая кровать – обычное всё.
Обычное и привычное.
"Чёрт, Вайолет же меня сожрёт!"
– Короче, – подхожу к тыкающей кота девочке, – Смотри. Ванну и туалет ты уже видела. Стиралки, увы, нет, поэтому придётся до завтра потерпеть грязное платьице.
Она отстала от Бегемота и вовсю меня слушала, явно намереваясь что-то сказать.
– Да в принципе, ночью и без него поспать можешь – никто к тебе не вломится. Через час принесут обед, после него ужин. Не бойся, и скажи, что дверь заблокирована, но у работников есть полномочия её открывать. Покушаешь, помоешься, ляжешь баиньки. Завтра вечером я к тебе приду, и мы будем дальше разбираться.
Повисла секундная тишина.
– А вы точно вернётесь? – спросила она и уставилась в пол пустым взглядом.
– Ну конечно, – улыбаюсь и тереблю ребёнка по голове, – Не переживай. И насчёт злых умыслов тоже. Просто хочу помогать. Я точно не злой…, – вновь звон в ушах, – Я не могу быть злым.
– А ночью…, – бубнила она, – А как ночью спать?
– С закрытыми глазами, наверное.
– Я боюсь одна ночью спать. Слишком тихо и темно. Обычно я ложилась в одну кровать с подружкой, и мы вместе засыпали, – её голос заметно утих, – А потом её забрал герой, а воспитатели кричали, что я по ночам плачу.
– Хочешь телевизор включу? Даже ночью будет не так темно, и звук на заднем плане не даст бабайкам прокрасться, – включаю аппарат на стене и нахожу канал с мультиками, – Да и с тобой Бегемот! Ты на него посмотри.
Мы перевели взгляд на кота, а он перевёл на нас.
"Ну давай, ты же хочешь что-то сказать, алкаш"
Он перекатился набок и подставил пушистое пузо.
– Он же любого сожрёт! Так что, если и заберётся какая бабайка, то можешь не переживать – уверен, он и призраков ест.
Девочка улыбнулась.
– Ну да, наверное не стоит бояться, – сказала она и на пару секунд притихла, – А почему вы назвали меня дочкой?
– Ну…, – почесал я затылок, – Чтобы не вызвать подозрений. Иначе бы подумали чего неправильного, и проблем бы наделали.
– Значит это обман? – она посмотрела мне в глаза, – И вы не считаете меня за дочь?
– Да, получается это обман.