Элайджа и Ребекка в неверии уставились на чаровницу. А Клаус ждал, что она на это заявление ответит.
— Чего ты добиваешься? — спросила Кэролайн, с презрением смотря на гибрида.
— Правды. — серьёзно ответил мужчина. — Ты погрязла в собственной лжи, и тянешь нас туда же: увиливаешь от вопросов, прячешь ответы. Ты играешь с нами. Мне это надоело. Я хочу знать правду. Я должен её знать.
— Правды? Зачем она тебе?! — воскликнула девушка. — Разве вам плохо живётся? Вы самые сильные сверхъестественные существа, которых только видел мир за последнее тысячелетие. У вас есть всё: власть, сила, могущество. Вас боятся и вами восхищаются. Господи, Клаус, да у тебя вскоре родится дочь! Ты должен думать о ней, а не о том, создала ли я тебя, или это всё же была ваша мать! У вас есть всё! Чего тебе не хватает?!
— Самого себя! Я всю жизнь живу, ощущая, что что-то не так. Что чего-то не хватает. Как будто бы часть меня у меня забрали. По твоему это нормально?! Я устал от этого! Устал ощущать эту пустоту внутри с самого момента обращения. Это длится грёбаное тысячелетие. — в стену полетела бутылка бурбона, который гибрид пил минуту назад. — И вроде бы сейчас я нашёл корень моей проблемы, но ты снова путаешь мне все карты, скрываясь за непониманием и враждебностью!
Повисла минута молчания. Клаус был зол. Кэролайн сердита. Ребекка переживала за брата. А Элайджа чувствовал себя, как не в своей тарелке.
— Ты обещала быть честной. Так ответь на мой вопрос, ты была здесь* с нами тысячелетие назад?
Кэролайн плавно прошла к столу и налила себе виски.
— Да. — тихо ответила девушка. — Я была здесь, с вами, тысячелетие назад. — помолчав ещё минуту, она начала рассказ: — Вы знаете, что такое перерождение?
— Это когда кто-либо рождается заново. — коротко ответила Ребекка.
— Да, это так. Перерождение – это очень сложное заклинание. Почти никто не может его освоить и использовать. Но так как я и Иззи очень сильны, для нас сотворить его – это секундное дело. После истории с Сайласом и Амарой, я начала наблюдать за их двойниками. И была одна странность, которую я никак не могла понять. Где бы они не были, на каком бы краю света не родились, они всегда... всегда находили друг друга. Я и Лахесис* всё пытались понять почему так происходит. Ведь она определяла для них совершенно другие жизни. Мы искали ответы где только могли. И однажды, когда родился новы двойник Сайласа, я решила, что больше не буду посторонним наблюдателем. Я хотела побыть участником всех этих событий. Я произнесла заклинание, взмахнула руками, и вот уже через девять месяцев, я родилась в семье двойника. Его звали Дэвид. Прошло семнадцать лет, и однажды Дэвид привёл к нам в дом её... Татью. Они объявили, что любят друг друга, и хотят поженится. Наши родители дали согласие, и они сыграли свадьбу. Всё было хорошо, все были счастливы. Но потом Дэвид и отец погибли на войне. А мать скончалась от тяжёлой болезни. Я уже подумывала над тем, чтобы уйти из селения, и внушить всем, что меня никогда и не было. Но в один из вечеров я услышала, как внутри Татьи бьётся ещё одно сердце. И я не смогла оставить их.
— И что же было дальше? — спросил Элайджа, заинтригованный историей.
— А потом в селение приехали вы. Мы познакомились, со временем подружились. Вы двое, — она посмотрела на Клауса и Элайджу. — по уши влюбились в Татью, из-за чего мы вторём не раз ссорились.
— Ты была влюблена в одного из этих двоих? — спросила Ребекка.
— Нет. — отмахнулась блондинка. — Я скорее симпатизировала Колу.
От этих слов Клаусу захотелось убить младшего брата. Хотя он и так мёртв.
— Просто... — девушка тем временем продолжала: — Дело было в Татьи. Она была вдовой моего брата. И матерью моего племянника. Прошло слишком мало времени со смерти Дэвида. А она уже успела охмурить двух братьев. Это было неправильно. — подытожила блондинка. — А потом смерть Хенрика. Майкл, разум которого помутнился от горя. Он заставил Эстер найти хоть что-то, что сможет защитить вашу семью. И она нашла выход. Она – ведьма и не раз слышала истории о Сайласе. Они с Аяной создали заклинание, вот только... Какими бы сильными они не были, у них не хватило бы сил обратить вас всех одновременно. Поэтому они обратились за помощью к Предкам. Но они им отказали, так как из опыта с Сайласом, понимали, что могут создать. В игру вступила я: наделила вас силой, бессмертием, создала оружие, способное убить вас. Правда я не учла того, что вы обладаете меньшим количеством сил, от чего голод ваш намного больше. — закончила блондинка.
Майклсоны стояли и пытались переварить новую для них информацию. Первой отошла Ребекка:
— Но почему мы этого не помним?
— Эстер не знала, что ей помогала именно я. Думала, что Предки всё же смиловались над ней. Поэтому, когда, обезумевший от голода Элайджа, убил сначала Татью, а потом меня, она изменила ваши воспоминания, подстроив всё так, будто это она убила Татью, а меня просто напросто стёрла из ваших воспоминаний, из ваших жизней. Очнувшись и узнав, что она натворила, я решила не вмешиваться, поэтому просто забрала племянника, внушила всем, что меня никогда не было, и уехала к Иззи.
Элайджа, Клаус и Ребекка молчали, не зная, что сказать.
Наступила пора неловкой тишины, когда все присутствующие просто бегают друг по другу глазами и не знают, что сказать.
Не знают, стоит ли вообще что-то говорить.
Кэролайн отчего-то стало невыносимо тяжело ну душе.
Она мало вспоминала о произошедшем: не хотела деребить старые раны.
И тут вдруг, спустя столько лет, вспомнила обо всём вновь.
— У меня ещё куча дел... — скованно, однако пытаясь всеми силами показать, что это не так, обратила на себя внимание чаровница. — Я, наверно, пойду. — И она вновь исчезла в фиолетовом облаке.
Комментарий к
XIV
часть Здесь* — имеется ввиду Мистик-Фоллс, тысячелетней давности.